sberex.ru -
Вверх страницы

Вниз страницы

БогослАвие (про ПравослАвие)

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » БогослАвие (про ПравослАвие) » РОЖДЕСТВЕНСКИЙ ПОСТ И РОЖДЕСТВО » Дни до Рождества Христова: Кого мы ждем и что мы готовы принести?


Дни до Рождества Христова: Кого мы ждем и что мы готовы принести?

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Дом толерантности

«Европа должна стать нашим общим домом терпимости» — так однажды перевели на русский язык заявление одного из лидеров Евросоюза. Конечно, в оригинале шла речь о толерантности. Но в этой оговорке, пожалуй, можно увидеть нечто большее, чем простой переводческий ляп… Разумеется, подлинная терпимость к людям с разными религиозными и политическими убеждениями — безусловное благо; кстати, один из указов Николая II так и назывался: «об укреплении начал веротерпимости» (апрель 1905 г.). Как видно, это понятие вполне совместимо даже с самодержавным строем.

Но сегодня им начинают называть нечто иное — и особенно хорошо это становится видно, если отправиться в Западную Европу накануне Рождества. Да и… Рождества ли? Еще несколько десятилетий назад на улицах устанавливались рождественские елки и вертепы, люди посылали друг другу открытки, на которых было изображено что-то, связанное с этим евангельским событием. При этом они совершенно не обязательно были верующими, но отмечали именно Рождество. Приходя в Париже в знаменитый Нотр-Дам, люди понимали, что это не просто большое каменное здание с причудливыми химерами, где был еще горбун из мюзикла, а место поклонения Богу, посвященное Божьей Матери («Нашей Госпоже», как называют ее французы). Можно самому не молиться в этом здании, но невозможно не заметить того, что оно создано для молитвы и до сих пор используется с той же целью.

А вот с Рождеством в Западной Европе сделать это почти удалось — США идет по тому же пути, Восточная (бывшая социалистическая) Европа пока сопротивляется. На улицах Риги и Праги еще ставят именно вертепы, еще вешают именно вифлеемские звезды. Немного западнее это уже не гарантировано… Государственных запретов нет, но частные компании и школы все чаще отмечают просто «зимние праздники», и неуместными на таких праздниках бывают не только иконы или звезды, но даже нейтрально украшенные елки, именно потому, что они неразрывно связаны с Рождеством. То же самое, кстати, творилось и на заре Советской власти — елка была реабилитирована лишь в 1937 году, уже в качестве новогодней.

Но что такого особенного в елке? Накануне христианского Рождества иудеи отмечают Хануку в память о победе Маккавейского восстания и о новом освящении Иерусалимского храма в 165 г. до н.э. В течение восьми дней у них принято зажигать свечи, на каждый следующий день на одну больше — но я ни разу не слышал, чтобы ханукию (так называется специальный подсвечник для этого праздника) запрещали в Европе ради толерантности, как поступают с елкой. Может быть, потому, что иудаизм – религия меньшинства… но, с другой стороны, Франция так же ополчилась на хиджабы, мусульманские женские платки, которые тоже носит меньшинство. Может быть, хиджабы — слишком чужие, а елка — слишком своя, заставляет о многом вспоминать?

И кто тогда на самом деле проявляет нетерпимость? Ведь ставя елку, мы не заставляем других водить хоровод вокруг нее, как не заставляем идти в храм на рождественскую службу или распевать дома праздничные песнопения. Но запретители говорят: елка вторгается в общее пространство, делает городскую площадь преддверием храма. Это неполиткорректно.

Но что же делать, если в старинном европейском городе городская площадь и создавалась изначально как пространство перед храмом — и все, кто торговал, общался, просто гулял по ней, не упускали из виду этот храм. Так что если до конца быть последовательными, надо не только елки убрать, но и сами храмы разрушить (или перепрофилировать в развлекательные и торговые центры), а заодно и заменить названия старинных улиц и целых городов. Да в Париже и Лондоне целые вокзалы, не говоря уже о станциях метро, носят имена святых: Saint Lazare, Saint Pancras! Это тоже должно обижать атеистов?

К такому радикальному разрыву с традицией парижане и лондонцы пока не готовы. Тогда пришлось бы объявить их родные города пустым местом без истории и культуры, пусть даже они и достаточно уютны для проживания. Зато как удобно будет проводить в таком вот пространстве бесконечную праздничную распродажу, устраивать забег за подарками, тратить и тратить просто потому, что время подошло. Время покупать, которое раньше почему-то в Европе называли «адвентом», то есть «приходом» (Спасителя в мир).

Но даже если рассуждать с точки зрения прибыли, то, в конце-то концов, туристы ценят не только французские сыры, немецкое пиво или английский туман, но и эту неповторимую атмосферу европейского уюта, европейской истории, европейской культуры, которую невозможно воссоздать ни в каком другом месте на свете ни за какие деньги. Лас-Вегас или Дубай могут быть намного пышнее и богаче, но они никогда не будут Европой. А что делать, если сама Европа перестанет ей быть?

Когда-то на Рождество во Фландрии, в окопах Первой мировой войны, немецкие солдаты пели песню «Тихая ночь, святая ночь». Ее услышали в английских окопах, перевели… И тоже запели! Злейшие враги, которые день изо дня убивали друг друга, мокли и мерзли на расстоянии выстрела друг от друга — пели один и тот же рождественский гимн, верующие и неверующие вместе. Людей по обе стороны фронта объединяло нечто большее, чем верность присяге и флагу, чем память об убитых товарищах и приказ командира — они принадлежали к одной и той же западнохристианской цивилизации. У них были общие праздники, они вспоминали в эту ночь одно и то же: далекий дом, церковную службу, праздничный ужин…

Сегодня эта мелодия — без слов, разумеется! — звучит в Европе ненавязчивым мотивом во всех торговых центрах во время бесконечных рождественских, точнее, «зимнепраздничных» распродаж. Ее знают назубок все, но никого она не объединяет, потому что почти ни для кого почти ничего не значит.

http://www.pravmir.ru/nuzhno-li-byt-tolerantnym-v-ro/

0

2

2)

И сейчас Христу нет места в мире сем

В день Рождества Христова игумен Петр Мещеринов ответил на вопросы корреспондента портала «Православие и мир» о праздновании великого дня.

— Отец Петр, та обстановка, в которой родился Христос, с бытовой точки зрения ужасна. Его Матери ни нашлось никакого жилья, чтобы родить, не говоря уже о повитухе. Ребёнок родился зимой в пещере с животными, все равно, что сейчас в не отапливаемом подвале с кошками. Почему Бог допустил такие крайности для своего Новорожденного Сына? В этом есть какой-то скрытый смысл? Ведь среднестатистические роды даже в тех условиях не были столь драматичными с бытовой точки зрения.

Всякий раз на Рождество после ночной литургии в нашем крошечном деревенском храме я отправляюсь в коровник. Плохо пахнет, жарко, грязновато, бессмысленные коровы стоят и жуют свою жвачку… вот в таких, совершенно лишённых всякой романтики условиях (а вовсе не в кукольных прилизанно-глянцевых «вертепах») родился Христос. Не нашлось молодой женщине на сносях места в гостинице; пришлось идти в хлев и рожать там.

Вы спрашиваете — есть ли в этом какой-то скрытый смысл?

Ничего скрытого вообще в христианстве нет, оно очевидно; а смысл, конечно же, есть, и явный, и очень большой.

В одном из песнопений Рождества говорится:

«Начаток языков небо Тебе принесе, лежащему Младенцу во яслех, звездою волхвы призвавый, яже и ужасаше — не скиптры и престоли, но последняя нищета: что бо хуждше вертепа? что же смиреншее пелен? в нихже просия Божества Твоего богатство. Господи, слава Тебе» (ипакои по 3-й песне канона).

Падший мир имеет свои ценности — «скиптры и престоли»; по этим ценностям, по стихиям мира сего, живёт большинство людей. Христос решительно перечёркивает эти ценности. Он с самого начала Своей жизни на земле поступает вопреки тому, что ценно с точки зрения мира: становится сыном не императора, но плотника; рождается не во дворце и даже, как вы сказали, не в среднестатистических бытовых условиях, а в самом что ни на есть хлеву, в «последней нищете». И приходят к Нему вовсе не те люди, которые считаются миром значимыми, важными, уважаемыми, авторитетными. На современном языке — не президенты и министры, не кинорежиссёры и церковные иерархи, не силовики и актёры, не бизнесмены и спортсмены, не поп- и рок-певцы и священники. Приходят поклониться родившемуся Спасителю языческие мудрецы, невесть откуда взявшиеся, да простые пастухи. И здесь тоже нет никакой романтики — вообразите себе современных странных людей, которые в поисках истины ездят по миру в какие-нибудь Гималаи; а уж деревенских пастухов-забулдыг я представляю себе очень хорошо.

И это — самое первое благовествование, которое даёт нам наш Господь. Какая в этом радость и свобода! Всё то, что мир признаёт высоким, значимым и ценным, для Бога не имеет совершенно никакого значения (это в лучшем случае; а Евангелие гораздо жёстче говорит — что высоко у людей, то мерзость пред Богом (Лк. 16, 15)). Какое счастье — узнать, что Богу нужна не должность, не положение, не состояние, не чин, не сан, но только ты, кем бы ты ни был! И не только узнать, но и убедиться в этом на деле, увидеть своими глазами: Бог лежит в хлеву. Не нашлось Ему места в гостинице.

И — не надо обольщаться. И сейчас Ему нет места в мире сем. И поныне эта «ужасная ситуация», как вы охарактеризовали её в своём вопросе, более чем актуальна; причём актуальна прежде всего именно для нас, православных христиан. В событии Рождества звучит острый и болезненный вопрос и к каждому христианину, и ко всей Церкви: а где ты? где все мы?

В той самой гостинице мира сего, мимо которой проходит Мария с Младенцем, потому что им там нет места?

Или в хлеву со Спасителем и с людьми самыми неожиданными: язычниками да простонародьем? И здесь высвечивается один из самых опасных соблазнов для православных — и это тот соблазн, которым, на мой взгляд, мы испытываемся в настоящее время. В головах и сердцах немалого числа православных как некая «обратная реакция» на период гонений наличествует сегодня убеждение, что православие должно иметь власть, силу, богатство, значимость, влияние, престиж. Почти не замечается, что всё это — вещи очень двусмысленные и опасные; как тонка грань, перейдя которую, церковная жизнь начинает ходить по стихиям мира сего! И вот когда православный начинает заниматься своей значимостью, богатством, влиянием и престижем — тогда ему непременно нужно как можно скорее бежать в убогий хлев и увидеть, и напомнить себе: вот именно здесь, в кормушке для сена, лежит единственная сила веры, её единственная власть, могущество, богатство, влияние и престиж. И, я думаю, именно для того, чтобы мы этого никогда не забывали, Бог и попустил Своему Сыну родиться в такой крайней ситуации.

- Как встретить Рождество так чтобы на душе было светло и радостно от осознания того, что вот этот праздник проведен правильно? Можно ли верующему человеку поддаваться атмосфере всеобщей весёлой беззаботности, которая царит в новогодне-рождественский период? Вот, например, лики святых никогда не бывают весёлыми, несмотря на то, что Серафим Саровский призывал всегда радоваться.

- Невесёлость ликов святых имеет свои основания. Священное же Писание по поводу праздников вообще говорит страшные вещи. Через пророка Амоса Господь изрекает:

Ненавижу, отвергаю праздники ваши и не обоняю жертв во время торжественных собраний ваших. Если вознесёте Мне всесожжение и хлебное приношение, Я не приму их и не призрю на благодарственную жертву из тучных тельцов ваших. Удали от Меня шум песней твоих, ибо звуков гуслей твоих Я не буду слушать (Ам. 5, 21–23).

И ещё:

Новомесячия ваши и праздники ваши ненавидит душа Моя: они бремя для Меня; Мне тяжело нести их. И когда вы простираете руки ваши, Я закрываю от вас очи Мои; и когда вы умножаете моления ваши, Я не слышу: ваши руки полны крови (Ис. 1, 14–15).

Как? – Возмутится большинство православных. Это не про нас! Мы вот празднуем Рождество еже по плоти Господа и Бога и Спаса нашего, рождшагося во святем вертепе! Это про Ирода, про фарисеев, про иудеев, в конце концов про тех, кто не потеснился в гостинице — это их руки полны крови! А мы — совсем другое дело! Вот сорокадневный пост выдержали, все предпразднственные повечерия отстояли, все паремии выслушали, до звезды ничего не ели… и т. д.

Но — увы, это именно про нас. Давайте продолжим цитаты из Пророков. Что же угодно Господу, как нам праздновать праздники Его по-настоящему?

Пусть, как вода, течёт суд, и правда — как сильный поток (Ам. 5, 24).

Омойтесь, очиститесь; удалите злые деяния ваши от очей Моих; перестаньте делать зло; научитесь делать добро, ищите правды, спасайте угнетённого, защищайте сироту, вступайтесь за вдову. Тогда придите — и рассудим, говорит Господь. Если будут грехи ваши, как багряное, — как снег убелю; если будут красны, как пурпур, — как волну убелю. Если захотите и послушаетесь, то будете вкушать блага земли; если же отречётесь и будете упорствовать, то меч пожрёт вас: ибо уста Господни говорят сие (Ис. 1, 16–20).

Я хочу напомнить крайне важный эпизод из жизни св. Апостола Павла. Прощаясь с эфесскими пресвитерами, он дал им, по существу, всего одно наставление — надобно поддерживать слабых (Деян. 20, 35). И мы возвращаемся к тому, о чём я сказал выше. Если все православные будут стремиться действительно поддерживать слабых, защищать угнетаемых людей, кем бы ни был угнетатель — тогда на душе будет светло и радостно от сознания того, что праздник «проведён правильно», что он угоден Богу. Если же мы будем молчать, как будто мы живём в каком-нибудь восточном ашраме, из которого пришли волхвы, не замечать того, что происходит вокруг, не давать правдивого суда-то есть евангельской оценки — не только западному безбожному либерализму, но и отечественному антихристианскому и бесчеловечному произволу и беззаконию, а при этом пышно праздновать что бы то ни было-то, мне кажется, этого никак не одобрят ни пророки, ни апостолы, ни Сам Господь.

Думаю, что прочтя статью о. Алексея Уминского "церковь не молчит"— да и просто посмотрев непредвзято вокруг, — не сможет верующий христианин предаваться «атмосфере всеобщей весёлой беззаботности, которая царит в новогодне-рождественский период».

Что же касается радости, к которой призывал преп. Серафим — эта радость вовсе не от пышных праздненств и какого бы то ни было «престижа». Эта радость от того, что родившийся в нищете Господь с нами (если, конечно, мы стараемся жить по Его заповедям) даже и в самых скорбных и мрачных обстоятельствах, и что врата адовы не одолеют Церковь Его

http://www.pravmir.ru/i-sejchas-xristu-net-mesta-v-m/

0

3

Дни до Рождества Христова: Кого мы ждем?

Священник Андрей Канев

Во всем мире в эти дни все более разгорается предпраздничная истерия: уже несколько месяцев нам навязывают потребительские правила поведения, связанные со встречей Нового года и праздника Рождества (Рождества – без Христа).
http://www.pravoslavie.ru/sas/image/100515/51598.p.jpg
Рождественские распродажи в Америке

Недавно по федеральным каналам в «Новостях» прошли репортажи о так называемой «черной пятнице» – дне массовых распродаж. Люди в магазинах сминали друг друга, сметая товары с прилавков. С христианской точки зрения, страшно представить, что подготовка к Рождеству понимается именно так. Впрочем, за европейским Рождеством Христос уже почти и не угадывается. Несколько лет по Европе и США бродит идея – установить светский праздник, который объединил бы иудейскую Хануку и христианское Рождество в один межрелигиозный «фестиваль покупок и вечеринок» под названием «Chrismukkah». В одной из статей журналист Юрий Максимов пишет: «Уже несколько лет подряд американские власти поздравляют страну «с праздниками», избегая употреблять слово «Рождество», а на официальной поздравительной открытке 2006 года были изображены собаки президента Буша, резвящиеся перед Белым домом. И в Европе, и в Америке Рождественские каникулы переименовывают в «зимние каникулы», Рождественскую елку – в «праздничную елку» и поздравляют не с Рождеством, а с «праздниками».

У нас пока слово Рождество еще в ходу, но чье Рождество? На многих современных российских открытках можно прочитать «С Рождеством!» А Кто родился, непонятно.

Если современный человек считает себя христианином, то противиться такому духу времени нужно непременно; мы должны очень внимательно отнестись ко встрече праздника Рождества Христова.

Церковь с древних времен дает нам традицию Рождественского поста. Для кого-то он вызывает дополнительные трудности, раз совпадает по времени с предпраздничной истерией. Но замечательно, что пост есть и нам дана возможность правильно подготовиться к Рождеству Христову. Пост во время светских праздников обостряет понимание нашей позиции: с кем мы, немощные и слабые люди? С новым годом, с распродажами, с Санта Клаусом, со всем миром, который запускает салюты, радуется, поздравляет? Или мы все-таки душой в другом месте? Если задуматься, то оказывается, что мы в этом мире совсем не чтобы со всеми вместе праздновать. Для нас, современных немощных христиан, время Рождественского поста – маленькая возможность личного исповедничества перед Богом. Она позволяет нам увидеть, сколько в нас еще мирского, насколько мы еще привязаны к своим страстям. Этот духовный опыт позволяет нам сокрушиться, позволяет укорить себя в немощи.

Мы сказали, что Рождество кто-то празднует без Христа, но порой и христиане отождествляют Рождество всего лишь с днем Рождения Господа. Так чего же мы ждем в этот праздник: явления Бога в мир, чтобы бесконечно кормить пять тысяч человек? Нет; Его явления – чтобы за нас, за возможность нашего спасения пойти на Крест.

И понимая безмерность Его дара нам, давайте же в преддверии праздника хотя бы в последние дни поста отойдем от развлечений и начнем читать духовную литературу. Общение со святыми отцами обязательно принесет свои плоды. У царя Давида сказано: «С преподобным преподобным будешь, со строптивым развратишься». Внимательно отнесемся к себе, и тогда подойдем к Евхаристической Чаше в день праздника с особым настроем, хотя и Литургия будет в этот день та же самая. Да, в храме появятся украшения, мишура, будет очень красиво, но не это самое главное. Мы должны встретить Рождество трапезой Тайной Вечери. Сам по себе праздник нас не изменит, нас может изменить только правильная подготовка к нему – наше покаяние.

Не нужно думать, что ошибки подготовки к празднованию встречи с родившимся Христом возникли только в наше время. Если мы возьмем мирскую традицию XIX века, то увидим, что и в ней догматическая сущность праздника значительно «облегчена». В то время Рождество декларировали как детский или романтический праздник, словно все Рождество Христово – это детсадовский новогодний утренник или сказка.

Один из моих прихожан, взрослый, уважаемый человек, написал стихотворение, в котором он описал свои впечатления о Рожестве: здесь и луна, и снежок, и вкусные пироги. Домашняя теплая атмосфера безусловно хороша, но мы должны перейти на другой уровень восприятия. Разумеется, мы не имеем права лишать праздника детей. Но ни к чему взрослому человеку, по-настоящему пришедшему в Церковь, восстанавливать для себя детское Рождество.

Встречая этот праздник, мы должны прежде всего понимать, для чего Родился Христос. Это очень важный вопрос: если мы будем помнить ответ на него, то праздник Рождества Христова и последующие дни святок будут восприниматься нами совершенно по-другому."

( подробнее здесь [url=/viewtopic.php?id=726#p20332]Дни до Рождества Христова: Кого мы ждем?

http://www.pravoslavie.ru/sas/image/100515/51596.p.jpg
Рождество Христово. Мозаика

Разбирая значение праздника Рождества Христова, мы как раз и разбираем догматическую сторону события Рождества Богочеловека.

Вспомним, что знание о явлении Богочеловека было открыто волхвам и пастухам, но этот великий момент сокрыт от сатаны. Лишь только в момент искушения Христа сатана пытается проверить: Он – или не Он, пришел – или не пришел? И когда Господь запрещал бесам говорить, что Он – Сын Божий, Он делал это по нескольким причинам. В том числе, чтобы дать апостолам время на обучение истине. И нужен был Крест – недаром перед Крестом Господь говорит, что уже настал и наступил Его час. Если бы апостолы или бесы раньше времени начали бы говорить о Христе открыто, на пути проповеди возникло бы больше препон. Не случайно в Пасхальных песнопениях Господь называется Хитрецом. Казалось бы, слово «хитрец» мы говорим, когда обижаемся на человека, когда видим его обман. А в приветственном слове святителя Иоанна Златоустого на Пасху так и говорится, что «ад проглотил наживку»: Господь, пострадав и умирая на Кресте, сходит в ад, и ад разрушается – тогда Господь изводит из ада ветхозаветных праведников. Чтобы воля Божия исполнилась, и не дано было сатане знание о времени прихода Христа, иначе он стал бы мешать искуплению человечества, для которого Господь пришел.

Есть очень важный догматический вопрос в постижении сути праздника Рождества Богородицы – это девство Пресвятой Богородицы. Мы знаем, что в псалмах царя Давида говорится, что «в беззакониях зачат есмь, и во гресех роди мя мати моя». Так и переходит первородный грех от родителей к детям, когда мы естественным образом зачинаемся и рождаемся во страстях.

Поэтому Господь, Которому все возможно, избирает такой удивительный и чудесный способ вочеловечения. Неужели Господь не мог нас так просто спасти Своей волей или решением? Конечно, мог бы, но мы бы не смогли этого воспринять в силу своего падения. Если мы будем себя сравнивать с Адамом, с его качествами во время пребывания в раю, мы увидим, насколько мы непохожи уже на него. И Господу необходимо было стать Человеком, чтобы человечество вывести из плена греха, необходимо было искупление, необходимо было распятие и пролитие Крови, чтобы искупить нас из плена смерти и ада. И Рождество от Девы имеет в этом случае принципиальное значение. Девство Богородицы позволяет Господу при Его человеческом Воплощении, обладании человеческой плотью, немощами, необходимостью во сне, питании, отдыхе, быть безгрешным.

В момент Благовещения, когда Дух Святой сходит на Пресвятую Богородицу, происходит удивительное, единственное и никогда больше не повторяющееся чудо. Она соглашается, восприняв от Архангела Гавриила послушание стать Матерью для Бога, стать Той самой Дверью, через Которую Он придет в этот мир как Человек, как Богочеловек. И Дух Святой сходит на Святую Деву. В этот момент не происходит обычного человеческого страстного зачатия, и получается, что от чистой крови Девы Господь наследует Свою Плоть, которая не наследует первородного греха. Я еще раз повторю эту мысль: Господь, становясь Человеком, не является грешником – в Нем нет никакого греха, хотя Он такой же Человек по существу, по природе. Если бы Господь родился от обыкновенной женщины, он не был бы Богочеловеком. Уникальность Его Рождения позволяет Ему не иметь никакого зла в Себе, быть абсолютно чистым...

источник

0

4

«И открывъ сокровища свои, принесли Ему дары: золото, ладанъ и смирну». (Матѳ. 2, 11).

Волхвы не удовольствовались однимъ поклоненiемъ младенцу Iисусу, и наружнымъ выраженiемъ своихъ чувствъ, но они принесли свои дары, къ Его ногамъ. И мы должны принести Ему дары наши, залогъ нашей любви, повергая ее передъ Нимъ, не довольствуясь только однимъ пѣснопѣнiемъ и колѣнопреклоненною молитвою. Есть большая примѣсь напускной чувствительности въ человѣческомъ поклоненiи Божеству; люди готовы воспѣвать хвалебныя пѣсни Творцу, но останавливаются передъ жертвою своего сокрушеннаго сердца, которая одна угодна Богу. Они просятъ Бога «послать дѣлателей въ виноградникъ Свой», но не отвѣчаютъ сами на Его призывъ.

Волхвы же, не только принесли дары, но дары богатые, драгоцѣнные, то, что они имѣли лучшаго; и намъ слѣдуетъ принести Богу то, что мы цѣнимъ всего больше, чистое золото нашей любви, фимiамъ лучшихъ нашихъ чувствъ, драгоцѣнную смирну нашихъ лучшихъ побужденiй. Слишкомъ часто, мы отдаемъ Богу лишь жалкiе остатки духовныхъ нашихъ сокровищъ, то, что мы не могли примѣнить въ нашей себялюбивой жизни, то, что не нужно намъ, то мы жертвуемъ Богу, отъ Котораго получили все. Нѣтъ, лучшую часть нашего существа, самое дорогое, самое возвышенное отдадимъ Ему на служенiе.

0

5

На Рождество мне всегда немного грустно. Не оттого, что вся страна с весельем славит родившегося Христа. Грустно от того,КАК это делается.

Еще не так давно празднование Рождества было ежегодным днем подвига. Подвигом было все — и соблюдение предпраздничного поста, выдаваемого вездесущим соглядатаям за обыкновенную диету. И поход на ночную службу в далекий незакрытый советской властью храм. Поход опасный как разведка — ибо под храмом тебя ждал заслон из идейных комсомольцев-оперативников. Комсомольцы радовались — Рождественский день был для них выходным, «честно заработанным» на ниве богоборчества. А верующим предстояло идти на работу после бессонной ночи молитвы.

Но Христос, Которого славили они ночью в полупустом храме, укреплял силы верных Своих. И прощал их подневольный труд в день святого праздника. Милостивый Бог принимал их жертву. И не оставлял ее без награды.

Сегодня Рождество — национальный праздник. Улыбающиеся детишки с многочисленных плакатов и открыток призывают славить Рождество. Призывают с тем самым задором, с каким звали недавно славить «мир, труд, май» или «крейсер Аврору». Только галстуки пионерские куда-то спрятали.

Да и храмовое действо нынче не под запретом. Домашнее застолье с успехом проходит под телетрансляцию праздничного богослужения различных конфессий. Не вставая из-за стола, успеешь «побывать» везде. При этом «псевдоучастии» уже нет места мистическому трепету сердца. Трепету в ожидании Чуда Богорождения. Все заменило банальное эстетство: «У каких красивее пели?». Или просто обывательское любопытство: «Где властьпридержащие мужи со свечками стояли?». И никаких опасностей, никаких трудов! Хочешь — переключи на концерт, хочешь — на фильм. И правда — не станешь ведь молиться пред экраном? Для подвига осталось мало места…

Но свой дар Богомладенцу, лежащему в Вифлеемских яслях, может принести каждый.

От нас не требуется долгого караванного пути, который проделали шедшие за Вифлеемской Звездой мудрецы. Достаточно и автобусной поездки к храму.

От нас не нужно «золота, ладана и смирны». Бог попросил тебя лишь об одном: Сын, дай Мне твое сердце (Прит. 23, 26)!

Ведь Христос не спросит тебя на Страшном Суде, смотрел ли ты рождественский концерт на праздник. И сколько блюд было на твоем праздничном столе — тоже неинтересно. Твой подвиг веры гораздо важнее кулинарных изысков. Сможешь ли ты пронести свое сердце чистым сквозь предпраздничную суету? Сможешь ли поклониться Богомладенцу всем сердцем, соединившись с ним в Святом Причастии, в великой Тайне Тела и Крови Христовых?
Игумен Валериан (Головченко).

http://cs308829.userapi.com/v308829796/5d8d/njlXvqnIIsc.jpg

0

6

что мы знаем о празднике Рождества Христова? Что он значит для современного человека, вооруженного научными знаниями и техническими достижениями, но при этом бесконечного одинокого и осознающего хрупкость своей жизни?

Рождество (документальный фильм )

0

7

Рождество. Оно приближается, и им пахнет воздух. Одинаковый воздух праздника, однако, для многих пахнет по-разному.

У одних в голове печеный гусь и праздничные распродажи, а у других (где вы, другие?) – темная пещера Рождества, уже напоминающая будущий Гроб, ныне славящийся своей пустотой. Гроб Христов – это такая же пещера, как и грот Его Рождества. Всю короткую земную жизнь Свою Христос шел от одной пещеры к другой, от пеленок Младенца к пеленам погребения, а вовсе не от почестей к почестям.

ПРОТОИЕРЕЙ АНДРЕЙ ТКАЧЕВ

0

8

Как православие относится к старинным рождественским гаданиям?

0


Вы здесь » БогослАвие (про ПравослАвие) » РОЖДЕСТВЕНСКИЙ ПОСТ И РОЖДЕСТВО » Дни до Рождества Христова: Кого мы ждем и что мы готовы принести?