Вверх страницы

Вниз страницы

БогослАвие (про ПравослАвие)

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » БогослАвие (про ПравослАвие) » РАБОТА-во всех ее проявлениях.. » работа и «Человеческий фактор»


работа и «Человеческий фактор»

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

«Человеческий фактор»


Страна содрогнулась недавно, узнав о происшествии с «Булгарией». Посреди слез, и грусти, и недоумения, и вопросов «за что?» властно в очередной раз прозвучало: «человеческий фактор». За этой емкой формулировкой – и расхлябанность, и безответственность, и стремление к прибыли любой ценой, и кажущееся вечным русское «и так сойдет». Но вот не «сходит». В этот раз не «сошло», и сто раз еще не «сойдет», если выводы сделаны не будут. В технический век ошибиться легче, а плоды мелких ошибок непоправимее.

И вспомнилось слово Николая Сербского, сказанное в ответ на вопрошание молодого машиниста паровоза. Тот пишет святителю, что работа ему кажется нудной, рутинной, далекой от романтики и творчества, далекой от служения Богу. А святитель отвечает, что юноша этот подобен Моисею.

Ты, говорит святой Николай, представь, сколько людей ежедневно вручают тебе свои жизни, даже не видя тебя в лицо! Ты везешь их, ты напряжен. Ты бодрствуешь. А они спят безмятежно или болтают в купе, уверенные в твоей надежности.

Подумай, сколько людей садится в вагоны, доверяя тебе, веря в то, что ты знаешь свое дело, что ты не пьян, не расхлябан, но собран, умен и компетентен!

Они сядут и выйдут, даже не поблагодарив тебя, но ты ведь должен знать, что они были в твоей власти и ты сделал свою работу честно и правильно. Велик твой труд, велика и награда тебе. Только помни Бога и делай свое дело как дело Божие. Оно же есть и дело служения людям.

Не дословно я цитирую святителя, но лишь в общих чертах передаю ход мысли в его ответном письме.

Вот вам и косвенный ответ на вопрос: а нужен ли священник в учебном заведении?

Нужен, поскольку должен же кто-то сказать эти слова будущему капитану, будущему машинисту, будущему водителю автобуса. Если не скажет их священник, пусть скажет другой человек, но слова эти должны прозвучать.

Есть профессии, требующие невозможного, а именно – любви. Любить должен учитель, врач и священник. Если эти трое не любят, то они не лечат, не учат и не священствуют. Профессиональные навыки нужны им не более чем лопата – землекопу. Всему остальному учит любовь и ее дети: сострадание, внимание, жертвенность. Но, оказывается, не только эти трое – учитель, врач, священник – нуждаются в любви как в факторе успешной деятельности. Пилот пассажирского самолета точно так же нуждается в чувстве ответственности, в строгости к себе и переживании за судьбу пассажиров, а значит – нуждается в деятельной любви, как и представители священных профессий.

Профессия – это способ служения Богу и ближним. Если ты врач и утром у тебя операция, то не замаливайся на ночь. Выспись и проснись отдохнувшим. Твое молитвенное служение – лишь малый процент твоей деятельности. Главное твое служение – у операционного стола. Там священнодействуй. Если же не выспавшимся встанешь у разъятого тела больного человека, и совершишь врачебную ошибку, и убьешь своей рукой того, кто доверил тебе свою жизнь, то вряд ли когда-нибудь отмолишь свою глупость и преступное непонимание того, что главное, а что вторичное.

Я слышал однажды о водителе троллейбуса, которому горе-духовник назначил тяжелую епитимью. И бедняга, вынужденный вставать в полпятого каждый день, подолгу клал поклоны, читал каноны и кафизмы, пока однажды, уставший и невыспавшийся, не разбил троллейбус. Духовник виноват. Его тупая и жестокая бесчувственность к жизни простого человека рождена из уверенности в том, что служение Богу – это молитвенное служение и только оно. Точка. А ведь это не так.

Служить Богу – не значит надеть священные одежды и умиленно возглашать припевы акафиста. Служить Богу – значит перед лицом Божиим честно и правильно делать свое ежедневное дело, на которое ты поставлен Промыслом. Повар на кухне ресторана тоже служит Богу, если шепчет: «Иисусе, Сыне Божий, помилуй нас», – нарезая лук, потроша рыбу, смешивая соус. Если повар этот рукой или глазами крестит пищу, которую сейчас унесет запыхавшийся официант, если повар желает здоровья тем, кто будет вкушать его стряпню, то неужели он не служит Богу и людям прямо здесь – в чаду и духоте варочного цеха? Он служит Богу! Я в этом не сомневаюсь.

У преподобного Феодосия Печерского за столом любил бывать киевский князь. И вкусно было этому человеку, «одетому в порфиру и виссон», есть за столом преподобного моченые яблоки и пареную репу. Хотя дома ждали его изысканные яства, пища от стола игумена была слаще. О секрете этом спрашивал он Феодосия. И отвечал ему святой муж, что секрет вкуса монастырской пищи в том, что не ругаются братия, готовящие трапезу, но молчат и в уме молятся. И не воруют ничего, и благословение берут на всякое начало дела. Оттого и пища выходит хоть и простая, но вкусная. Да ведь это откровение! Это не просто лубочная картинка из прошлого. Это практический совет к поведению в настоящем. И если позовут священника в кулинарное училище, то невозможно придумать лучшей темы для проповеди, чем этот эпизод Печерского патерика, переведенный на современный язык и истолкованный молодежной учащейся аудитории.

***

Надо служить Богу! Стоит сказать эти слова, как в голове нашего современника либо возникает шумная рябь, подобная телевизионным помехам, либо всплывает картинка ухода из мира с котомкой за плечами и непрестанной молитвой на устах.

Но давайте взглянем на проблему иначе. Давайте внесем служение Богу в гущу повседневной жизни. Для этого потрудимся освятить Богом внутреннее пространство души, как написано: «Положи меня, как печать, на сердце твое, как перстень, на руку твою». Привяжемся к Господу памятью любящего сердца. А затем пойдем на свою ежедневную работу и Господа поведем туда с собой. Он не сможет не пойти, если мы действительно сильно с Ним связаны. И Он войдет через нас в офисы и учреждения, в классы и аудитории, в салоны самолетов и больничные палаты.

Зачем отдавать этот прекрасный мир врагу? Зачем Маммона с Бахусом и Венерой должны командовать всеми и всюду, а Христу должно оставаться одно воскресенье в неделю?

Все великое имеет свойство казаться простым и банальным. Простыми до наивности кажутся многие притчи Соломона. Простыми кажутся слова праведного Иоанна Кронштадтского в его дневнике. Но всякий раз из-под покрова этой внешней простоты готовы вырваться лучи Фаворского света. Поэтому не убоимся обвинений в банальности или наивности. И если придет к нам человек, говоря: «Я портной. Что мне делать, чтобы угодить Господу?», ответим ему: «Помни Христа ежечасно и, если шьешь костюм, шей его так, как если бы Сам Христос его носил».

«А я сантехник». – «Что ж! Ты входишь в жилища, чтобы оказать людям помощь. Помни Христа ежечасно и старайся видеть Его в тех, в чьих квартирах работаешь».

Не подобным ли образом отвечал Креститель Иоанн воинам, мытарям и блудницам, приноравливая ответ к образу жизни вопрошавших?

Так рассуждая, мы не оставим без внимания никого, в том числе и несытых директоров турфирм, и капитанов неисправных пассажирских судов, и капитанов исправных судов, проходящих мимо тонущих людей.

Сколько раз еще говорить о том, что человек без Бога – это помесь скотины и демона? Какие еще доказательства подшивать к этому убийственному тезису, когда сама жизнь уже не картинно бросает, но презрительно плюет нам в лицо доказательствами на каждом шагу?

Или мы служим Богу, не сходя с рабочего места, или я не знаю, о чем можно говорить дальше. Кстати, если память Божия укоренится в сердцах сограждан прочнее привычного, то и в аэропортах, и в речных портах, и на железнодорожных вокзалах появятся наконец небольшие храмы и часовни, чтобы вверяющий себя стихиям человек мог горячо и кратко помолиться Богу, прежде чем ступить на борт судна, неважно – морского или воздушного.

Но это уже тема иной беседы.
Протоиерей Андрей Ткачев

0

2

Есть профессии, требующие невозможного, а именно – любви. Любить должен учитель, врач и священник. Если эти трое не любят, то они не лечат, не учат и не священствуют. Профессиональные навыки нужны им не более чем лопата – землекопу. Всему остальному учит любовь и ее дети: сострадание, внимание, жертвенность

Протоиерей Андрей Ткачев

0

3

в Бога истинного просто верить – мало. Ради Бога истинного надо именно трудиться. Это – наша жертва.

Можно попробовать превратить в служение свою работу, особенно если это работа педагога или врача. Можно трудиться и руками, и кошельком, и головой. А если уж ничего совсем не получается, то и тогда остается великая жертва, о которой сказано в покаянном псалме: «Жертва Богу – дух сокрушен. Сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит»

Протоиерей Андрей Ткачев

0

4

Служить Богу – не значит надеть священные одежды и умиленно возглашать припевы акафиста. Служить Богу – значит перед лицом Божиим честно и правильно делать свое ежедневное дело, на которое ты поставлен Промыслом. Повар на кухне ресторана тоже служит Богу, если шепчет: «Иисусе, Сыне Божий, помилуй нас», – нарезая лук, потроша рыбу, смешивая соус. Если повар этот рукой или глазами крестит пищу, которую сейчас унесет запыхавшийся официант, если повар желает здоровья тем, кто будет вкушать его стряпню, то неужели он не служит Богу и людям прямо здесь – в чаду и духоте варочного цеха? Он служит Богу! Я в этом не сомневаюсь.

Протоиерей Андрей Ткачёв

Надо служить Богу! Стоит сказать эти слова, как в голове нашего современника либо возникает шумная рябь, подобная телевизионным помехам, либо всплывает картинка ухода из мира с котомкой за плечами и непрестанной молитвой на устах.
Но давайте взглянем на проблему иначе. Давайте внесем служение Богу в гущу повседневной жизни. Для этого потрудимся освятить Богом внутреннее пространство души, как написано: «Положи меня, как печать, на сердце твое, как перстень, на руку твою». Привяжемся к Господу памятью любящего сердца. А затем пойдем на свою ежедневную работу и Господа поведем туда с собой. Он не сможет не пойти, если мы действительно сильно с Ним связаны. И Он войдет через нас в офисы и учреждения, в классы и аудитории, в салоны самолетов и больничные палаты.

Протоиерей Андрей Ткачёв

0

5

Вас ожидает рабочий день, а соседа по рабочему столу вы на дух не переносите. Что делать? Уходите на работу как на войну, зная, что вам предстоит схватка. Наспех выпив чаю и садясь в метро или троллейбус, молитесь о том, чтобы Бог дал вам силы и разум вести себя правильно и ровно. «Научи меня прямо и разумно действовать с каждым из ближних моих, никого не осуждая и не огорчая», — так молились оптинские старцы, так молись и ты. Святой Амвросий Оптинский говорил, что если нет любви, то через силу нужно делать дела любви, и Бог, видя твои труды, подарит тебе любовь.

http://cs317424.userapi.com/v317424792/120/SZSdKfaWOs0.jpg

У твоего ненавистного соседа развязались шнурки или выправилась из штанов рубашка. Дело любви — не дать ему быть посмешищем для коллектива, а тихо подсказать, что исправить в одежде. Или у него (нее) упала на пол папка с документами. Помоги поднять, согнись, корона не свалится. Так делами любви, сделанными через силу, ты можешь размягчить сердце бывшего недруга и привлечь к себе Божию любовь. Дай денег, подвези, поздравь с днем рождения, заступись, если можешь и если есть нужда. И все это — через силу, по долгу, с неким насилием над своим строптивым и нелюбящим сердцем. Только на этом пути тебе может открыться опыт внутреннего примирения с теми, с кем ты внутренне же враждовал.

ПРОТОИЕРЕЙ АНДРЕЙ ТКАЧЕВ

0

6

http://cs406922.userapi.com/v406922081/582/WUagaHnjNmk.jpg

:dontknow: так и есть ..имеем то ,что имеем...

0

7

  4Ибо, как в одном теле у нас много членов, но не у всех членов одно и то же дело, 5так мы, многие, составляем одно тело во Христе, а порознь один для другого члены.

Сказанное пред сим Апостол поясняет примером. Потребовав не мудрствовать паче меры своей, то есть знать свою меру, и как не думать о себе паче меры, так и не загадывать дел выше своих сил и не требовать себе места и должности выше своих способностей, теперь убеждает: смотри на тело, и научишься всему сему. У нас в одном теле много членов, и не все члены одно делают дело, но у каждого есть свое дело, которым одним он и занят и не заявляет требования, чтоб ему дали другое дело, которое кажется ему повыше. Не все члены видят, не все слышат, не все дышат... Но зрение дано глазу, — он им и занят; слышание — уху, — оно то и делает; дыхание — легким, — они и дышат: так и прочие члены имеют всякий свое дело: желудок варит пищу, сердце обращает кровь и прочее. Желудок не заявляет требования: дай, я буду смотреть, — потому что он к этому не настроен и способности не имеет. Так и всякий член не лезет туда, где он негож, — свою меру знает и о том лишь заботится, чтоб свое дело исправлять как должно. Похоже на тело и общество христианское, продолжает Апостол. Нас много, но все мы — одно тело о Христе Иисусе Господе, Который есть Глава сего тела. Все мы — одно тело, но не все — одно и то же, но разнимся друг от друга; мы то же в отношении друг к другу, что члены. — Далее сего сравнение у Апостола нейдет. Ожидалось бы, что он скажет: так и мы, как члены одного духовного тела о Христе, не одно и то же имеем или должны иметь делание, как не одно имеют делание и члены тела вещественного. Но как это само собою было очевидно, то Апостол не счел нужным делать такое приложение, равно как выводить отсюда урок: свое дело всякий делай и выше своего дарования не лезь.
  Очевидно, что Апостол так поставил сие сравнение, чтоб поддержать вторую особенно сторону немудрствования паче должного, то есть ту, чтоб не быть притязательным, не искать высшего себя, а свою меру знать и свое дело делать. Но и первая тут же: ибо таких притязаний нельзя иметь, не думая о себе паче меры. Почему не неуместно наши толковники и в сих стихах видят продолжение Апостольского наставления о смиренномудрии. «Почему ты думаешь о себе высоко? Не все ли мы, большие и малые, составляем одно тело? А когда по отношению к Главе мы одно тело и один для другого члены; для чего ты отторгаешься высокоумием? Для чего стыдишься брата? Как он есть твой член, так и ты его член; и в этом отношении вы равночестны» (святой Златоуст).

0

8

О спасении На сон грядущим Ткачев
о работе и на всяком ли рабочем месте можно спастись ?

0

9

http://cs316730.userapi.com/v316730685/5820/rkVw_FobjZk.jpg

0

10

http://cs309626.userapi.com/v309626664/36e2/x7rmuggM8-E.jpg

0

11

Странное

Люди, которые целыми вагонами бегают от контролеров в электричках, потом рамсят на вороватую милицию и никакущую медицину. Везде ворье. Кстати, да. Действительно везде.

Отмазы про то, что нет работы и "государство не дает", является оправданием для себя. Но не оправдание ли это для гаишника на дороге или налоговика взяточника?
В общем банальностей наговорил...
автор mapm
http://mapm.livejournal.com/426228.html#comments

0

12

Совещание

Блог Алексея Березина

Петров пришел во вторник на совещание. Ему там вынули мозг, разложили по блюдечкам и стали есть, причмокивая и вообще выражая всяческое одобрение. Начальник Петрова, Недозайцев, предусмотрительно раздал присутствующим десертные ложечки. И началось.

— Коллеги, — говорит Морковьева, — перед нашей организацией встала масштабная задача. Нам поступил на реализацию проект, в рамках которого нам требуется изобразить несколько красных линий. Вы готовы взвалить на себя эту задачу?

— Конечно, — говорит Недозайцев. Он директор, и всегда готов взвалить на себя проблему, которую придется нести кому-то из коллектива. Впрочем, он тут же уточняет: — Мы же это можем?

Начальник отдела рисования Сидоряхин торопливо кивает:

— Да, разумеется. Вот у нас как раз сидит Петров, он наш лучший специалист в области рисования красных линий. Мы его специально пригласили на совещание, чтобы он высказал свое компетентное мнение.

— Очень приятно, — говорит Морковьева. — Ну, меня вы все знаете. А это — Леночка, она специалист по дизайну в нашей организации.

Леночка покрывается краской и смущенно улыбается. Она недавно закончила экономический, и к дизайну имеет такое же отношение, как утконос к проектированию дирижаблей.

— Так вот, — говорит Морковьева. — Нам нужно нарисовать семь красных линий. Все они должны быть строго перпендикулярны, и кроме того, некоторые нужно нарисовать зеленым цветом, а еще некоторые — прозрачным. Как вы считаете, это реально?

— Нет, — говорит Петров.

— Давайте не будем торопиться с ответом, Петров, — говорит Сидоряхин. — Задача поставлена, и ее нужно решить. Вы же профессионал, Петров. Не давайте нам повода считать, что вы не профессионал.

— Видите ли, — объясняет Петров, — термин «красная линия» подразумевает, что цвет линии — красный. Нарисовать красную линию зеленым цветом не то, чтобы невозможно, но очень близко к невозможному…

— Петров, ну что значит «невозможно»? — спрашивает Сидоряхин.

— Я просто обрисовываю ситуацию. Возможно, есть люди, страдающие дальтонизмом, для которых действительно не будет иметь значения цвет линии, но я не уверен, что целевая аудитория вашего проекта состоит исключительно из таких людей.

— То есть, в принципе, это возможно, мы правильно вас понимаем, Петров? — спрашивает Морковьева.

Петров осознает, что переборщил с образностью.

— Скажем проще, — говорит он. — Линию, как таковую, можно нарисовать совершенно любым цветом. Но чтобы получилась красная линия, следует использовать только красный цвет.

— Петров, вы нас не путайте, пожалуйста. Только что вы говорили, что это возможно.

Петров молча проклинает свою болтливость.

— Нет, вы неправильно меня поняли. Я хотел лишь сказать, что в некоторых, крайне редких ситуациях, цвет линии не будет иметь значения, но даже и тогда — линия все равно не будет красной. Понимаете, она красной не будет! Она будет зеленой. А вам нужна красная.

Наступает непродолжительное молчание, в котором отчетливо слышится тихое напряженное гудение синапсов.

— А что если, — осененный идеей, произносит Недозайцев, — нарисовать их синим цветом?

— Все равно не получится, — качает головой Петров. — Если нарисовать синим — получатся синие линии.

Опять молчание. На этот раз его прерывает сам Петров.

— И я еще не понял… Что вы имели в виду, когда говорили о линиях прозрачного цвета?

Морковьева смотрит на него снисходительно, как добрая учительница на отстающего ученика.

— Ну, как вам объяснить?.. Петров, вы разве не знаете, что такое «прозрачный»?

— Знаю.

— И что такое «красная линия», надеюсь, вам тоже не надо объяснять?

— Нет, не надо.

— Ну вот. Вы нарисуйте нам красные линии прозрачным цветом.

Петров на секунду замирает, обдумывая ситуацию.

— И как должен выглядеть результат, будьте добры, опишите пожалуйста? Как вы себе это представляете?

— Ну-у-у, Петро-о-ов! — говорит Сидоряхин. — Ну давайте не будем… У нас что, детский сад? Кто здесь специалист по красным линиям, Морковьева или вы?

— Я просто пытаюсь прояснить для себя детали задания…

— Ну, а что тут непонятного-то?.. — встревает в разговор Недозайцев. — Вы же знаете, что такое красная линия?

— Да, но…

— И что такое «прозрачный», вам тоже ясно?

— Разумеется, но…

— Так что вам объяснять-то? Петров, ну давайте не будем опускаться до непродуктивных споров. Задача поставлена, задача ясная и четкая. Если у вас есть конкретные вопросы, так задавайте.

— Вы же профессионал, — добавляет Сидоряхин.

— Ладно, — сдается Петров. — Бог с ним, с цветом. Но у вас там еще что-то с перпендикулярностью?..

— Да, — с готовностью подтверждает Морковьева. — Семь линий, все строго перпендикулярны.

— Перпендикулярны чему? — уточняет Петров.

Морковьева начинает просматривать свои бумаги.

— Э-э-э, — говорит она наконец. — Ну, как бы… Всему. Между собой. Ну, или как там… Я не знаю. Я думала, это вы знаете, какие бывают перпендикулярные линии, — наконец находится она.

— Да конечно знает, — взмахивает руками Сидоряхин. — Профессионалы мы тут, или не профессионалы?..

— Перпендикулярны могут быть две линии, — терпеливо объясняет Петров. — Все семь одновременно не могут быть перпендикулярными по отношению друг к другу. Это геометрия, 6 класс.

Морковьева встряхивает головой, отгоняя замаячивший призрак давно забытого школьного образования. Недозайцев хлопает ладонью по столу:

— Петров, давайте без вот этого: «6 класс, 6 класс». Давайте будем взаимно вежливы. Не будем делать намеков и скатываться до оскорблений. Давайте поддерживать конструктивный диалог. Здесь же не идиоты собрались.

— Я тоже так считаю, — говорит Сидоряхин.

Петров придвигает к себе листок бумаги.

— Хорошо, — говорит он. — Давайте, я вам нарисую. Вот линия. Так?

Морковьева утвердительно кивает головой.

— Рисуем другую… — говорит Петров. — Она перпендикулярна первой?

— Ну-у…

— Да, она перпендикулярна.

— Ну вот видите! — радостно восклицает Морковьева.

— Подождите, это еще не все. Теперь рисуем третью… Она перпендикулярна первой линии?..

Вдумчивое молчание. Не дождавшись ответа, Петров отвечает сам:

— Да, первой линии она перпендикулярна. Но со второй линией она не пересекается. Со второй линией они параллельны.

Наступает тишина. Потом Морковьева встает со своего места и, обогнув стол, заходит Петрову с тыла, заглядывая ему через плечо.

— Ну… — неуверенно произносит она. — Наверное, да.

— Вот в этом и дело, — говорит Петров, стремясь закрепить достигнутый успех. — Пока линий две, они могут быть перпендикулярны. Как только их становится больше…

— А можно мне ручку? — просит Морковьева.

Петров отдает ручку. Морковьева осторожно проводит несколько неуверенных линий.

— А если так?..

Петров вздыхает.

— Это называется треугольник. Нет, это не перпендикулярные линии. К тому же их три, а не семь.

Морковьева поджимает губы.

— А почему они синие? — вдруг спрашивает Недозайцев.

— Да, кстати, — поддерживает Сидоряхин. — Сам хотел спросить.

Петров несколько раз моргает, разглядывая рисунок.

— У меня ручка синяя, — наконец говорит он. — Я же просто чтобы продемонстрировать…

— Ну, так может, в этом и дело? — нетерпеливо перебивает его Недозайцев тоном человека, который только что разобрался в сложной концепции и спешит поделиться ею с окружающими, пока мысль не потеряна. — У вас линии синие. Вы нарисуйте красные, и давайте посмотрим, что получится.

— Получится то же самое, — уверенно говорит Петров.

— Ну, как то же самое? — говорит Недозайцев. — Как вы можете быть уверены, если вы даже не попробовали? Вы нарисуйте красные, и посмотрим.

— У меня нет красной ручки с собой, — признается Петров. — Но я могу совершенно…

— А что же вы не подготовились, — укоризненно говорит Сидоряхин. — Знали же, что будет собрание…

— Я абсолютно точно могу вам сказать, — в отчаянии говорит Петров, — что красным цветом получится точно то же самое.

— Вы же сами нам в прошлый раз говорили, — парирует Сидоряхин, — что рисовать красные линии нужно красным цветом. Вот, я записал себе даже. А сами рисуете их синей ручкой. Это что, красные линии по-вашему?

— Кстати, да, — замечает Недозайцев. — Я же еще спрашивал вас про синий цвет. Что вы мне ответили?

Петрова внезапно спасает Леночка, с интересом изучающая его рисунок со своего места.

— Мне кажется, я понимаю, — говорит она. — Вы же сейчас не о цвете говорите, да? Это у вас про вот эту, как вы ее называете? Перпер-чего-то-там?

— Перпендикулярность линий, да, — благодарно отзывается Петров. — Она с цветом линий никак не связана.

— Все, вы меня запутали окончательно, — говорит Недозайцев, переводя взгляд с одного участника собрания на другого. — Так у нас с чем проблемы? С цветом или с перпендикулярностью?

Морковьева издает растерянные звуки и качает головой. Она тоже запуталась.

— И с тем, и с другим, — тихо говорит Петров.

— Я ничего не могу понять, — говорит Недозайцев, разглядывая свои сцепленные в замок пальцы. — Вот есть задача. Нужно всего-то семь красных линий. Я понимаю, их было бы двадцать!.. Но тут-то всего семь. Задача простая. Наши заказчики хотят семь перпендикулярных линий. Верно?

Морковьева кивает.

— И Сидоряхин вот тоже не видит проблемы, — говорит Недозайцев. — Я прав, Сидоряхин?.. Ну вот. Так что нам мешает выполнить задачу?

— Геометрия, — со вздохом говорит Петров.

— Ну, вы просто не обращайте на нее внимания, вот и все! — произносит Морковьева.

Петров молчит, собираясь с мыслями. В его мозгу рождаются одна за другой красочные метафоры, которые позволили бы донести до окружающих сюрреализм происходящего,.... но как назло, все они, совершенно неуместным в рамках деловой беседы.

Устав ждать ответа, Недозайцев произносит:

— Петров, вы ответьте просто — вы можете сделать или вы не можете? Я понимаю, что вы узкий специалист и не видите общей картины. Но это же несложно — нарисовать какие-то семь линий? Обсуждаем уже два часа какую-то ерунду, никак не можем прийти к решению.

— Да, — говорит Сидоряхин. — Вы вот только критикуете и говорите: «Невозможно! Невозможно!» Вы предложите нам свое решение проблемы! А то критиковать и дурак может, простите за выражение. Вы же профессионал!

Петров устало изрекает:

— Хорошо. Давайте я нарисую вам две гарантированно перпендикулярные красные линии, а остальные — прозрачным цветом. Они будут прозрачны, и их не будет видно, но я их нарисую. Вас это устроит?

— Нас это устроит? — оборачивается Морковьева к Леночке. — Да, нас устроит.

— Только еще хотя бы пару — зеленым цветом, — добавляет Леночка. — И еще у меня такой вопрос, можно?

— Да, — мертвым голосом разрешает Петров.

— Можно одну линию изобразить в виде котенка?

Петров молчит несколько секунд, а потом переспрашивает:

— Что?

— Ну, в виде котенка. Котеночка. Нашим пользователям нравятся зверюшки. Было бы очень здорово…

— Нет, — говорит Петров.

— А почему?

— Нет, я конечно могу нарисовать вам кота. Я не художник, но могу попытаться. Только это будет уже не линия. Это будет кот. Линия и кот — разные вещи.

— Котенок, — уточняет Морковьева. — Не кот, а котенок, такой маленький, симпатичный. Коты, они…

— Да все равно, — качает головой Петров.

— Совсем никак, да?.. — разочарованно спрашивает Леночка.

— Петров, вы хоть дослушали бы до конца, — раздраженно говорит Недозайцев. — Не дослушали, а уже говорите «Нет».

— Я понял мысль, — не поднимая взгляда от стола, говорит Петров. — Нарисовать линию в виде котенка невозможно.

— Ну и не надо тогда, — разрешает Леночка. — А птичку тоже не получится?

Петров молча поднимает на нее взгляд и Леночка все понимает.

— Ну и не надо тогда, — снова повторяет она.

Недозайцев хлопает ладонью по столу.

— Так на чем мы остановились? Что мы делаем?

— Семь красных линий, — говорит Морковьева. — Две красным цветом, и две зеленым, и остальные прозрачным. Да? Я же правильно поняла?

— Да, — подтверждает Сидоряхин прежде, чем Петров успевает открыть рот.

Недозайцев удовлетворенно кивает.

— Вот и отлично… Ну, тогда все, коллеги?.. Расходимся?.. Еще вопросы есть?..

— Ой, — вспоминает Леночка. — У нас еще есть красный воздушный шарик! Скажите, вы можете его надуть?

— Да, кстати, — говорит Морковьева. — Давайте это тоже сразу обсудим, чтобы два раза не собираться.

— Петров, — поворачивается Недозайцев к Петрову. — Мы это можем?

— А какое отношение ко мне имеет шарик? — удивленно спрашивает Петров.

— Он красный, — поясняет Леночка.

Петров тупо молчит, подрагивая кончиками пальцев.

— Петров, — нервно переспрашивает Недозайцев. — Так вы это можете или не можете? Простой же вопрос.

— Ну, — осторожно говорит Петров, — в принципе, я конечно могу, но…

— Хорошо, — кивает Недозайцев. — Съездите к ним, надуйте. Командировочные, если потребуется, выпишем.

— Завтра можно? — спрашивает Морковьева.

— Конечно, — отвечает Недозайцев. — Я думаю, проблем не будет… Ну, теперь у нас все?.. Отлично. Продуктивно поработали… Всем спасибо и до свидания!

Петров несколько раз моргает, чтобы вернуться в объективную реальность, потом встает и медленно бредет к выходу. У самого выхода Леночка догоняет его.

— А можно еще вас попросить? — краснея, говорит Леночка. — Вы когда шарик будете надувать… Вы можете надуть его в форме котенка?..

Петров вздыхает.

— Я все могу, — говорит он. — Я могу абсолютно все. Я профессионал.

http://alex-aka-jj.livejournal.com/66984.html#cutid1

0

13

Разбирая евангельскую притчу о виноградарях, Патриарх подробно остановился на том, какое приложение она имеет к жизни каждого христианина: «Что же имел в виду Господь, под этим краеугольным камнем, когда толковал притчу о злых виноградарях? Он имел в виду того самого хозяина, которому принадлежит виноградник и который требует от виноградарей, то есть тех, кому поручено возделывать виноградник, урожай. Под образом этого хозяина Господь в притче сказал о Боге. Все, что существует, весь космос, вся вселенная, планета наша, люди, которые на ней живут, — это Божий виноградник».

«Нам иногда кажется, – заметил Патриарх, – особенно по мере возрастания наших сил, будь то интеллектуальные силы, будь то научные знания, будь то новые технологии, — что человек может все, что он хозяин этого мира. И голова кружится от желания управлять этим миром по стихиям своей собственной греховной природы. Но мы не хозяева — мы работники в Божием винограднике. Какое высокое или какое низкое положение мы бы ни занимали — от имеющих огромные полномочия властителей до самых безвластных людей — каждый должен понимать, что он назначен экономом, домоправителем, и его Бог назначил на эту должность. Бог не вторгается в нашу жизнь настолько, чтобы мы могли непосредственно видеть Божию волю, — если б было так, то не было бы человеческой свободы. Но Бог избирает людей, дает им шанс управлять виноградником, и, чем выше должность, тем больше ответственность — не перед людьми, но, в первую очередь, перед Богом».

«Сейчас наша страна страдает от такого явления, как коррупция. Действительно, коррупция убивает энергию людей, тормозит экономическое развитие страны. Мы готовы принимать новые законы, что называется, «завинчивать гайки». Но необходимо помнить: пока человек, в руки которого приходит материальная власть, не осознает себя подотчетным Богу, никакие законы по-настоящему не сработают. Каждый должен понимать, что Бог поставил его на это место, и Бог ждет от него не стремления к личному благосостоянию, не реализации власти во имя власти, а результатов его служения Богу через служение людям», – подчеркнул Предстоятель Русской Церкви.
http://www.pravoslavie.ru/news/58150.htm

0

14

http://s3.uploads.ru/t/zwIFt.jpg

0

15

"Всякому теперь кажется, что он мог бы наделать много добра на месте и в должности другого, и только не может сделать его в своей должности. Это причина всех зол. Нужно подумать теперь о том всем нам, как на своем собственном месте сделать добро. Поверьте, что Бог недаром повелел каждому быть на том месте, на котором он теперь стоит. Нужно только хорошо осмотреться вокруг себя."
Н.В. Гоголь

http://cs7007.userapi.com/c315525/v315525796/3e91/2awNqtRNUV4.jpg

0

16

Однажды Бог доверил одному своему служителю работу. Он дал ему семена и сказал посеять их в поле. После этого служителю было поручено ежедневно носить туда воду и поливать. Каждую неделю всё поле. И человек с удовольствием взялся за дело: день за днём изо всех сил он таскал воду, чтобы к концу недели успеть полить всё поле. Он ревностно делал это много недель. Его плечи стали натруженными от коромысла. Каждый день человек возвращался домой уставшим. Поначалу он делал это с большой радостью, осознавая, что тем самым служит Богу. И предвкушал, как вот-вот из тех семян вырастут прекрасные цветы. Но прошёл май, июнь, июль, август — а поле лишь поросло сорняками. И теперь человек возвращался домой не просто изнеможённым, но с чувством, как будто день прошёл впустую.
Сатана заметил, что у человека поменялся настрой, стала проявляться подавленность, и решил поспособствовать этому. Он стал нашёптывать ему:
— Ты уже так давно носишь эту воду, а всё без толку! Зачем ты так себя убиваешь? Это ведь просто бессмысленно! Займись чем-то другим, более плодотворным.
Таким образом, он внушил человеку, что его старания бесплодны, и что он неудачник. Эти мысли отбили у человека желание продолжать порученную ему Богом работу. «Зачем так утруждаться, — думал человек, — я так долго работал на износ, а результата не видно. Лучше не буду перетруждаться, буду носить поменьше воды».
Подумав так, он всё же решил обратиться к Богу в молитве и рассказать ему о своих переживаниях:
— О Господь, я так долго и усердно служил тебе, я вкладывал все свои силы, чтобы выполнять задание, которое ты мне дал. Но до сих пор, хотя прошло столько времени, я не сумел вырастить на своём поле ни единого цветочка. Что я делаю не так? Почему у меня не получается?
Тогда Бог ответил ему с пониманием и сочувствием:
— Друг мой! Когда я предложил тебе это служение, ты с готовностью согласился. Я сказал, чтобы ты носил воду столько, сколько у тебя хватит сил — и ты делал это. Я никогда не говорил, чтобы ты во что бы то ни стало вырастил целое поле цветов. Почему же сейчас ты приходишь ко мне удручённым, думая, что ты подвёл меня? Разве это действительно так? Посмотри на себя. Ты стал таким сильным и ловким. Твои руки стали крепче, а твои ноги стали выносливыми. И благодаря постоянным усилиям ты стал сильнее, и твои возможности сегодня намного превосходят те, которые у тебя были до того, как ты начал работу. Теперь ты знаешь, как поливать, чтобы не размывать почву, и чтобы воды хватило везде, Да, ты действительно не вырастил цветов, но я ожидал от тебя в первую очередь не этого, а послушания, веры и упования на Меня. И ты это делал. Я доволен тобой. И поэтому завтра на твоём поле расцветут первые цветы. Ты просто не заметил, как среди сорняков взошли их ростки с бутонами.

http://cs7007.userapi.com/c315525/v315525796/3e89/kNY1FQdUuhY.jpg

0

17

Как говорит преподобный Силуан Афонский: «Один – патриарх, другой – священник, третий – повар; большую награду получит тот, кто больше любит Бога». Не надо сравнивать себя ни с кем. Перед лицом вечности каждый из нас, сколь бы скромным ни было его служение, обретает несоизмеримое ни с чем величие по дару любви Христовой.

0

18

Ищите Бога всем своим сердцем, всей своей душою, всем помышлением, тогда все будет получаться. Это Его воля. И это постоянная работа. Доктор ли вы, или подметаете улицу — неважно, но если вы не любите Бога, вы впустую потратили свою жизнь. Если же вы любите Бога, будьте хоть официантом. Работа врача-нейрохирурга и работа дворника равно почетны, если совершаются с любовью к Богу.

СХИАРХИМАНДРИТ ИОАКИМ ПАРР

0

19

радостно до слез ...

Зубы и миссия

Евгений Лопатин — директор нескольких зубных клиник. Пациентам, ожидающих приема, или их сопровождающим предлагается скоротать время за чтением журналов «Фома», «Нескучный сад», газеты «Крестовский мост». Если в стопке окажется какое-нибудь гламурно—глянцевое издание, то обязательно открытое на «нужной» статье, например, на интервью с Эвелиной Бледанс, где та рассказывает о том, почему ей и в голову не пришло сделать аборт, когда врачи сообщили о возможности рождения ребенка с синдромом Дауна.
Всем пациентам в клиниках раздаются фильмы духовного содержания, пакеты, содержимое которых составляют бумажные иконы, молитвы, брошюры об основах христианства…
Что это — пиар ход или искреннее желание рассказать людям о своей вере?

http://www.pravmir.ru/wp-content/uploads/2013/08/DSC_0081-580x385.jpg
— Во многом определяющей для себя я считаю встречу с протоиереем Василием Ермаковым, известным петербургским священником.
Интересно, как вроде не связанные друг с другом события жизни, если смотреть на них внимательно, складываются в единую цепочку, указывающую дорогу в нужном направлении.

В Петербург (тогда Ленинград) я из Курска впервые приехал после школы и поступил в Военно-медицинскую академию им. С.М. Кирова на четвертый факультет, чтобы стать начальником медицинской службы атомной подводной лодки или надводного корабля. Но так сложилось, что не доучился… Затем — дослуживал на кораблях северного флота, и после демобилизации меня взяли без экзаменов в Первый Московский медицинский институт им. И.М. Сеченова.

Детство мое прошло в нецерковной интеллигентной семье: папа — инженер, мама — завуч школы, преподаватель математики. Но, как я узнал позднее, мама у меня всегда была верующая. Мы сейчас с ней много говорим на духовные темы, и я с удивлением для себя обнаруживаю, что мама еще в молодости размышляла о Боге, о Церкви…

Во времена моего детства я об этом и подумать не мог. Как-то, мне было лет восемь, я остался дома один. И вдруг увидел в осенних сумерках какой-то серый круг с рваными очертаниями на кухне около шкафа. Я не испугался, заинтересовался. Стал смотреть и не знал, что делать. Потом стал пытаться креститься.

Причем тогда не знал, что это называется «креститься», меня ни разу в храм не водили. Хотя — крестили, в пятилетнем возрасте. Сделала это бабушка Евдокия, на Украине, в Константиновке Донецкой области. Мама пережила там оккупацию, а потом отвозила меня к своим знакомым на лето. Крещением, от которого у меня остались смутные воспоминания, мое знакомство с Церковью тогда и ограничилось.
Итак, я начал пытаться осенить себя крестным знамением. Наобум. Стал пробовать разные манипуляции, сначала слева направо, потом справа налево… Это было очень интересно и ответственно. Я понимал, что делаю что-то важное.

Потом, когда почувствовал, что нашел нужную последовательность движений, я успокоился. Причем я не был каким-то забитым испуганным мальчиком: самый обыкновенный ребенок, который, правда, любил поразмышлять. Когда вечером пришла мама, я ей показал мои наработки. И неожиданно получил пощечину. Без объяснений.

— Повзрослев, попросили у мамы объяснений?

— Да. Она — из семьи с дворянскими корнями, по отцовской линии были чекисты, и мама боялась за моё будущее. Все-таки я 1966-го года, а у многих тогда живо было в памяти время массовых репрессий… Мама хотела сберечь меня. И — сберегла, благодаря ей я смог прийти к Богу уже в сознательном возрасте.

У каждого свой путь, но мне кажется, к Богу лучше приходить, когда тебе ничего от Него не надо, когда у тебя все в порядке и со здоровьем, и с материальной стороной жизни. Тогда ты по-особому ценишь эту встречу, не хочешь отойти от Него, потому что встреча была честной.
Себя нельзя обмануть: мы или тянемся к человеку, или избегаем его, если он нам не нравится, или мы его обманули, или заняли, но отдать нечем или не хотим. Так и с Богом, отношения должны быть честными. Я просто благодарю Его за все, и хорошее, и плохое, мне ничего от Него не было нужно ни 15 лет назад, ни сейчас.

У меня здоровая счастливая семья, хорошие дети, любящая жена, достаток, ко мне хорошо относится правящий архиерей, митрополит Ювеналий — дал мне медаль в 2012 году, две грамоты. Я нужен обществу, потому что оно хорошо ко мне относится. А те проблемы, которые возникают в моей жизни, даются для моей же пользы, чтобы я не возгордился, был спокоен и смирен. Чтобы помнить: твоя душа не сможет без Бога…

— А как вы, медик, начинающий свою карьеру, живущий вне церковной жизни оказались у отца Василия Ермакова?

— Ну, не совсем начинающий. Я был тогда совладельцем двух клиник в городе Видное. Это был 2000-2001 год. В одной из клиник старшей медсестрой работала матушка Людмила Алексеевна Емельянова, духовное чадо отца Василия.

Однажды у меня сломалась машина, а Люда как раз дала книжку «Опыт построения исповеди» отца Иоанна (Крестьянкина). Как-то в общественном транспорте, чтобы просто занять себя, я достал ее и начал читать. И — меня тронуло написанное. Хотя я тогда и не был церковным человеком, но тем более я никогда не был сектантом, атеистом, богоборцем… Внутренне я понимал, что нуждаюсь в том, чтобы найти верную дорогу.

— И в юности не было никаких метаний?

— Нет, мне было не до этого. С 17 лет, как ушел из дома, я выживал, подчас физически.

Так что моя душа была сосудом, в который еще ничего не положили. И вот Людмила дала еще видеокассету с фильмом про отца Василия — «Батюшка». Меня поразило, насколько это светлый человек… А потом она предложила съездить к нему.

И вот мы у отца Василия. «Отец, я привела Евгения Борисовича», — представила меня Люда. Он повернулся, посмотрел внимательно в глаза, затем взял меня пальцем за пиджак и повел за собой. Можно сказать, что с этого момента началось мое воцерковление. Хотя ничего специального для этого отец Василий не делал, исповедей не проводил, проповедей не читал. Мы просто общались. Я запоминал как, что и кому он говорит. 6 лет назад он отошел к Господу, я вспоминаю его советы и живу…

Я был принят в дом, и когда приезжал в Петербург, всегда останавливался у отца Василия. Его матушка Людмила Александровна стала называть меня сыном. Когда я приехал с мамой, она так ей и сказала: «Можно я буду называть его сыном?» Мама согласилась. Я не ожидал такого.

Мы пили чай, беседовали. Утром отец Василий уезжал, а потом просил водителя: «Отвези, пожалуйста, Женю ко святой Ксении, к святому Иоанну Кронштадтскому, потом на трапезу ко мне привезешь».

Однажды он спросил: «Ты хочешь быть священником?» Я растерялся. На что батюшка махнул рукой: «Ну, и ладно». А другому молодому человеку, с которым мы дружили, Сергею Сергеевичу Рысеву он велел поступать в Свято-Тихоновский университет. Сейчас он священник, отец Сергий.

Отец Василий остался в памяти как светлая личность, которая горит, живет на надрыве, на изломе. Отец Василий хотел успеть как можно больше за время земной жизни, как можно больше людей привести к Богу. Чад у него было много, по всему миру — сколько, никто точно не знает.
Кто решится перейти МКАД в череде машин?

— Когда вы стали жить церковной жизнью, знакомиться с верой, читать Евангелие, у вас не возникло диссонанса: игольное ушко, бизнес и так далее?

— Нет, диссонанса никогда не было. Вы знаете, случайностей не бывает, поэтому я познакомился с отцом Василием, а не каким-нибудь другим достойным священником.

Когда я понял, что такое православная вера, мне захотелось поделиться этим знанием с окружающими людьми. Хотя бы подтолкнуть их к дальнейшему поиску. Оказалось, что зубная клиника — идеально подходящее для этого место: в специфичной обстановке можно дать им полезную информацию. Это не то, что раздавать ее в каком-нибудь шумном месте. А так как я это делаю бескорыстно и с любовью к ним, можно быть уверенным, что третий в этом общении — Господь наш Иисус Христос.

Я стал издавать специальную продукцию: молитвы, иконы, брошюры (сначала покупал их в Издательском отделе Русской Православной Церкви). Теперь заказываю в типографии. Все это складывается в пакеты и раздается пациентам. Причем раздаю всем, не спрашиваю, какой веры человек.

Более 50 тысяч человек получили эти пакеты, и я считаю это очень важным. Вот из этого состоит моя жизнь. А еще в ней присутствуют церковные таинства, присутствует работа, семья. Большое спасибо моей второй половине Елене, она дает мудрые советы, чаще ругает, иногда хвалит. Она моя спина, тыл, она дает возможность выкладываться на передовой, зная, что дома все в порядке.

Кстати, я ее не выбирал… Я снял комнату в коммунальной квартире, в другой комнате жила она. Она сирота, так, что у меня полная чистота эксперимента, как говорят в науке, всего добились сами с Божией помощью.

Я живу своей жизнью. И хочу оставить добрый след в ней.

— Вот человек получил этот пакет. А вдруг он его выкинет? А там — иконы, пусть и бумажные…

— Не было такого случая, по крайней мере, около клиник ничего подобного не видел. Только один раз нашли брошюру, лежащую на улице, и то оказалось, что она выпала из детской коляски.

А в целом — никто не выбрасывает, сейчас идиотов нет, которые идут между этажами на пожарную лестницу и ступают за перила. Или пересекают МКАД днем по проезжей части. Сейчас все люди умные, никто не делает того, что может ему повредить. Повредить телу, не говоря уже о душе.

Я живу на своей земле, я православный, родители мои православные, страна православная, клиники в Мытищах, дача на границе Дмитровского и Сергиево-Посадского района, где все исходил Преподобный Сергий. Почему я должен пропагандировать ислам или буддизм?

— А со стороны не может это все восприниматься как пиар на православии?

— Подобное долго не работает. Заниматься миссионерством неискренне можно квартал, потом ты сойдешь с ума, потому что не сможешь из себя выдавливать. У тебя начнутся проблемы с головой, в общении с людьми. Ты не найдешь равновесия в жизни. Я этим занимаюсь 15 лет без перерыва на обед…

Моё дело — сделать качественную продукцию без искажения ликов, цветов, текстов. И, главное — не отходить от Бога. Я пою на клиросе уже 10 лет в своей церкви Святой Троицы в деревне Ольявидово, в которой находится мой загородный дом. Не отходить от Бога — просто как фон, фундамент. И третье — бескорыстно раздавать, не жалеть.

— Среди того, что кладется в пакет — назидательные картинки в стилистике конца XIX, начала XX — жизнь от начала до конца хорошего человека и пьяницы. Для чего этого? Что, на современного человека может подействовать?

— Меня не интересует, может или не может. Каждая составляющая содержимого пакета — выстрадана. Вот вы коснулись картинки про плохого и хорошего человека. Как-то мой давнишний друг отец Димитрий Сорокин позвал в храм Тихвинской иконы Божьей Матери в Дмитровском районе, попросил помочь убраться.

Я стал помогать, убирал в алтаре, и нашел под стеклом два плаката. Вот как раз на эту тему — художник А.Ф. Фесенко, 1911 год, Одесса. Спрашиваю отца: «Тебе нужно?» — «Нет. Хочешь — забери себе».

Какое-то время я не мог понять, что делать с подлинниками, отсканировать их не получалось… Помог другой друг, митрофорный протоиерей Кирилл Федоров. Он заново скомпоновал фрагменты, отфотошопил, написал новый адаптированный текст и после этого плакаты отправились в типографию. А затем и к людям.

Но это еще не всё. Как-то мне нужно было купить подарок настоятелю моего храма архимандриту Борису (Петрухину), и я отправился в Софрино, захватив свой пакет. Прихожу в магазин, там сидят операционистки, подхожу к первой и говорю: «Я издаю, всё это нашел, могу вам отдать», — «Чего хотите?». Ответил, что даром взял и даром отдам. Через какое-то время захожу к ним на сайт: картинки продаются. Пошли широко в мир.

За мою деятельность меня нельзя ни приструнить, ни осудить. Потому что, повторяю, я делаю это бескорыстно и бесплатно.
Хотя интересно, что осуждают и за это, и за то, что деньги беру с пациентов. За работу. Но у нас же коммерческая структура, работают профессионалы. Они должны получать за свою деятельность достойную зарплату.

— Если для человека, который не знает православие, оно станет ассоциироваться с чем-то внешним, восприниматься на уровне картинок, что вы раздаете?

— Это всё лучше, чем порнографические картинки он будет скачивать или купит Playboy. Но я не думаю, что человек свое знакомство с верой остановит на том, что получил в клинике. Надо с чего-то начать. Как я начал с брошюрки, которая у меня «случайно» оказалась в нужный момент в нужном месте.
Про иконы в подъезде

— На сайте написано, что ваши клиники православные. Что это значит?

— Православная — потому что я, владелец, православный, я отвечаю за все, что происходит на территории всех моих клиник.
У нас вот периодически молебны и панихиды проходят, причем сами сотрудники просят, чтобы я позвал священника их отслужить.

Проводятся богослужения гармонично, пациенты становятся, берут свечи, молятся, благодарят за возможность помянуть своих родственников. Кстати записки с именами забирают священники и продолжают поминать в своих храмах. Ведь это какая помощь нам, мирянам! Это атмосфера клиники, в которой естественно воспринимаются и висящие на стене иконы с частицами мощей. Все это часть моей жизни.

— При подборе персонала внимание на религиозную принадлежность обращаете?

— Нет, конечно. Априори человек должен быть хорошим специалистом, если мы говорим про врача. Если он хороший специалист, он остается. Если плохой, он просто не будет у нас работать.

Если честно, я даже не знаю, кто у нас из работающих придерживается какого вероисповедания. Я никого не заставляю креститься, венчаться. Могу спросить: «Крестик тебе купить?» Согласился человек, я принес ему крестик. Повторяю, я стараюсь просто жить, как считаю нужным.

— Почему вы решили вести канал в Youtube?

— В интернете столько всякой негативной информации, столько всевозможных «гуру», скрытых сект, уводящих людей от Бога в противоположную стороны, что я просто не могу остаться в стороне, и своими малыми силами этому должен противостоять. Я же не один, у меня отец Василий, мой духовник, и несколько десятков священников, моих друзей юности, которые любят меня, а я их, и мы не формально молимся друг о друге, мы переживаем друг о друге, как дела у Евгения? У отца Сергия? У епископа Видновского Тихона?…

И вот я решил делиться с людьми своим опытом, отвечая на простые вопросы. Например, зачем венчаться? Для чего нужно ходить в церковь? Ведь часто человеку важнее услышать мнение светского человека, такого же, как он. Общение со священниками ему еще не привычно.

А то, что могут сказать, что я делаю не то, не по рангу… Мне все равно. Если я начну бояться, надевать на себя шапки, мешки, покрывала, одеяла, чтобы кому-то угодить — лучше уж тогда дома сидеть и вообще не приезжать на работу. Мне надо поделиться тем, что я считаю важным, и я буду делать это самыми разными способами.

Вообще, не следует бояться говорить о своей вере. Вот, например, я в своем подъезде повесил иконы, электрическую лампаду. И что? Никто не ругался, не требовал снять. Наоборот, около тех, что принес я, появились новые иконы. Жильцы дома и гости часто останавливаются и молятся.

Главное — сделать доброе дело бескорыстно и с любовью к ближнему, тогда не волнуйся, все будет полезно и для того, кто делал, и для того, для кого это делалось.

Все просто: нельзя бояться жить на своей земле со своей Православной верой.

http://www.pravmir.ru/zuby-i-missiya/

+1

20

"Воля Божия о нас та, чтобы мы, живя на земле, научились познавать Бога и с радостью и желанием следовать воле Божией - единственной спасительной и наполняющей жизнь истинным содержанием.

А человек может делать любую работу - от самой ничтожной до самой великой - и спасаться этим или погибать.

Будешь жить для Бога, ради Бога и во славу Божию - вот и спасение, вот и истинный, а не эфемерный смысл жизни..."

Архимандрит Иоанн (Крестьянкин).

0

21

"Всякому теперь кажется, что он мог бы наделать много добра на месте и в должности другого, и только не может сделать его в своей должности. Это причина всех зол. Нужно подумать теперь о том всем нам, как на своем собственном месте сделать добро. Поверьте, что Бог недаром повелел каждому быть на том месте, на котором он теперь стоит. Нужно только хорошо осмотреться вокруг себя."

Н.В. Гоголь.

0

22

Благодать Божия действительно многоразлична, и один ловит человеков, а другой – рыбу для ловца человеков. Но служить должен каждый. За рулем или за компьютерной клавиатурой; с иглой в руках или с совковой лопатой; за учительским столом или за профессорской кафедрой. Нет бесталанных людей, и нет бесполезных житейских навыков. Это можно писать на фронтонах храмов так же, как написали однажды на соборе в Троицкой Лавре: «Ведомому Богу». Мы платим чужим за квалифицированную помощь тогда, когда рядом с нами, быть может, на каждой Литургии стоит специалист в той же нужной нам области, готовый помочь и мучающийся в совести от сознания того, что он никому не приносит пользы. В наших храмах есть айтишники и дизайнеры, штукатуры и электрики, переводчики и заслуженные преподаватели. Почему мы не знаем друг друга? Почему мы не служим друг другу тем даром, которым каждый из нас обладает?

Протоиерей Андрей Ткачёв

0

23

Хороший учитель,хороший родитель,хороший священник,на вас вся надежда.

0

24

Было бы все так прекрасно в жизни, как на словах.....\

0


Вы здесь » БогослАвие (про ПравослАвие) » РАБОТА-во всех ее проявлениях.. » работа и «Человеческий фактор»