Вверх страницы

Вниз страницы

БогослАвие (про ПравослАвие)

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » БогослАвие (про ПравослАвие) » ОБЩИЕ ВОПРОСЫ » О взаимоотношениях Церкви и власти(и подтемка- вся ли власть от Бога?)


О взаимоотношениях Церкви и власти(и подтемка- вся ли власть от Бога?)

Сообщений 1 страница 23 из 23

1

О взаимоотношениях Церкви и власти(и подтемка- вся ли власть от Бога?)

тема наболевшая ,измусоленная со всех сторон и наверное мусолиться будет до скончании века ,ниже дан материал (на мой взгляд вполне понятийный и содержательный) ,главное не искать подоплеку и не выворачивать на изнанку ,а "зреть в корень" ..ну а кто изначально ищет подводные камни и провокацию ,тот ее и без того найдет  :dontknow:

Добротолюбие.
Наставления св.отца Антония Великого:

"Рассмотри окружающее тебя и знай, что начальники и владыки имеют власть над телом только, а не над душой, – и всегда содержи сие в мысли своей. Почему, когда они приказывают, например, убить, или другое что сделать неуместное, неправедное и душевредное, не должно их слушать, хотя бы они мучили тело. Бог создал душу свободной и самовластной, и она вольна поступать как хочет, – хорошо или худо.
Властители, которые принуждают делать неуместные и душевредные дела, не господствуют над душой, которая создана самовластной. Они вяжут тело, но не произволение, которого господином пребывает умный человек по дару Создателя своего, сильнейшего всякой власти и принуждения и всякой силы."

Антоний Великий

опять же порой любят порассуждать на счет справедливости /не справедливости и доходят до оценки Божьему Промыслу..но  такое дерзновение не позволительно !  если бы только Бог поступил с нами по всей справедливости ,которую мы заслужили -все как один были бы в аду!

Чтобы отучить людей дерзновенно сомневаться в справедливости Божиего суда и научить их доверять Промыслу, один святой рассказывал такую притчу:

Один благочестивый старец, видя неправду, существующую в мире, просил Господа открыть ему, почему праведники зачастую терпят всяческие несчастья и бедствуют, а нечестивые люди нередко живут припеваючи и богато. И был ему голос с небес: «Не испытывай суды Божии, не разгадывай тайн, которых не может постичь ум твой».

Услышав сие, вышел подвижник из монастыря и направился в город по большой дороге. Придя к источнику, он уселся отдохнуть и спрятался от постороннего взора в дупле раскидистого дерева. Вскоре подъехал на лошади богатый человек. Остановившись у источника, он испил водицы, вынул из кармана кошелек с сотней золотых, пересчитал их, и кошелек этот положил на траву. Затем достал еду, чтобы перекусить. Не спеша поел, убрал остатки трапезы в сумку, сел на лошадь и поехал дальше. А о кошельке, лежащем в траве, позабыл.

Затем к источнику подошел еще один человек. Он случайно наткнулся на кошелек, поднял его и убежал обрадованный.

Некоторое время спустя на дороге появился путник, одетый в лохмотья. Испил водицы, развязал свой убогий узелок, вынул горбушку хлеба и стал есть. Вдруг вдали заклубилась пыль. Это возвращался богач, потерявший свои деньги. Он прямо-таки весь кипел от ярости. Подскочив к ничего не соображавшему бедняку, он принялся охаживать его палкой, пока совсем не убил. Затем вывернул у убитого все карманы, однако так ничего и не нашел. И, опечаленный, удалился.

Старец, видевший все это, вылез из дупла, и плача и стеная, взмолился Богу: «Господи! Как же Ты, будучи благ, попускаешь такую несправедливость? Один потерпел большой убыток, другой неправедно разжился, а третьего даже убили ни за что, ни про что».

И во время молитвы снизошел к нему с небес Ангел и сказал: «Не печалься и не думай, что все это произошло не по воле Божией. Человек, потерявший деньги, жил раньше по соседству с тем, кто их нашел. Богач вынудил его продать свою землю за половину ее настоящей стоимости, которая и составляла сто дукатов. А теперь Господь возместил ему убытки с лихвой. Бедняк, которого только что убили, некогда сам совершил убийство. Он искренне раскаялся и с тех пор вел жизнь праведную и благочестивую. Раскаяние его было столь велико, что он даже просил Бога ниспослать ему подобную смерть. Он готов был ценой своей жизни искупить ужасный грех. Господь давно простил его, но попустил исполниться этой просьбе и забрал его к Себе. И, наконец, богач, совершивший убийство, терзаемый муками совести, вскоре бросит дом свой, оставит мир и пойдет в монастырь, чтобы до последнего вздоха замаливать свои грехи. Посему, прошу тебя, впредь не испытывай суды Божии, они всегда справедливы!»

далее по теме:

церковно-славянский текст Нового Завета: - Несть власть аще не от Бога. Сущие же власти от Бога учинены суть.

рассмотрим чины ангельские )) ,это интересно , но основной акцент сделаем на средней иерархии чинов святых Ангелов: господства, силы и власти.:

Девять чинов ангельских разделяются на три иерархии, - в каждой по три чина - высшую, среднюю и низшую.

Первую - высшую и к Пресвятой Троице ближайшую иерархию составляют: серафимы, херувимы и престолы.

Ближе всех к Творцу и Создателю своему предстоять боголюбивые шестокрылатые серафимы, как видел пророк Исаия, говорящий: Ис. 6:2 - "Вокруг Него стояли Серафимы; у каждого из них по шести крыл: двумя закрывал каждый лице свое, и двумя закрывал ноги свои, и двумя летал". Они огнеобразны, как непосредственно предстоящие Тому, о Котором пишется: Евр.12:29 - "потому что Бог наш есть огнь поядающий".

Предстоя таковой славе, серафимы огнеобразны, по сказанному:

Дан. 7:9 - "Видел я, наконец, что поставлены были престолы, и воссел Ветхий днями; одеяние на Нем было бело, как снег, и волосы главы Его - как чистая волна; престол Его - как пламя огня, колеса Его - пылающий огонь". Исх. 24:17 - "Вид же славы Господней на вершине горы был пред глазами сынов Израилевых, как огонь поядающий".

Пс. 103:4 - "Ты творишь ангелами Твоими духов, служителями Твоими - огонь пылающий". Они пламенеют любовью к Богу и других возбуждают к таковой же любви, как показывает и самое имя их, ибо "серафим" с еврейского языка значить: пламенеющий.

После серафимов пред всеведущим Богом, живущим во свете неприступном, предстоять в несказанной светлости многоочитые херувимы, более иных низших чинов сияющие всегда светом богопознания, ведением таинств Божиих и глубины Его премудрости, сами просвещаемые и других просвещающие. Имя их - "херувим" - по переводу с еврейского языка значит: многое разумение или излияние премудрости, так как чрез херувимов другим ниспосылается премудрость и подаётся просвещение умных очес для боговидения и богопознания.

Затем - пред Сидящим на престоле высоком и превознесённом предстоят богоносные (как называет их святой Дионисий Ареопагит) престолы, ибо на них, как на разумных престолах (как пишет святой Максим исповедник,) разумно почивает Бог. Богоносными же они называются не по существу, но по благодати и по своему служению, тогда как плоть Иисуса, Христа, (как пишет святой Василий Великий), называется богоносною по существу, так как она соединена нераздельно с Самим Богом Словом. Престолы же называются богоносными не по существу, но по благодати, данной для их служения, - как таинственно и непостижимо носящие в себе Бога. Почивая на них непостижимым образом, Бог совершает Свой праведный суд, по сказанному Давидом: Пс. 9:5 - "ибо Ты производил мой суд и мою тяжбу; Ты воссел на престоле, Судия праведный".

Посему чрез них преимущественно проявляется правосудие Божие: они служат Его правосудию, прославляют оное и изливают силу правосудия на престолы7 земных судей, помогая царям и владыкам производить праведный суд.

В средней иерархии также заключается три чина святых Ангелов: господства, силы и власти.

Господства - называются так потому, что они господствуют над прочими, которые следуют за сими чинами Ангелов, будучи сами свободными. Оставив же, как говорит святой Дионисий Ареопагит, рабский страх, они добровольно и с радостью служат непрестанно Богу. Также ниспосылают они силу к благоразумному владению и мудрому управлению поставленным от Бога на земле властям, дабы те хорошо управляли порученными им областями. Затем - они учат владеть чувствами, смирять в себе непотребные вожделения и страсти, порабощать плоть духу, господствовать над своею волею и быть выше всякого искушения.

Силы, исполненные божественной крепости, исполняют немедленно волю Всевышнего и Всемогущего своего Господа, крепкого и сильного. Они творят и превеликие чудеса и ниспосылают ту же благодать чудотворения угодникам Божиим, достойным таковой благодати, чтобы те могли творить чудеса, - исцелять всякие болезни и предвозвещать будущее. Святые Силы помогают и людям труждающимся и обремененным в несении возложенного на них какого-нибудь послушания, - чем объясняют свое имя - "силы" - и носят немощи немощных. Они также укрепляют каждого человека в терпении, - чтобы он не изнемогал в скорби, но с крепким духом и мужественно переносил все напасти, со смирением, благодаря за всё Бога, всё устрояющего к пользе нашей.

Власти - называются так потому, что имеют власть над диаволом, чтобы укрощать власть бесовскую, отражать наводимые ими на людей искушения и не допускать бесов причинять кому-либо вред в такой степени, в какой бы они желали. Власти утверждают добрых подвижников в духовных подвигах и трудах, оберегая их, чтобы они не лишились духовного царствия; борющимся же со страстями и похотями помогают отгонять злые помыслы, наветы вражии и побеждать диавола.

В низшей иерархии также три чина: начала, архангелы и ангелы.
более подробно и далее тут http://boguslava.ru/viewtopic.php?id=389#p16805

послушаем Апостолов и Святых Отцев  :question:
Из контекста послания Апостола :
Послание к римлянам Св. Апостола Павла. Глава 13

1 Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога; существующие же власти от Бога установлены.
2 Посему противящийся власти противится Божию установлению. А противящиеся сами навлекут на себя осуждение.
3 Ибо начальствующие страшны не для добрых дел, но для злых. Хочешь ли не бояться власти? Делай добро, и получишь похвалу от нее,
4 ибо начальник есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое.
5 И потому надобно повиноваться не только из страха наказания, но и по совести.
6 Для сего вы и подати платите, ибо они Божии служители, сим самым постоянно занятые.
7 Итак отдавайте всякому должное: кому подать, подать; кому оброк, оброк; кому страх, страх; кому честь, честь.
8 Не оставайтесь должными никому ничем, кроме взаимной любви; ибо любящий другого исполнил закон.

(Римл.13, 1-3)
Так же точно понимали эти слова и святые отцы. Вот толкование на это место св. Иоанна Златоуста:
Цитата:
Желая внушить, что это всем повелевается, не одним только мирянам, но и священникам, и монахам, он объявляет об этом в начале, говоря так: “Всякая душа да будет покорна высшим властям”; хотя бы ты был апостол или евангелист, хотя бы ты был пророк и кто-либо другой, но подчинение власти не подрывает благочестия. И (апостол) не просто сказал - да будет послушна, но – “да будет покорна”. Первое основание такого законоположения, удовлетворяющее и правильным рассудочным доводам, состоит в том, что власти учреждены от Бога. “Ибо нет власти не от Бога”, - говорит (апостол). Как это? Неужели всякий начальник поставлен от Бога? Не то говорю я, отвечает (апостол). У меня теперь идет речь не о каждом начальнике в отдельности, но о самой власти. Существование властей, при чем одни начальствуют, а другие подчиняются, и то обстоятельство, что все происходит не случайно и произвольно, так чтобы народы носились туда и сюда, подобно волнам, - все это я называю делом Божьей Премудрости. Потому (апостол) и не сказал, что нет начальника, который не был бы поставлен от Бога, но рассуждает вообще о существе власти и говорит: “Нет власти не от Бога; существующие же власти от Бога установлены”….Апостол, сказав, откуда возникают власти, присовокупил: “Посему противящийся власти противится Божию установлению” (Рим. 13:2). Смотри, куда он ведет дело, чем устрашает и как доказывает, что повиноваться - наша обязанность. Чтобы верующие не сказали: ты нас унижаешь и делаешь презренными, подчиняя начальникам тех, которые должны получить небесное царство, (апостол) доказывает, что и в настоящем случае он подчиняет их не начальникам, но опять Богу, так как подчиняющийся властям повинуется Богу. Впрочем, (апостол) не говорит это в таких, например, словах: кто слушается начальников, тот повинуется Богу, но устрашает противоположным и тоже самое подтверждает с большей силой, сказав: кто не повинуется начальнику, тот противится Богу, узаконившему это. И он везде старается внушать это, т.е., что мы не дарим властям повиновение, но исполняем долг.
Итак, не стыдись такого повиновения, говорит (апостол). Этот закон дал Бог, Который грозно и отмщает тем, которые нарушают его. Если ты ослушаешься Его, то Он накажет тебя не случайным наказанием, а самым строгим, и никакие отговорки не спасут тебя, да и от людей ты понесешь жесточайшее наказание, потому что никто за тебя не вступится, а Бога ты сильно прогневаешь.

(ТВОРЕНИЯ СВЯТОГО ОТЦА НАШЕГО ИОАННА ЗЛАТОУСТА АРХИЕПИСКОПА КОНСТАНТИНОПОЛЬСКОГО
Беседы на послание к Римлянам)

Послушаем, что говорят апостолы.

и снова Апостол!
Итак будьте покорны всякому человеческому начальству, для Господа: царю ли, как верховной власти, правителям ли, как от него посылаемым для наказания преступников и для поощрения делающих добро,- ибо такова есть воля Божия... Всех почитайте, братство любите, Бога бойтесь, царя чтите. (1 Пет. 2, 13-17).

Итак прежде всего прошу совершать молитвы, прошения, моления, благодарения за всех человеков, за царей и за всех начальствующих, дабы проводить нам жизнь тихую и безмятежную во всяком благочестии и чистоте (1 Тим. 2, 1-2).

Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога; существующие же власти от Бога установлены. Посему противящийся власти противится Божию установлению. А противящиеся сами навлекут на себя осуждение. Ибо начальствующие страшны не для добрых дел, но для злых. Хочешь ли не бояться власти? Делай добро, и получишь похвалу от нее, ибо начальник есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое. И потому надобно повиноваться не только из страха наказания, но и по совести. Для сего вы и подати платите, ибо они Божии служители, сим самым постоянно занятые (Рим. 13, 1-6).

Припомним и здесь святоотеческие толкования апостольского слова об отношении к властям.

Преподобный Ефрем Сирин: «Каковы бы и где бы они ни были, они однако существуют по повелению Божию. Итак, кто сопротивляется начальнику, который есть отмститель зла, тот Божией воле противится» (Толкование на послание к Римлянам. XIII, 2)

Святитель Иоанн Златоуст: «Безначалие везде есть зло и бывает причиной беспорядка. Чтобы верующие не сказали: ты нас унижаешь и делаешь презренными, подчиняя начальникам тех, которые должны получить Небесное Царство, (апостол) доказывает, что и в настоящем случае он подчиняет их не начальникам, но опять Богу, так как подчиняющийся властям повинуется Богу... Такими наставлениями (апостол) и верующих побуждал к повиновению, и неверующих начальников располагал в пользу (христианского) благочестия» (Беседы на послание к Римлянам. XXIII, 1).

Блаженный Феодорит Кирский: «Если благоволит Бог, то дает начальников, почитающих справедливость... Но, чтобы вразумить погрешающих, попускает Бог начальствовать и злым начальникам» (Толкование на послание к Римлянам. XIII, 1).

Преподобный Исидор Пелусиот: «Самое дело (разумею власть) установлено Богом, чтобы общество не пришло в расстройство. Но, если какой злодей беззаконно восхитил эту власть, то не утверждаем, что поставлен он Богом, но говорим, что попущено ему или изблевать все свое лукавство, как фараон, и в таком случае понести крайнее наказание, или уцеломудрить тех, для кого нужна и жестокость, как царь вавилонский уцеломудрил иудеев» (Письма I, 6).

Замечательно, как преподобный Исидор напоминает нам, в связи со словами апостола, о царе вавилонском Навуходоносоре, который нанес ветхозаветной Церкви не меньше зла, чем большевики - Церкви новозаветной: руками своих подчиненных он устроил изъятие церковных ценностей (4 Цар. 25, 13-16), разрушил и сжег храм Божий (2 Пар. 36, 19), предстоятеля ветхозаветной Церкви и служителей храма убил (Иер. 52, 24-27), а прочих священников с их семьями отправил в ссылку (Ездр. 2, 36-40). И, однако же, Писание именует его рабом Божиим (см.: Иер. 27, 6), получившим удел от Бога, и если какой народ и царство не захочет служить ему, Навуходоносору, царю Вавилонскому, и не подклонит выи своей под ярмо царя Вавилонского,- этот народ Я накажу мечом, голодом и моровою язвою, говорит Господь, доколе не истреблю их рукою его (Иер. 27, 8).


Святитель Филарет Московский
,  говорит: "Так Промысл Божий самые искусно задуманные, но неблагонамеренные предприятия обращает в стыд изобретателям, и даже из зла производит благо. Фарисеи думали, как сетью, хитрым и лицемерным словом уловить Иисуса, и неизбежно влещи в погибель; но покушение кончилось тем, что Его словом обнаружена их слабость и посрамлено их невежество. Рабы Царя Небесного и ревнители славы Его! Царь Небесный не изъемлет вас от обязанностей к царю* земному, но Сам провозглашает их, и Сам повелевает исполнять их, потому что Им "цари царствуют" (Притч. 8: 15) и "нет власти не от Бога" (Рим. 13: 1). Особенного примечания достойно, что хотя вопрос фарисеями предложен был об обязанности к кесарю, и хотя этот вопрос указанием на подать и заповедью: "отдавайте кесарево кесарю" разрешался достаточно и непобедимо, Господь, однако, этим не удовлетворился, но присовокупил другую заповедь: "и Божие Богу", означая этим союз обеих заповедей и неполноту первой без последней. Нетрудно усмотреть, что вторая половина этой заповеди: "отдавайте Божие Богу" еще обширнее, поскольку власть Божия выше и обширнее власти кесаря. Все - Божие по праву сотворения, по праву сохранения, по праву управления; потому никаким изъятием не может быть ослаблен вопрос апостола: "Что ты имеешь, чего бы не получил?" (1 Кор. 4: 7). А следовательно - что же имеешь ты, что не был бы ты обязан воздать вседаровавшему Богу, в чем бы ты мог отказать Богу? Бог дал тебе ум: отдай его Богу, посвящая его на познание Бога, на помышление о Боге. Бог дал тебе волю: отдай ее Богу; да будет в Законе Господнем воля твоя; употребляй ее на исполнение заповедей Господних. Бог дал тебе сердце: отдай его Богу, иначе говоря, возлюби Бога всем сердцем. Бог дает тебе земные блага: отдавай их Богу, предпосылая к Нему избыток их через руки нищих, и то что из них употребишь на себя, употребляй с благодарением к Богу"…

*по поводу царей земных смотрите ролик ниже

0

2

ясно ,четко ,грамотно изложено митрополитом Илларионом
что тут еще делить не пойму .. а самое главное в чем обвинять Церковь ? как зачастую это очень любят делать..

взаимоотношение Церкви и государства

0

3

из Социальной концепции РПЦ
(По мере изменения государственной и общественной жизни, появления в этой области новых значимых для Церкви проблем, основы ее социальной концепции могут развиваться и совершенствоваться. Итоги данного процесса утверждаются Священным Синодом, Поместным или Архиерейским Соборами.)

III. Церковь и государство

III.1. Церковь как богочеловеческий организм имеет не только таинственную сущность, неподвластную стихиям мира, но и историческую составляющую, входящую в соприкосновение и взаимодействие с внешним миром, в том числе с государством. Государство, которое существует для устроения мирской жизни, также соприкасается и взаимодействует с Церковью. Взаимоотношения государства и последователей истинной религии изменялись в ходе истории.

Первоначальной ячейкой человеческого общества являлась семья. Священная история Ветхого Завета свидетельствует о том, что государство сложилось не сразу. До ухода в Египет братьев Иосифа государства у ветхозаветного народа не было, а существовала патриархальная родовая община. Государство постепенно складывается в эпоху Судей. В результате сложного исторического развития, которым руководит Промысл Божий, усложнение общественных связей привело к образованию государств.

В древнем Израиле до периода Царств существовала единственная в истории подлинная теократия, то есть богоправление. Однако по мере удаления общества от послушания Богу как устроителю мирских дел люди начали задумываться о необходимости иметь земного властителя. Господь, принимая выбор людей и санкционируя новую форму правления, в то же время сожалеет об оставлении ими богоправления: «И сказал Господь Самуилу: послушай голоса народа во всем, что они говорят тебе; ибо не тебя они отвергли, но отвергли Меня, чтоб Я не царствовал над ними... Итак послушай голоса их; только представь им и объяви им права царя, который будет царствовать над ними» (1 Цар. 8. 7, 9).

Таким образом, возникновение земного государства должно быть понимаемо не как изначально богоустановленная реальность, но как предоставление Богом людям возможности устроять свою общественную жизнь исходя из их свободного волеизъявления, с тем, чтобы таковое устроение, являющееся ответом на искаженную грехом земную реальность, помогало избежать еще большего греха через противодействие ему средствами мирской власти. При этом Господь устами Самуила ясно говорит, что ожидает от этой власти верности Его заповедям и творения добрых дел: «Итак, вот царь, которого вы избрали, которого вы требовали; вот, Господь поставил над вами царя. Если будете бояться Господа, и служить Ему, и слушать гласа Его, и не станете противиться повелениям Господа, то и будете и вы и царь ваш, который царствует над вами, ходить вслед Господа, Бога вашего... А если не будете слушать гласа Господа, и станете противиться повелениям Господа, то рука Господа будет против вас, как была против отцов ваших» (1 Цар. 12. 13-15). Когда Саул преступил заповеди Господни, Бог отверг его (1 Цар. 16. 1), велев Самуилу помазать на царство другого избранника Своего — Давида, сына простолюдина Иессея.

Сын Божий, владычествующий землей и Небом (Мф. 28. 18), через вочеловечение подчинил Себя земному порядку вещей; повиновался Он и носителям государственной власти. Распинателю Своему Пилату, римскому прокуратору в Иерусалиме, Господь сказал: «Ты не имел бы надо Мною никакой власти, если бы не было дано тебе свыше» (Ин. 19. 11). В ответ на искусительный вопрос фарисея о позволительности давать подать кесарю Спаситель сказал: «Отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу» (Мф. 22. 21).

Раскрывая учение Христово о правильном отношении к государственной власти, апостол Павел писал: «Всякая душа да будет покорна высшим властям; ибо нет власти не от Бога, существующие же власти от Бога установлены. Посему противящийся власти противится Божию установлению; а противящиеся сами навлекут на себя осуждение. Ибо начальствующие страшны не для добрых дел, но для злых. Хочешь ли не бояться власти? Делай добро, и получишь похвалу от нее; ибо начальник есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое. И потому надобно повиноваться не только из страха наказания, но и по совести. Для сего вы и подати платите, ибо они Божии служители, сим самым постоянно занятые. Итак отдавайте всякому должное: кому подать, подать; кому оброк, оброк; кому страх, страх; кому честь, честь» (Рим. 13. 1-7). Ту же мысль выразил и апостол Петр: «Итак будьте покорны всякому человеческому начальству, для Господа: царю ли, как верховной власти, правителям ли, как от него посылаемым для наказания преступников и для поощрения делающих добро, — ибо такова есть воля Божия, чтобы мы, делая добро, заграждали уста невежеству безумных людей, — как свободные, не как употребляющие свободу для прикрытия зла, но как рабы Божии» (1 Петр. 2. 13-16). Апостолы учили христиан повиноваться властям независимо от их отношения к Церкви. В апостольский век Церковь Христова была гонима и местной иудейской властью, и государственной римской. Это не мешало мученикам и другим христианам тех времен молиться за гонителей и признавать их власть.

III.2. Падение Адама принесло в мир грехи и пороки, нуждавшиеся в общественном противодействии, — первым из таковых было убиение Каином Авеля (Быт. 4. 1-16). Люди, понимая это, во всех известных обществах начали устанавливать законы, ограничивающие зло и поддерживающие добро. Для ветхозаветного народа Законодателем был Сам Бог, давший правила, которые регламентировали не только собственно религиозную, но и общественную жизнь (Исх. 20-23).

Государство как необходимый элемент жизни в испорченном грехом мире, где личность и общество нуждаются в ограждении от опасных проявлений греха, благословляется Богом. В то же время необходимость государства вытекает не непосредственно из воли Божией о первозданном Адаме, но из последствий грехопадения и из согласия действий по ограничению господства греха в мире с Его волей. Священное Писание призывает власть имущих использовать силу государства для ограничения зла и поддержки добра, в чем и видится нравственный смысл существования государства (Рим. 13. 3-4). Исходя из вышесказанного, анархия — отсутствие надлежащего устроения государства и общества, — а равно призывы к ней и попытка ее установления противоречат христианскому миропониманию (Рим. 13. 2).

Церковь не только предписывает своим чадам повиноваться государственной власти, независимо от убеждений и вероисповедания ее носителей, но и молиться за нее, «дабы проводить нам жизнь тихую и безмятежную во всяком благочестии и чистоте» (1 Тим. 2. 2). Одновременно христиане должны уклоняться от абсолютизации власти, от непризнания границ ее чисто земной, временной и преходящей ценности, обусловленной наличием в мире греха и необходимостью его сдерживания. По учению Церкви, сама власть также не вправе асболютизировать себя, расширяя свои границы до полной автономии от Бога и установленного Им порядка вещей, что может привести к злоупотреблениям властью и даже к обожествлению властителей. Государство, как и иные человеческие учреждения, пусть даже и направленные на благо, может иметь тенденцию к превращению в самодовлеющий институт. Многочисленные исторические примеры такого превращения показывают, что в этом случае государство теряет свое подлинное предназначение.

III.3. Во взаимоотношениях между Церковью и государством должно учитываться различие их природ. Церковь основана непосредственно Самим Богом — Господом нашим Иисусом Христом; богоустановленность же государственной власти являет себя в историческом процессе опосредованно. Целью Церкви является вечное спасение людей, цель государства заключается в их земном благополучии.

«Царство Мое не от мира сего» — говорит Спаситель (Ин. 18. 36). «Сей мир» отчасти повинуется Богу, отчасти же, и главным образом, автономизирует себя от собственного Творца и Господа. В той степени, в какой мир не подчиняется Богу, он подчиняется «отцу лжи» сатане и «во зле лежит» (Ин. 8. 44; 1 Ин. 5. 19). Церковь же — «тело Христово» (1 Кор. 12. 27), «столп и утверждение Истины» (1 Тим. 3. 15) — в своей таинственной сущности не может иметь в себе никакого зла, ни тени тьмы. Поскольку государство есть часть «мира сего», оно не имеет части в Царстве Божием, ибо там, где Христос «всё и во всем» (Кол. 3. 11), нет места принуждению, нет места противопоставлению человеческого и Божия, а следовательно, нет там и государства.

В современном мире государство обычно является светским и не связывает себя какими-либо религиозными обязательствами. Его сотрудничество с Церковью ограничено рядом областей и основано на взаимном невмешательстве в дела друг друга. Однако, как правило, государство сознает, что земное благоденствие немыслимо без соблюдения определенных нравственных норм — тех самых, которые необходимы и для вечного спасения человека. Поэтому задачи и деятельность Церкви и государства могут совпадать не только в достижении чисто земной пользы, но и в осуществлении спасительной миссии Церкви.

Нельзя понимать принцип светскости государства как означающий радикальное вытеснение религии из всех сфер жизни народа, отстранение религиозных объединений от участия в решении общественно значимых задач, лишение их права давать оценку действиям властей. Этот принцип предполагает лишь известное разделение сфер компетенции Церкви и власти, невмешательство их во внутренние дела друг друга.
Церковь не должна брать на себя функции, принадлежащие государству: противостояние греху путем насилия, использование мирских властных полномочий, принятие на себя функций государственной власти, предполагающих принуждение или ограничение. В то же время Церковь может обращаться к государственной власти с просьбой или призывом употребить власть в тех или иных случаях, однако право решения этого вопроса остается за государством.

Государство не должно вмешиваться в жизнь Церкви, в ее управление, вероучение, литургическую жизнь, духовническую практику и так далее, равно как и вообще в деятельность канонических церковных учреждений, за исключением тех сторон, которые предполагают деятельность в качестве юридического лица, неизбежно вступающего в соответствующие отношения с государством, его законодательством и властными органами. Церковь ожидает от государства уважения к ее каноническим нормам и иным внутренним установлениям.

III.4. В ходе истории складывались различные модели взаимоотношений между Православной Церковью и государством. В православной традиции сформировалось определенное представление об идеальной форме взаимоотношений между Церковью и государством. Поскольку церковно-государственные взаимоотношения — явление двустороннее, то вышеуказанная идеальная форма исторически могла быть выработана лишь в государстве, признающем Православную Церковь величайшей народной святыней, — иными словами, в государстве православном.

Попытки выработать такую форму были предприняты в Византии, где принципы церковно-государственных отношений нашли свое выражение в канонах и государственных законах империи, отразились в святоотеческих писаниях. В своей совокупности эти принципы получили название симфонии Церкви и государства. Суть ее составляет обоюдное сотрудничество, взаимная поддержка и взаимная ответственность, без вторжения одной стороны в сферу исключительной компетенции другой. Епископ подчиняется государственной власти как подданный, а не потому, что епископская власть его исходит от представителя государственной власти. Точно так же и представитель государственной власти повинуется епископу как член Церкви, ищущий в ней спасения, а не потому, что власть его происходит от власти епископа. Государство при симфонических отношениях с Церковью ищет у нее духовной поддержки, ищет молитвы за себя и благословения на деятельность, направленную на достижение целей, служащих благополучию граждан, а Церковь получает от государства помощь в создании условий, благоприятных для проповеди и для духовного окормления своих чад, являющихся одновременно гражданами государства.

В 6-й новелле святого Юстиниана сформулирован принцип, лежащий в основе симфонии Церкви и государства: «Величайшие блага, дарованные людям высшею благостью Божией, суть священство и царство, из которых первое (священство, церковная власть) заботится о божественных делах, а второе (царство, государственная власть) руководит и заботится о человеческих делах, а оба, исходя из одного и того же источника, составляют украшение человеческой жизни. Поэтому ничто не лежит так на сердце царей, как честь священнослужителей, которые со своей стороны служат им, молясь непрестанно за них Богу. И если священство будет во всем благоустроено и угодно Богу, а государственная власть будет по правде управлять вверенным ей государством, то будет полное согласие между ними во всем, что служит на пользу и благо человеческого рода. Потому мы прилагаем величайшее старание к охранению истинных догматов Божиих и чести священства, надеясь получить чрез это великие блага от Бога и крепко держать те, которые имеем». Руководствуясь этой нормой, император Юстиниан в своих новеллах признавал за канонами силу государственных законов.

Классическая византийская формула взаимоотношений между государственной и церковной властью заключена в «Эпанагоге» (вторая половина IX века): «Мирская власть и священство относятся между собою, как тело и душа, необходимы для государственного устройства точно так же, как тело и душа в живом человеке. В связи и согласии их состоит благоденствие государства».

Однако симфония в Византии не существовала в абсолютно чистой форме. На практике она подвергалась нарушениям и искажениям. Церковь неоднократно оказывалась объектом цезарепапистских притязаний со стороны государственной власти. Суть их заключалась в том, что глава государства, император, претендовал на решающее слово в устроении церковных дел. Помимо греховного человеческого властолюбия у таких посягательств была еще и историческая причина. Христианские императоры Византии были прямыми преемниками языческих Римских принцепсов, которые среди многих своих титулов имели и такой: pontifex maximus — верховный первосвященник. Всего откровенней и опасней для Церкви цезарепапистская тенденция обнаруживалась в политике императоров-еретиков, в особенности в иконоборческую эпоху.

У русских государей, в отличие от византийских василевсов, было иное наследие. Поэтому, а также в силу других исторических причин, взаимоотношения церковной и государственной власти в русской древности были более гармоничными. Впрочем, отступления от канонических норм также имели место (правление Ивана Грозного, столкновение царя Алексея Михайловича с Патриархом Никоном).

Что касается Синодальной эпохи, то несомненное искажение симфонической нормы в течение двух столетий церковной истории связано с ясно прослеживаемым влиянием протестантской доктрины территориализма и государственной церковности (см. ниже) на российское правосознание и политическую жизнь. Попытку утвердить идеал симфонии в новых условиях, когда империя пала, предпринял Поместный Собор 1917-1918 годов. В декларации, предварявшей Определение об отношении Церкви и государства, требование об отделении Церкви от государства сравнивается с пожеланием, чтобы «солнце не светило, а огонь не согревал. Церковь по внутреннему закону своего бытия не может отказаться от призвания просветлять, преображать всю жизнь человечества, пронизывать ее своими лучами». В Определении Собора о правовом положении Православной Российской Церкви государство, в частности, призывается принять следующие положения: «Православная Российская Церковь, составляя часть единой Вселенской Христовой Церкви, занимает в Российском Государстве первенствующее среди других исповеданий публично-правовое положение, подобающее ей как величайшей святыне огромного большинства населения и как великой исторической силе, созидавшей Государство Российское… Постановления и узаконения, издаваемые для себя Православною Церковию в установленном ею порядке, со времени обнародования их церковною властью, равно и акты церковного управления и суда признаются Государством имеющими юридическую силу и значение, поскольку ими не нарушаются государственные законы… Государственные законы, касающиеся Православной Церкви, издаются не иначе, как по соглашению с церковною властью». Последующие Поместные Соборы проходили в условиях, когда история сделала невозможным возвращение к дореволюционным принципам церковно-государственных отношений. Тем не менее Церковь подтверждала свою традиционную роль в жизни общества и выражала готовность трудиться в общественной сфере. Так, Поместный Собор 1990 года констатировал: «На протяжении тысячелетней истории Русская Православная Церковь воспитывала верующих в духе патриотизма и миролюбия. Патриотизм проявляется в бережном отношении к историческому наследию Отечества, в деятельной гражданственности, включающей сопричастность радостям и испытаниям своего народа, в ревностном и добросовестном труде, в попечении о нравственном состоянии общества, в заботе о сохранении природы» (из Послания Собора).

На европейском Западе в Средневековье не без влияния творения блаженного Августина «О граде Божием» сложилась доктрина «двух мечей», согласно которой обе власти, церковная и государственная, одна непосредственно, а другая опосредованно, восходят к Римскому епископу. Папы были полновластными монархами над частью Италии — Папской областью, остатком которой является современный Ватикан; многие епископы, в особенности в феодально раздробленной Германии, были князьями, имевшими государственную юрисдикцию на своей территории, свои правительства и войска, которыми они предводительствовали.

Реформация не оставила почвы для сохранения государственной власти папы и католических епископов на территории стран, ставших протестантскими. В XVII-XIX веках и в католических странах правовые условия изменились настолько, что на практике Католическая Церковь была устранена от государственной власти. Однако, помимо государства Ватикан, остатком доктрины «двух мечей» остается практика заключения Римской курией договоров в форме конкордатов с государствами, на территории которых находятся католические общины. Вследствие этого правовой статус данных общин определяется во многих странах уже не одними внутренними законами, но и правом, регулирующим международные отношения, субъектом которых является государство Ватикан.

В странах, где победила Реформация, а затем и в некоторых католических странах в государственно-церковных взаимоотношениях установился принцип территориализма, суть которого заключается в полном государственном суверенитете на соответствующей территории, в том числе и над находящимися на ней религиозными общинами. Девизом этой системы взаимоотношений стали слова cujus est regio, illius est religio (чья власть, того и религия). При последовательном осуществлении данная система подразумевает удаление из государства приверженцев вероисповедания, отличного от разделяемого носителями высшей государственной власти (это не раз осуществлялось на практике). Однако в жизни прочно утвердилась смягченная форма реализации этого принципа — так называемая государственная церковность. При этом религиозная община, обыкновенно составляющая большинство населения, к которой принадлежит государь, официально именуемый главой Церкви, пользуется преимуществами государственной Церкви. Сочетание элементов этой системы церковно-государственных взаимоотношений с остатками традиционной, унаследованной от Византии симфонии определило своеобразие правового статуса Православной Церкви в России Синодальной эпохи.

В Соединенных Штатах Америки, которые изначально представляли собой многоконфессиональное государство, утвердился принцип радикального отделения Церкви от государства, предполагающий нейтральный по отношению ко всем конфессиям характер властной системы. Впрочем, абсолютный нейтралитет едва ли вообще достижим. Всякому государству приходится считаться с реальным религиозным составом своего населения. Ни одна христианская деноминация в отдельности не составляет большинства в Соединенных Штатах, однако решительное большинство жителей США составляют именно христиане. Эта реальность отражена, в частности, в церемонии присяги президента на Библии, наличии официального выходного дня в воскресенье и так далее.

У принципа отделения Церкви от государства есть, однако, и иная генеалогия. На европейском континенте он явился результатом антиклерикальной или прямо антицерковной борьбы, хорошо известной, в частности, из истории французских революций. В таких случаях Церковь отделяется от государства не ввиду поликонфессиональности населения страны, а потому, что государство связывает себя с той или иной антихристианской либо вообще антирелигиозной идеологией, — здесь уже не идет речи о нейтралитете государства в отношении религии и даже о его чисто светском характере. Для Церкви это обыкновенно влечет за собой стеснения, ограничения в правах, дискриминацию или прямые гонения. История ХХ века явила в разных странах мира много примеров подобного отношения государства к религии и Церкви.

Существует также форма церковно-государственных взаимоотношений, которая носит промежуточный характер между радикальным отделением Церкви от государства, когда Церковь имеет статус частной корпорации, и государственной церковностью. Речь идет о статусе Церкви как корпорации публичного права. В этом случае Церковь может иметь ряд привилегий и обязанностей, делегированных ей государством, не являясь государственной Церковью в собственном смысле слова.

Ряд современных стран — например, Великобритания, Финляндия, Норвегия, Дания, Греция — сохраняют государственную церковность. Другие государства, которых со временем становится все больше (США, Франция), свои отношения с религиозными общинами строят на принципе полного отделения. В Германии Католическая, Евангелическая и некоторые другие церкви имеют статус корпораций публичного права, в то время как иные религиозные общины от государства полностью отделены и рассматриваются как частные корпорации. На практике, однако, реальное положение религиозных общин в большинстве этих стран мало зависит от того, отделены или не отделены они от государства. В некоторых странах, где Церкви сохраняют государственный статус, он сводится к взиманию налогов на их содержание через государственные налоговые учреждения, а также к тому, что, наряду с регистрацией актов гражданского состояния, производимой государственными административными органами, признается правовая действительность церковных записей, сделанных при крещении новорожденных или при заключении брака через церковное венчание.

Свое служение Богу и людям Православная Церковь совершает ныне в разных странах. В одних она представляет собой национальное вероисповедание (Греция, Румыния, Болгария), в других, многонациональных, религию национального большинства (Россия), в третьих принадлежащие к ней лица составляют религиозное меньшинство, живущее в окружении либо инославных христиан (США, Польша, Финляндия), либо иноверцев (Сирия, Турция, Япония). В некоторых немногочисленных странах Православная Церковь имеет статус государственной религии (Греция, Финляндия, Кипр), в других она отделена от государства. Различаются также конкретные правовые и политические условия, в которых живут Поместные Православные Церкви. Однако все они опираются как в своем внутреннем устройстве, так и в своем отношении к государственной власти на заповеди Христовы, на учение апостолов, на святые каноны, на двухтысячелетний исторический опыт, и в любых условиях находят возможность для исполнения своих богозаповеданных целей, обнаруживая тем свою неотмирную природу, свое небесное, Божественное происхождение.

III.5. Имея различные природы, Церковь и государство используют различные средства для достижения своих целей. Государство опирается в основном на материальную силу, включая силу принуждения, а также на соответствующие светские системы идей. Церковь же располагает религиозно-нравственными средствами для духовного руководства пасомыми и для приобретения новых чад.

Церковь непогрешимо проповедует Христову Истину и преподает людям нравственные заповеди, исходящие от Самого Бога, а потому не властна изменить что-либо в своем учении. Не властна она и умолкнуть, прекратить проповедование истины, какие бы иные учения ни предписывались или ни распространялись государственными инстанциями. В данном отношении Церковь совершенно свободна от государства. Ради беспрепятственного и внутренне свободного проповедования истины Церковь не раз в истории терпела гонения от врагов Христа. Но и гонимая Церковь призвана с терпением переносить гонения, не отказывая государству, преследующему ее, в лояльности. Правовой суверенитет на территории государства принадлежит его властям.

Следовательно, они и определяют юридический статус Поместной Церкви или ее части, предоставляя им возможность нестесненного исполнения церковной миссии или ограничивая такую возможность. Государственная власть тем самым перед лицом Вечной Правды выносит суд о себе самой и в конце концов предрекает свою судьбу. Церковь сохраняет лояльность государству, но выше требования лояльности стоит Божественная заповедь: совершать дело спасения людей в любых условиях и при любых обстоятельствах.

Если власть принуждает православных верующих к отступлению от Христа и Его Церкви, а также к греховным, душевредным деяниям, Церковь должна отказать государству в повиновении. Христианин, следуя велению совести, может не исполнить повеления власти, понуждающего к тяжкому греху. В случае невозможности повиновения государственным законам и распоряжениям власти со стороны церковной Полноты, церковное Священноначалие по должном рассмотрении вопроса может предпринять следующие действия: вступить в прямой диалог с властью по возникшей проблеме; призвать народ применить механизмы народовластия для изменения законодательства или пересмотра решения власти; обратиться в международные инстанции и к мировому общественному мнению; обратиться к своим чадам с призывом к мирному гражданскому неповиновению.

III.6. Принцип свободы совести, появившийся как юридическое понятие в XVIII-XIX веках, превращается в один из основополагающих принципов межчеловеческих отношений только после Первой мировой войны. Ныне он утвержден Всеобщей декларацией прав человека, входит в конституции большинства государств. Появление принципа свободы совести — свидетельство того, что в современном мире религия из «общего дела» превращается в «частное дело» человека. Сам по себе этот процесс свидетельствует о распаде системы духовных ценностей, потере устремленности к спасению в большей части общества, утверждающего принцип свободы совести. Если первоначально государство возникло как инструмент утверждения в обществе божественного закона, то свобода совести окончательно превращает государство в исключительно земной институт, не связывающий себя религиозными обязательствами.

Утверждение юридического принципа свободы совести свидетельствует об утрате обществом религиозных целей и ценностей, о массовой апостасии и фактической индифферентности к делу Церкви и к победе над грехом. Но этот принцип оказывается одним из средств существования Церкви в безрелигиозном мире, позволяющим ей иметь легальный статус в секулярном государстве и независимость от инаковерующих или неверующих слоев общества.

Религиозно-мировоззренческий нейтралитет государства не противоречит христианскому представлению о призвании Церкви в обществе. Однако Церковь должна указывать государству на недопустимость распространения убеждений или действий, ведущих к установлению всецелого контроля за жизнью личности, ее убеждениями и отношениями с другими людьми, а также к разрушению личной, семейной или общественной нравственности, оскорблению религиозных чувств, нанесению ущерба культурно-духовной самобытности народа или возникновению угрозы священному дару жизни. В осуществлении своих социальных, благотворительных, образовательных и других общественно значимых программ Церковь может рассчитывать на помощь и содействие государства. Она также вправе ожидать, что государство при построении своих отношений с религиозными объединениями будет учитывать количество их последователей, их место в формировании исторического культурного и духовного облика народа, их гражданскую позицию.

III.7. Форма и методы правления во многом обусловливаются духовным и нравственным состоянием общества. Зная это, Церковь принимает соответствующий выбор людей или по крайней мере не противится ему.

При судействе — общественном строе, описанном в Книге Судей, — власть действовала не через принуждение, а силой авторитета, причем авторитет этот сообщался Божественной санкцией. Чтобы такая власть действенно осуществлялась, вера в обществе должна быть весьма сильной. При монархии власть остается богоданной, но для своей реализации использует уже не столько духовный авторитет, сколько принуждение. Переход от судейства к монархии свидетельствовал об ослаблении веры, отчего и возникла потребность заменить Царя Незримого царем видимым. Современные демократии, в том числе монархические по форме, не ищут божественной санкции власти. Они представляют из себя форму власти в секулярном обществе, предполагающую право каждого дееспособного гражданина на волеизъявление посредством выборов.

Изменение властной формы на более религиозно укорененную без одухотворения самого общества неизбежно выродится в ложь и лицемерие, обессилит эту форму и обесценит ее в глазах людей. Однако нельзя вовсе исключить возможность такого духовного возрождения общества, когда религиозно более высокая форма государственного устроения станет естественной. В условиях же рабства, в соответствии с советом апостола Павла, «если и можешь сделаться свободным, то лучшим воспользуйся» (1 Кор. 7. 21).

Вместе с тем, Церковь должна уделять главное внимание не системе внешней организации государства, а состоянию сердец своих членов. Посему Церковь не считает для себя возможным становиться инициатором изменения формы правления, а Архиерейский Собор Русской Православной Церкви 1994 года подчеркнул правильность позиции о «непредпочтительности для Церкви какого-либо государственного строя, какой-либо из существующих политических доктрин».

III.8. Государство, в том числе светское, как правило, осознает свое призвание устроять жизнь народа на началах добра и правды, заботясь о материальном и духовном благосостоянии общества. Поэтому Церковь может взаимодействовать с государством в делах, служащих благу самой Церкви, личности и общества. Для Церкви такое взаимодействие должно быть частью ее спасительной миссии, объемлющей всестороннее попечение о человеке. Церковь призвана принимать участие в устроении человеческой жизни во всех областях, где это возможно, и объединять соответствующие усилия с представителями светской власти.

Условиями церковно-государственного взаимодействия должны являться соответствие церковного участия в государственных трудах природе и призванию Церкви, отсутствие государственного диктата в общественной деятельности Церкви, невовлеченность Церкви в те сферы деятельности государства, где ее труды невозможны вследствие канонических и иных причин.

Областями соработничества Церкви и государства в нынешний исторический период являются:
а) миротворчество на международном, межэтническом и гражданском уровнях, содействие взаимопониманию и сотрудничеству между людьми, народами и государствами;
б) забота о сохранении нравственности в обществе;
в) духовное, культурное, нравственное и патриотическое образование и воспитание;
г) дела милосердия и благотворительности, развитие совместных социальных программ;
д) охрана, восстановление и развитие исторического и культурного наследия, включая заботу об охране памятников истории и культуры;
е) диалог с органами государственной власти любых ветвей и уровней по вопросам, значимым для Церкви и общества, в том числе в связи с выработкой соответствующих законов, подзаконных актов, распоряжений и решений;
ж) попечение о воинах и сотрудниках правоохранительных учреждений, их духовно-нравственное воспитание;
з) труды по профилактике правонарушений, попечение о лицах, находящихся в местах лишения свободы;
и) наука, включая гуманитарные исследования;
к) здравоохранение;
л) культура и творческая деятельность;
м) работа церковных и светских средств массовой информации;
н) деятельность по сохранению окружающей среды;
о) экономическая деятельность на пользу Церкви, государства и общества;
п) поддержка института семьи, материнства и детства;
р) противодействие деятельности псевдорелигиозных структур, представляющих опасность для личности и общества.

Церковно-государственное соработничество представляется также возможным в ряде других сфер в тех случаях, когда оно служит исполнению задач, соответствующих вышеперечисленным областям церковно-государственного взаимодействия.

В то же время существуют области, в которых священнослужители и канонические церковные структуры не могут оказывать помощь государству, сотрудничать с ним. Это:
а) политическая борьба, предвыборная агитация, кампании в поддержку тех или иных политических партий, общественных и политических лидеров;
б) ведение гражданской войны или агрессивной внешней войны;
в) непосредственное участие в разведывательной и любой иной деятельности, требующей в соответствии с государственным законом сохранения тайны даже на исповеди и при докладе церковному Священноначалию.

Традиционной областью общественных трудов Православной Церкви является печалование перед государственной властью о нуждах народа, о правах и заботах отдельных граждан или общественных групп. Такое печалование, являющееся долгом Церкви, осуществляется через устное или письменное обращение к органам государственной власти различных ветвей и уровней со стороны соответствующих церковных инстанций.

III.9. В современном государстве, как правило, наличествует разделение властей на законодательную, исполнительную и судебную; присутствуют различные уровни власти: общегосударственный, региональный, местный. Это определяет специфику взаимоотношений Церкви с властями разных ветвей и уровней.

Взаимоотношения с законодательной властью представляют собой диалог Церкви и законодателей по вопросам совершенствования общегосударственного и местного права, имеющего отношение к жизни Церкви, церковно-государственному соработничеству и сферам общественной обеспокоенности Церкви. Этот диалог касается также постановлений и решений законодательной власти, не имеющих прямого отношения к законотворчеству.

В контактах с исполнительной властью Церковь должна вести диалог по вопросам принятия решений, имеющих отношение к жизни Церкви, церковно-государственному соработничеству и сферам общественной обеспокоенности Церкви, для чего на соответствующем уровне поддерживается контакт с центральными и местными органами исполнительной власти, в том числе ответственными за решение практических вопросов жизни и деятельности религиозных объединений и за надзор за соблюдением ими законодательства (органы юстиции, прокуратуры, внутренних дел и тому подобное).

Взаимоотношения Церкви с судебной властью различных уровней должны ограничиваться представлением в случае необходимости интересов Церкви в суде. Церковь не вмешивается в непосредственное осуществление судебной властью ее функций и полномочий. Интересы Церкви в суде, за исключением крайней необходимости, представляют миряне, уполномоченные Священноначалием на соответствующем уровне (Халкид. 9). Внутрицерковные споры не должны выноситься на светский суд (Антиох. 12). Межконфессиональные конфликты, а также конфликты с раскольниками, не затрагивающие вопросов вероучения, могут выноситься в светский суд (Карф. 59).

III.10. Святые каноны воспрещают священнослужителям обращаться к государственной власти без дозволения церковного начальства. Так, 11-е правило Сардикийского Собора гласит: «Аще который епископ, или пресвитер, или вообще кто-либо из клира без соизволения и грамот от епископа области, и наипаче от епископа митрополии, дерзнет пойти к царю: таковой да будет отрешен, и лишен не токмо общения, но и достоинства, какое имел... Аще же необходимая нужда заставит кого идти к царю: таковой да творит сие с разсмотрением и с соизволением епископа митрополии и прочих тоя области епископов, и да напутствуется грамотами от них».

Контакты и взаимодействие Церкви с высшими органами государственной власти осуществляются Патриархом и Священным Синодом непосредственно или через представителей, имеющих письменно подтвержденные полномочия. Контакты и взаимодействие с региональными органами власти осуществляются епархиальными Преосвященными непосредственно или через представителей, также имеющих письменно подтвержденные полномочия. Контакты и взаимодействие с местными органами власти и самоуправления осуществляются благочиниями и приходами по благословению епархиальных Преосвященных. Уполномоченные представители церковного Священноначалия для контактов с органами власти могут назначаться как на постоянной основе, так и для консультаций по отдельным проблемам.

В случае передачи вопроса, рассматривавшегося ранее на местном или региональном уровне, в высшие органы государственной власти, епархиальный Преосвященный ставит об этом в известность Патриарха и Священный Синод и просит их о поддержании контакта с государством при дальнейшем рассмотрении данного вопроса. В случае передачи судебного дела с местного или регионального уровня на высший уровень епархиальный Преосвященный письменно информирует Патриарха и Священный Синод о ходе предшествующих судебных разбирательств. Предстоятели самоуправляемых церковных округов и управляющие епархиями в отдельных государствах имеют специальное благословение Патриарха и Священного Синода на осуществление постоянных контактов с высшим руководством этих государств.

III.11. Во избежание смешения церковных и государственных дел и для того, чтобы церковная власть не приобретала мирского характера, каноны возбраняют клирикам брать на себя участие в делах государственного управления. 81-е Апостольское правило гласит: «Не подобает епископу, или пресвитеру вдаватися в народныя управления, но неупустительно быти при делах церковных». О том же говорится и в 6-м Апостольском правиле, а также в 10-м правиле VII Вселенского Собора. В современном контексте данные положения касаются не только исполнения административных властных полномочий, но и участия в представительных органах власти (см. V.2).

0

4

.................из писем архимандрита Иоанна Крестьянкина

Дорогая о Господе Н.!

Жизнь сейчас трудная, шквал устрашающей информации расшатывает и без того хрупкое равновесие. Чтобы на эти от врага возбуждаемые бури мы не реагировали так болезненно, надо твердо верить, что миром правит только Бог, и стараться, елико возможно, жить по заповедям Божиим.

Вам же надо пособороваться и поисповедоваться. Причащайтесь почаще, хорошо бы через 2 недели. А к врачам после соборования надо обратиться непременно, и они с Божией помощью Вам помогут. Вопрос о том, где жить, надо Вам решать на семейном совете, как это будет полезнее для всей семьи. Умудри Вас Бог. А мое дело - только помолиться о Вас.

Верьте Богу и Спасителю нашему и ничего не бойтесь, враг может только страховать нас. враг сильный, но всесилен только Бог.

Божие благословение Вам.

Храните Господа в жизни своей, и Он сохранит вас.

0

5

............в продолжение темы
О Церкви, выборах и политике.

0

6

Он сказал им: итак, отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу. (От Луки святое благовествование ,гл 20 стих 25

Протоиерей Александр Шаргунов
Есть слова, которые меняют течение истории. К таким относится слово Христа: «Отдавайте кесарю кесарево, а Богу Богово». Оно определяет решительно отношения между религией и политикой, между Церковью и государством. Оно дает христианству принципиально другое направление, отличное, например, от ислама.

Где и когда Христос произнес это слово, которое стало законом? В Иерусалиме, за несколько дней до Своих крестных страданий, когда с разных сторон все делали, чтобы избавиться от Него. И изыскивали, как скомпрометировать Его. Ловушка была построена весьма искусно. Платить подати императору, римской оккупационной власти означало признать ее как законную власть. Однако фанатично настроенные иудеи выступали против этого. Они предпочитали террор, вооруженную борьбу против римлян. Многие из них кончили жизнь на кресте, как два разбойника, казненных одновременно с Господом.

Фарисеи, задававшие вопрос Господу, были за компромисс: ради сохранения мира, считали они, надо платить налоги. Когда придет Мессия, Он освободит Свой народ от римского ига. Если Христос объявит Себя Мессией, Он должен отказаться платить подати. Если Он так сделает, они могут предать Его римлянам как бунтовщика. Если Он не сделает так, Он не есть обещанный Искупитель.

Господь, видя их намерение, обличает их в лицемерии: «Покажите римскую монету. Разве вы не видите на ней изображение и подпись римского императора? Зачем же вы берете эту монету в руки, в то время как изображение человека запрещено иудеям? Монета принадлежит императору, так отдавайте ее ему! Но более существенно, чтобы вы отдали Богу то, что Ему принадлежит».

Этим словом Христос разделил раз и навсегда политику и религию, государственное служение и служение Богу. Император заставлял поклоняться себе как Богу, повиновение ему было культом. Все диктаторы пытались завладеть не только деньгами своих подданных, но также их душой. Они хотели обладать одни всем человеком. Полностью. Так поступал Гитлер и так поступал Ленин. Вот почему Церковь Христова была им ненавистна.

С одной стороны, Христос требует от Своих учеников повиноваться гражданской власти, даже если речь идет о чужеземном господстве вроде римской оккупационной власти. С другой стороны, Он ясно говорит, что человек должен поклоняться только Богу: воздавать Богу Богово. На монетах изображение и надписание императора, так отдавайте их ему, потому что они принадлежат ему. Вы же носите в себе изображение Божие, образ Божий, ибо человек создан по образу Божию. Отдавайте же ваши сердца, вашу жизнь Тому, Кому они принадлежат.

«Отдавайте кесарю кесарево, а Богу Богово». Эти слова всегда напоминают нам, что человек больше, чем экономика, деньги, политика. Они тоже важны, но все должно быть на своем месте. Они — только средства и никогда не могут быть смыслом и целью человеческой жизни. Как говорят святые отцы, поставь первое на первое место, и остальное само займет свое место.

***
Проповедь священника Георгия Полякова.
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.
..Коварство фарисеев, пишет святитель Иоанн Златоуст, не знало границ. Хотя они льстиво и делали вид, что уважают Его мнение, они подошли к Нему осторожно, почтительно, вежливо: Учитель, - тихо обратились мнимые спорщики с наигранной серьезностью, - мы знаем, что Ты правдиво говоришь и учишь и не смотришь на лицо, но истинно пути Божию учишь, - они как будто хотели пригласить Его без страха и бесстрастно разрешить их мучившие сомнения, и что Его мнение поможет им руководствоваться в нравственном вопросе практической важности. Но за этой змеиной лестью сейчас же показались ядовитые зубы, - позволительно ли нам давать подать кесарю, или нет? Речь шла о ежегодной подати, которую римский император взимал с иудеев с 63 года до Рождества Христова. А уже с 6-го года по Рождестве Христовом вопрос о подати сделался жгучим. По этому поводу в стране произошло волнение, пишет евангелист Лука в Деяниях своих, вождем которого сделался Иуда Галилеянин. Собранные деньги поступали прямо в императорскую казну. Этот налог был крайне непопулярен среди иудеев, так как символизировал их рабство Риму.

Вопрос о подати для фарисеев носил религиозный характер, для иродиан – политический. Обе партии обратились к Иисусу одновременно, чтобы поставить Его перед сложной дилеммой, религиозной и политической одновременно. Расчет противников был тонкий: ответь Иисус: «да», это бы Его резко скомпрометировало в глазах народа, ответь: «нет», это молниеносно дало бы повод к обвинению Его в политической неблагонадежности. Третьего выхода, казалось, не было. Но Иисус в Своем ответе идет именно третьим путем, непредусмотренным Его противниками. Он требует принести Ему динарий. У евреев на монетах обычно не делалось никаких изображений лиц, потому что это считалось идолопоклонством. Асмонеи чеканили свои монеты только с надписями на еврейском и греческом языке изображали сосуд с манной, жезл Аарона и прочее. На римских монетах, которыми уплачивалась подать, были изображения императоров с различными надписями.

Посмотрев на динарий, Христос спросил Своих вопросителей: Чье на нем изображение и чья надпись? Они отвечали: кесаревы. На данной монете очевидно было изображение цезаря Тиберия, правившего Римом с 14 по 37 год по Рождестве Христовом. И следовательно, надпись на ней гласила: Тиберий, Кесарь Август, сын божественного Августа. Эта надпись была продиктована римским культом императора, которому поклонялись как божеству, что было особенно отвратительно в глазах иудеев. А на обратной стороне значилось: Первосвященник. Спаситель просто, ясно и понятно сказал: отдайте кесарево кесарю, а Божие Богу. Он тем самым решил хитроумный вопрос. Это был воистину Божественный ответ. Простота его заключала в себе глубокую мудрость и содержание. Был дан основной христианский принцип, усвояющий целую большую область чрезвычайно сложных и запутанных отношений гражданской жизни. неожиданный ответ крайне удивил и достаточно удовлетворил всех окружающих, несмотря на разницу их убеждений и взглядов...

Фарисеи слушали и молчали, а окружающие дивились глубине Его мудрости, с какой Он разрешил лукавый и лицемерный вопрос.

Но Господь не ограничился этим. Он прибавил еще более глубокие и многозначительные слова: а Божие Богу.

Эта прибавка слов выходила далеко за пределы предложенного Ему частного вопроса и касается большой и сложной области отношений христианства, гражданской и религиозной власти, устанавливало общее правило этих отношений. Вопросы и проблемы, которые поднимаются в этом сюжете, актуальны и для нашего поколения и для наших дней. Надо различать грань между гражданским и духовным институтом и ясно видеть область их требования.

По отношению к гражданской власти мы обязаны исполнять все ее требования, постановления, законы, и в то же время с высокой степенью ответственности исполнять все заповеди Божии, подчинять свою волю воле Божией, любить (?) любовью Бога и человека.

История Церкви показала, что служение кесарю вовсе не препятствует истинному служению Господу Богу.

Апостол Павел в своем послании к Римской Церкви пишет: отдавайте всякому должное: кому подать – подать, кому оброк – оброк, кому страх – страх, кому честь – честь.

Но, живя в этом мире, мы видим, что и те и другие обязанности неоднородны между собой, как по своему происхождению, так и по содержанию. Господь в Своем ответе ясно их различает. Необходимо и нам различать эти обязанности, чтобы ясно видеть к какой области, гражданской или религиозной, относится то или другое требование. В противном случае, легко запутаться и не найти правильной линии христианского поведения, особенно когда эти сферы наглядно противоречат друг другу. Апостолы на заре христианской эры, исполненные Духа Святаго, невзирая на мученическую кончину и гонение сильных мира сего, избирали Божие и благовестили слово Бога смело, мужественно, дерзновенно. На своем Соборе они постановили для будущих последователей Христа: должно повиноваться больше Богу, нежели человекам.

Сегодняшний евангельский ответ Христа вопрошающим фарисеям приоткрывает великую тайну антропологии самого человека. Ибо сама природа людская устроена Творцом так, что он и духовен и телесен. Он принадлежит одновременно двум мирам, небесному и земному. Вкушая пищу, мы поддерживаем свою плоть, причащаясь – душу. И чтобы Дух Божий царствовал в нас, чтобы вкушать радость Небесного Царства уже в этом мире, надо изо дня в день, как учил старец Серафим Саровский, стяжать Дух Святой, Который через нас изобильно изливается в стихию этого мира, наполняя все гармонией, смыслом, полнотой. От свободной воли, от свободного выбора человека зависит, чтобы Божие творение наполнялось всегда Богом. Аминь.

0

7

— В интервью одному из информагентств Вы высказали мысль о том, что Церковь не вмешивается в политику, но влияет на власть. В чем, по Вашему мнению, заключается это влияние?

— Совершенно очевидно, что природа Церкви и государства различны. Церковь не стремится к получению политической власти, она ей не нужна «по определению». Другое дело, что интересы Церкви и государства в части заботы о людях не могут не пересекаться. Определяя этот процесс, мне кажется, наиболее уместно употребить термин, который предлагает Церковь, — «соработничество». Он наиболее адекватно передает некое идеальное состояние взаимодействия Церкви и государства, то, как это могло бы быть.

Говоря о влиянии, я имею в виду то, что Церковь, не вмешиваясь в политику, оставляет за собой право давать моральную и нравственную оценку происходящим в обществе процессам. Эта оценка может касаться и действия властей.

— Как это проявляется?

— Именно Церковь давно и много говорит о недопустимости коррупции, о том, что сейчас эта проблема зашкаливает. Именно Церковь, обращаясь к чиновникам, не раз говорила о том, что они должны воспринимать свое дело как служение. И мне кажется, какое-то движение в этом направлении уже происходит: в последних выступлениях руководителей высшего эшелона нашего государства я, например, услышал слово «служение» применительно к элите. Раньше это было редкостью.

Помню круглый стол, посвященный элитам, на форуме «Стратегия-2020», проходившем более четырех лет назад. Тогда я был единственным, кто говорил о том, что если слой общества, называющий себя элитой, не имеет представления о том, что такое служение обществу, элитой называться он не может. В то время мои слова были восприняты с недоумением. Сейчас же, повторюсь, ситуация меняется. Кто-то скажет, на уровне деклараций, а я сказал бы, на уровне ценностных установок. Хотя если они не прорастут делами, изменений не будет.

— Вы сказали, что Церковь в политику не вмешивается хотя бы потому, что ей это не нужно. Тем не менее, в обществе периодически возобновляются дискуссии о якобы набирающем обороты процессе постепенного «огосударствления» Церкви. Как бы Вы это прокомментировали?

— Во-первых, давайте сначала договоримся о терминах. Что такое «огосударствление»? Если речь о том, что Церковь переходит практически на полное иждивение государства и в силу этого начинает выполнять какой-то госзаказ — ни первое, ни второе неверно. Церковь как существовала на пожертвования, так и существует по сей день. Да, есть некоторые государственные программы, наподобие программы восстановления культурных памятников, под действие которых подпадают храмы. В этом смысле мы получаем государственное финансирование на восстановление. Но разве его не должно быть? Мы понимаем, что речь идет не просто об объектах культа, но о памятниках культуры, которые принадлежат всему народу, и, соответственно, весь народ должен о них заботиться.

Следующий момент. Когда говорят о каких-то изменениях в отношениях государства и Церкви, имеют в виду, как правило, три основных события, произошедшие за последние три года. Первое я уже назвал — возвращение имущества религиозным организациям. Причем хочу в очередной раз подчеркнуть: речь идет не конкретно о Русской Православной Церкви, а вообще о традиционных религиозных организациях. Кроме того, мы говорим о появлении в армии священнослужителей и преподавании основ религиозной культуры и светской этики в средних школах. Многие почему-то трактуют это как элемент сращивания Церкви с государством. Но помилуйте, в чем же оно?! Наоборот, речь идет об обретении Церковью независимости и возможности прийти в армию, в школы. Священника в армии никому не навязывают. Он приходит туда, чтобы люди, верящие в Бога, или те, у кого просыпаются религиозные чувства в экстремальных условиях, могли почувствовать присутствие того, в ком нуждаются. Это всегда связано с нравственным аспектом. И если уж мы часто говорим о кризисе нравственности в обществе, было бы странно священника в армию не пускать.

Что касается школы, как уже не раз говорилось, в любой национальной культуре есть понятие культурного кода. И, нравится нам это или нет, основан этот код на религии. Так сложилось исторически. Мы не знаем дорелигиозных культур, их не было в истории человечества. Чтобы студенты не говорили, что христианство возникло во втором веке до нашей эры и что они это прочитали в книжке, где нарисована женщина с ребенком. А я с этим сталкивался. И это катастрофа! Это уже не вопрос, верит человек или нет. Это вопрос развития личности. Никто никогда не предлагал вводить в школе Закон Божий.

Как же получать образование без знания культурного кода своей страны... И с этой точки зрения никакого сращивания не происходит. Сейчас Церковь, Патриарх, образно говоря, забивают сваи, которые может вырвать только новый 1917-й год.

полное интервью с Владимиром Легойда здесь!

0

8

Патриарх о качествах лидера страны и о власти

Патриарх о последних политических событиях

0

9

Протоиерей Всеволод Чаплин: Нельзя согласиться с теми, кто призывает к противостоянию Церкви и государства

В беседе с журналистами председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин прокомментировал итоги встречи премьер-министра РФ, кандидата в Президенты России В.В. Путина с лидерами традиционных религиозных общин страны, состоявшейся 8 февраля 2012 года в московском Свято-Даниловом монастыре.

Отец Всеволод назвал «очень правильными» слова В.В. Путина о недопустимости «по-советски примитивной» трактовки понятия светского государства. «Сегодня государство и религиозные общины должны быть партнерами. И слово "партнерство", которое прозвучало из уст Владимира Владимировича, ― это очень обнадеживающее слово», — сказал священник.

«Действительно, государство и Церковь, государство и все религиозные общины, которые действуют в нашей стране, — это не какие-то общности, живущие на разных планетах. И нельзя согласиться с теми, кто говорит, что религиозные общины должны по определению быть оппонентами власти, должны быть против власти, должны выступать против государства и государственности», — убежден председатель Синодального отдела.

«Можно критиковать власти, можно спорить с властями, но религиозные общины всегда взаимодействовали и вступали в партнерские отношения с властями при всех, даже расходящихся позициях в любом сильном обществе, в любом сильном государстве, — напомнил священник. — Поэтому идея партнерства государства и Церкви — это нормальная идея для большинства стран мира, и я убежден, что она должна быть нормальной и естественной и для России».

«России нужно нравственное обновление и об этом очень ясно сказал Святейший Патриарх Кирилл, — продолжил отец Всеволод. — Никакая экономическая деятельность, никакие политические реформы не могут состояться без твердого нравственного самопонимания личности и народа».

Председатель Синодального отдела выразил глубокое удовлетворение тем, что В.В. Путин указал на важность этической проблематики для каждого человека. «Нельзя принуждать, к тому, чтобы человек осознавал смысл жизни, но можно пропагандировать смысл жизни. — добавил священник. — Можно и нужно воспитывать людей. Связь воспитания и образования, о которой сегодня было сказано практически всеми, — это связь, которою можно и нужно восстанавливать в нашей школе, в нашей культуре, в наших СМИ».

«Думаю, что все участники встречи понимают одно ― России не нужны революции, не нужна попытка искусственно столкнуть религиозные общины и государство. Нам нужно партнерство между государственными и религиозными общинами, партнерство между разными частями общества при всем разнообразии взглядов», — заключил глава Синодального отдела.

Патриархия.ru

Состоялась встреча председателя Правительства РФ В.В. Путина с лидерами традиционных религиозных общин России

0

10

глумящимся в сторонке, хотелось бы привести слова из соборного послания апостола Петра :

Беззаконники же «идут в след скверных похотей плоти, презирают начальства, дерзки, своевольны и не страшатся злословить высших» (2 Пет. 2:10)
и в принципе почаще читать Святое Евангелие и Апостол

****
"В некоем монастыре видел монах, как в вечерней темноте через забор один из братьев перелез и к селу направился. «Это блудник пошел в мир блуд творить», — подумал он. Ту же картину другой увидал. «Это вор из братьев пошел в село украсть что-нибудь», — подумал этот. Третий подумал: «Это кто-то из рабов Божиих пошел тайком милостыню раздавать». Почему на одну и ту же картину три такие разные реакции? Потому что всяк по себе судил.

Для блудника весь мир блудит. Для вора весь мир ворует. Для раба Божия весь мир угождает Создателю. Проверим же и мы себя по этому лекалу. Если нам кажется, что все воруют, значит, воры мы по внутреннему состоянию сердца своего. Если для нас все блудят, то значит и мы тоже. И если тебя или меня сегодня во власть пустить, то есть, как в анекдоте «я встану, а ты сядешь», ох и удивим же мы мир «бескорыстием». Я прямо уже сейчас вижу, какой мы, сегодняшние борцы, явим пример «трудолюбия, чистоты и человечности»."
(прот.Андрей Ткачев)

***

У нас в городе на Новый год центр разукрасили гирляндами – загляденье. И вот, слышу однажды, как два мужика в метро разговаривают.

- Помнишь, какой унылый город был на прошлое Рождество. Ни огонечка, ни гирляндочки.

- Так «они» ж о народе не думают. Только по карманам тянут.

- Зато в этом году как все красиво!

- Так «они» ж столько накрали, что могут теперь и огоньки развешивать.

Дальше я отошел. Стало вдруг и смешно, и грустно, и неинтересно.

Как говорится «картина маслом». Если в голове дырка, то ни хорошими законами, ни подарками, ни деньгами ее не зашьешь. Если же в душе моль дырку проела, или «жаба» из души радость высосала, то хоть весь мир туда засыпь — душа все равно голодной останется.

И вспомнил я Златоуста, сказавшего: «Все зло мира – от незнания Писаний» Действительно, знали бы мужички сказанное у пророков, мудрее были бы их речи, красивее была бы их жизнь. Например, такие слова: «Вот, душа надменная не успокоится, а праведный своею верою жив будет» (Авв. 2:4)

Протоиерей Андрей Ткачев

0

11

//Не без грусти владыка отметил, что сейчас общение духовенства с внешним миром не только распространено, но даже раздражает некоторых людей.

Сравнивая ситуацию нынешнюю и двадцать лет назад, митрополит Иларион высказал свою оценку периода перестройки:

Как мы помним, конец 80-х — начало 90-х годов — это было время, когда распадалось то, что распадалось на протяжении веков, когда распадалось великое государство, строившееся на началах солидарности между народами, а потом существовавшее в течение семидесяти лет на принципах тоталитарного насилия.

Распад этого государства был для многих людей катастрофой и не по идеологическим причинам, а потому что жизнь наша была так устроена, что люди жили в разных странах, тогда входивших в одну страну, в том числе, и члены одной семьи, родственники. Вновь возникшие границы между государствами часто пролегали между человеческими судьбами. Они разрезали семьи, они разрезали человеческие жизни. И конечно, для многих это было время идейной ломки и духовной катастрофы.
Диалог спасающий

Многие люди, напомнил владыка, прожив достойную жизнь, в те годы оказались в материально трудном или даже катастрофическом положении — у многих буквально ушла почва из-под ног. На помощь пришла Церковь.

В эти годы Церковь оказала колоссальную помощь тысячам и миллионам людей. Она помогла очень многим обрести свою новую духовную идентичность. Именно Церковь прежде всего заполнила тот идеологический вакуум, который образовался после распада великого государства. Только заполнила она его не какой-то идеологией и не какими-то лозунгами — она дала людям силы для того, чтобы продолжать жить в этом меняющемся мире. Она дала людям основу, на которой можно строить жизнь как в основе одной личности, так в масштабе всего общества.

Сама Церковь, на тот момент только выходившая из катакомбного состояния, выходившая из того гетто, в котором она была заключена в советский период, начала восстанавливать свою жизнь. Тысячи храмов, новые монастыри, духовные школы открывались по всей стране.

И, что самое главное, Церковь впервые за многие годы вышла за свои привычные стены, столкнулась со светской аудиторией.

Одним из первых, кто пошел по этому пути открытого диалога со светским обществом, был приснопамятный протоиерей Александр Мень. Вслед за ним пошли и многие другие. И конечно, сейчас мы можем видеть плоды той работы, которая за прошедшие 20 с лишним лет была проделана Церковью.

Мы можем видеть, что множество людей было не только просвещено азами христианской веры, но и в полном смысле слова воцерковлено. Мы видим, что для многих людей Церковь стала смыслом или основным стержнем их жизни. В то же время остается очень существенный разрыв между теми, кто именуют себя православными христианами, теми, кто декларируют свою принадлежность к Православной Церкви, и теми, кто реально являются церковными людьми. Не только потому, что они ходят в храм и участвуют в церковных Таинствах, но прежде всего потому, что в своей повседневной жизни они руководствуются христианскими заповедями и идеалами.
Христианство номинальное и реальное: преодолеть разрыв

Часто спрашивают: сколько у нас в стране православных людей? Если говорить о том, сколько людей себя отождествляют себя с православной традицией, то, наверное, таких людей около 80%. Но если говорить, сколько у нас людей, реально посещающих храмы, то речь идет о числах в разы меньше. А если говорить о людях, которые в своей реальной жизни руководствуются христианскими заповедями, людей, которых можно поставить в пример реального воплощения в жизнь учения Христа, то, конечно, таких людей оказывается гораздо меньше. И вот этот колоссальный разрыв между номинальным и реальным христианством — это то, что нам еще надлежит преодолеть.

Кроме того, нам надлежит преодолеть те стереотипы мышления, которые у многих вольно или невольно сохраняются еще с советской эпохи, а именно то психологическое недоверие Церкви, та боязнь Церкви, которую мы унаследовали с той эпохи, которая не изжита в нашем обществе, и рецедивы которой вновь и вновь возникают в том числе и в общественном дискурсе и в СМИ.

Как преодолеть этот разрыв между миром Церкви и миром интеллигенции, между Церковью и светским обществом, между Церковью и культурой? Я думаю, здесь требуются усилия и от самой Церкви, и от тех людей, которые вступают с ней в диалог. И прежде всего мы должны понять, что Церковь состоит не из каких-то инопланетян, которые свалились неизвестно откуда. Церковь не может отождествляться только с людьми в рясах или облачениях. Церковь — это все мы. Церковь — это те люди, которые верят во Христа и в большей или меньшей степени стараются воплотить христианские идеалы в жизнь. И поэтому мы не можем оторвать Церковь от общества. Во-первых, Церковь является частью общества, а общество — частью Церкви. А во-вторых, между Церковью и обществом столько сфер взаимопроникновения и взаимозависимости, что практически невозможно становится противопоставить одно другому.

Как разрушить стену недоверия?

Церковь никому себя не навязывает, но она зримо и ощутимо присутствует в общества. К ее голосу прислушиваются миллионы людей. Но опять же, психологические барьеры существуют, как существуют барьеры для человека, особенно молодого, который хочет впервые зайти в храм. У него могут возникнуть боязнь и непонимание, что происходит в храме, какие-то другие чувства.
Когда он входит в храм, очень важно, с кем он там встречается и кого видит.

Очень часто первая встреча с церковной реальностью оказывается совсем не праздничной, а будничной, что человек встречает в храме не благожелательно отношение, а в лучшем случае равнодушие, в худшем — недоверие. И есть люди, которые имели в эти годы возможность войти в храм и приобщиться к жизни Церкви, но не смогли этого сделать из-за того, что не встретили того человека, который бережно и спокойно помог бы им перейти через барьеры, отделяющие человека с улицы от мира Церкви.

Мне кажется, что мы, церковные люди, еще недостаточно делаем, чтобы помогать людям преодолевать эти барьеры. Все еще остается стена недоверия, стена предрассудков между миром Церкви и светским миром.

Церковь келейного употребления?

Есть сегодня люди, которые говорят: «Почему Церковь вмешивается в нашу жизнь? У нас светское государство. Пусть Церковь занимается своими делами, а мы, светские люди, будем строить общество и государство». Церковь воспринимают как агентство ритуальных услуг, где можно покрестить, повенчать и отпеть. Некоторым людям кажется некомфортной ситуация, когда Церковь присутствует в школе, в исправительных учреждениях, в больницах или других сегментах светского общества.

Но Господь Иисус Христос создал Церковь не для храмового только, не для келейного употребления и даже не только для семейного использования. Христианин может и должен быть христианином не только у себя в семье, церковной общине, но и на работе, в кругу друзей — везде, где он оказывается по промыслу Божьему среди людей, с которыми его тот же промысел Божий вводит в контакт или сталкивает.

По убеждению митрополита Илариона, человек должен иметь право быть христианином везде и говорить открыто о своих христианских убеждениях, никому их не навязывая, но твердо отстаивая. Поэтому Церковь и участвует в общественных процессах, включая и разработку законов.

Церковь не вмешивается напрямую в политику, потому что политика — это не ее дело. Церковь не может поддерживать одну политическую силу против другой, но может поддерживать или осуждать конкретные пункты программы того или иного кандидата и может открыто выносить свое суждение о тех или иных пунктах программы различных партий или политических движений. Делает она это не для того, чтобы отвоевать пространство для себя в политическом мире, а прежде всего для того, чтобы при любом политическом строе люди, желающие жить в соответствии со своей христианской совестью, могли бы жить, не вступая в противоречие с действующим законодательством и с теми правилами, которые действуют в секулярном мире.

Когда мы говорим о секулярном мире и вообще о секуляризме, мы должны различать секуляризм, характерный для современного светского общества, где Церковь отделена от государства, от секуляризма воинствующего, который по сути является антицерковным и антихристианским.

По словам владыки, именно последний и пытается настаивать на том, что религия — сугубо индивидуальное дело и на том, чтобы общественное пространство было религиозно абсолютно нейтральным. Но общим знаменателем должен быть секуляризм не агрессивный, а тот, который предполагает отделение Церкви от государства, а не вытеснение ее из общественного пространства.

Принцип отделения Церкви от государства означает, что Церковь не вмешивается в политику, а государство — во внутренние дела Церкви. Но он отнюдь не означает того, что между государством и Церковью и обществом и Церковью нет точек соприкосновения. Напротив, их становится все больше и больше. Все больше становится тех проблем, которые не может решить государство без участия Церкви, все больше вопросов, ответ на которые можно найти только совместными усилиями и государства, и Церкви, и всех здоровых сил общества.

Церковь проповедует не только богословские истины и говорит людям не только о вещах, связанных напрямую к религии, но и о повседневной жизни. И мы видим, что противоречие между агрессивным секуляризмом и Церковью напрямую строится на том, как люди строят свою повседневную жизнь.

Митрополит Иларион (Алфеев)

источник

0

12

видеолекция по тв "союз"

«Исследуйте Писания». «Послание апостола Павла к Римлянам. Отношение к власти»

0

13

О молитве за власть

Христианин должен помнить, что он прежде всего призван сам честно работать и честно поступать. Начинать нужно с этого. Христианство существовало при самых разных государственных системах. В Римской империи за одно имя христианина можно было попасть на арену к диким зверям. Сказано: «Всякий, хотящий жить благочестиво во Христе Иисусе, гоним будет». Это всегда остается. И для христианина призыв «Не любите мира и того, что в мире» — речь идет о мире падшем, безнравственном — также всегда остается серьезным призывом.

Когда же мы молимся о государстве, «о Богохранимей стране нашей, властех и воинстве ея», то просим о мудрости для них. Когда мы молились «за власть и воинство» в советское время, мы тоже совершенно искренне желали им мудрости, смирения перед лицом Божьим. Государство всегда есть аппарат насилия. Это неизбежно. Поэтому церковь и должна быть отделена от государства, чтобы не принимать участия в этом насилии.

http://www.pravmir.ru/svyashhenniki-bol … r-borisov/

0

14

Иерей Даниил Сысоев
Даже блаженный Августин в творениях поднимает вопрос: почему даже праведные народы получают иногда злых правителей? Ведь мы знаем, что их ставит не человек, а Бог. Он ставит царей и низвергает, как Ему хочется. Бог делает так, чтобы люди не привыкали, не думали, что вся их надежда должна быть связана с земными успехами страны. Поэтому Он и посылает злых правителей, чтобы человек отвлекся от мирской суеты и искал Божественного Царства, которое нетленно.

********
Пятая Заповедь требует уважения к родителям, вне зависимости от их поведения. Нужно слушаться их во всем, что не противоречит воле Бога. А оскорбление родителей, а тем более их избиение карается смертью (Исх. 21, 15, 17). Эта Заповедь также касается и почитания властей, об чем уже все забыли. Вот как говорит Бог: "судьи не злословь, и начальника в народе твоем не поноси" (Исх. 22, 28). А ведь мы знаем, что принцип власти установлен Создателем. А поэтому, кстати, с начальства на Суде будет больше спроса чем с обычного человека. Ведь Господь не смотрит на лица и воздаст каждому по делам его.

0

15

Протоиерей Александр Шаргунов

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Есть слова, которые меняют течение истории. К таким относится слово Христа: «Отдавайте кесарю кесарево, а Богу Богово». Оно решительно определяет отношения между религией и политикой, между Церковью и государством. Оно дает христианству принципиально другое направление, отличное, например, от ислама.

Где и когда Христос произнес это слово, которое стало законом? В Иерусалиме, за несколько дней до Своих Крестных Страданий, когда с разных сторон все делали, чтобы избавиться от Него, и изыскивали, как скомпрометировать Его. Ловушка была построена весьма искусно. Платить подати императору, римской оккупационной власти, означало признать ее как законную власть. Однако "фундаменталистски" настроенные иудеи выступали против этого. Они предпочитали террор, вооруженную борьбу против римлян. Многие из них кончили жизнь на кресте, как два разбойника, казненных одновременно с Господом.

Фарисеи, задававшие вопрос Господу, были за компромисс: ради сохранения мира, считали они, надо платить налоги. Когда придет Мессия, Он освободит Свой народ от римского ига. Если Христос объявит Себя Мессией, Он должен отказаться платить подати. Если Он так сделает, они могут предать Его римлянам как бунтовщика. Если Он не сделает так, Он не есть обещанный Искупитель. Господь, видя их намерение, обличает их в лицемерии: «Покажите римскую монету. Разве вы не видите на ней изображение и подпись римского императора? Зачем же вы берете эту монету в руки, в то время как изображение человека запрещено иудеям? Монета принадлежит императору, так отдавайте ее ему! Но более существенно, чтобы вы отдали Богу то, что Ему принадлежит».

Этим словом Христос разделил раз и навсегда политику и религию, государственное служение и служение Богу. Император заставлял поклоняться себе как Богу, повиновение ему было культом. Все диктаторы пытались завладеть не только деньгами своих подданных, но также их душой. Они хотели обладать одни всем человеком. Полностью. Так поступал Гитлер и так поступал Ленин. Вот почему Церковь Христова была им ненавистна. С одной стороны, Христос требует от Своих учеников повиноваться гражданской власти, даже если речь идет о чужеземном господстве вроде римской оккупационной власти. С другой стороны, Он ясно говорит, что человек должен поклоняться только Богу: воздавать Богу Богово. На монетах изображение и надписание императора, так отдавайте их ему, потому что они принадлежат ему. Вы же носите в себе изображение Божие, образ Божий, ибо человек создан по образу Божию. Отдавайте же ваши сердца, вашу жизнь Тому, Кому они принадлежат. «Отдавайте кесарю кесарево, а Богу Богово». Эти слова всегда напоминают нам, что человек больше, чем экономика, деньги, политика. Они тоже важны, но все должно быть на своем месте. Они - только средства и никогда не могут быть смыслом и целью человеческой жизни. Как говорят святые отцы, поставь первое на первое место, и остальное само займет свое место.

0

16

о молитве за власть !

Во время Литургии мы слышим слова: «о властех и воинстве ея Господу помолимся». Этот призыв на великой ектенье вызывает у многих сегодня недоумение: как можно молиться за любую власть? Ведь тут не говорится «о хороших властех помолимся». Молиться надо за всякую власть. Но что, если она несправедлива и коррумпирована? Почему я должен просить Бога за, допустим, «партию жуликов и воров», если я их считаю таковыми?

Семнадцать лет назад террорист Шамиль Басаев со своими боевиками захватил роддом в Буденовске и стал прикрываться роженицами как живым щитом. Власть встала перед ужасной альтернативой: что делать? Штурмовать – нельзя. Не штурмовать – тоже, и последовавший потом десятилетний вал террора тому горькое подтверждение. Когда же все-таки было принято тяжелейшее решение о штурме, оказавшимся неудачным, одна писательница в частности сказала фразу наподобие «мерзавцы, отдавшие приказ о штурме…». Каково это было слышать людям, которым выпал крест принимать решение в той ситуации?

Я вспомнил об этом случае, прочитав колонку Виталия Каплана «По пунктам, или зачем молиться о властях». С очень многим я в ней согласен: с тем, что в молитве за власть предержащих для христианина нет ничего постыдного. Действительно, мы просим Бога о том, как пишет автор, чтобы Он сделал наших правителей лучше с христианской точки зрения, просветил их ума и сердца, оставляя на Его усмотрение, какие пути для Своего воздействия Он изберет и как именно будет их вразумлять в случае необходимости. Также мне нравится мысль о том, что вообще не надо торопиться судить других людей, особенно тех, сведения о которых мы черпаем лишь из СМИ. Сейчас вообще подобный взгляд на людей власти как на людей прежде всего становится, к сожалению, редок.

Однако я не согласен с тем, что мотивы молитвы за власть и воинство исчерпываются подобными общегуманистическими соображениями. По похожим основаниям мы могли бы молиться на великой ектинье, например, и о закоренелых преступниках. Ведь и их тоже нельзя осуждать в конечном счете, поскольку суд над человеком как личностью может вершить только Бог. И им тоже очень нужна помощь свыше, чтобы наконец-то стать лучше и человечнее, чтобы их нравственные принципы перестали отбрасываться в угоду своеобразно понимаемой ими «целесообразности», чтобы они в любых обстоятельствах оставались людьми, стали слушаться голоса совести, не подличали, никого не мучили и не предавали.

Виталий говорит, что мы просим у Бога не повышенной плотности боевого огня или того, чтобы силовые структуры получше финансировались, но того, чтобы люди власти просто стали добрее и умнее, чтобы в их представителях пробудилось нравственное начало (будто мы заранее уверены, что оно в них особенно склонно дремать).

А я вот уверен, что мы просим, просто обязаны просить в частности и о должной плотности огня в бою, и о том, чтобы финансирование у силовых структур было хорошее. Вряд ли призыв помолиться о властях и армии является всего лишь проявлением абстрактного гуманизма, как говорили при Советской власти, когда просто всех любишь и поэтому тебе жалко всех, не взирая на лица. Даже непопулярную ныне власть.

Обратим все же внимание на то, в каком ряду стоят власти и воинство:

О свышнем мире и спасении душ наших Господу помолимся…

О мире всего мира, благостоянии Святых Божиих Церквей и соединении всех Господу помолимся…

О святем храме сем и с верою, благоговением и страхом Божиим входящих в онь Господу помолимся…

О Великом Господине и Отце нашем Святейшем Патриархе Кирилле, Преосвященнейшем митрополите (или: архиепископе, или: епископе) (имя рек), честнем пресвитерстве, во Христе диаконстве, о всем причте и людех Господу помолимся…

О Богохранимей стране нашей, властех и воинстве ея Господу помолимся…

О граде сем, всяком граде, стране и верою живущих в них Господу помолимся…

И так далее.

То есть, власть и воинство здесь специально выделены и стоят в ряду безусловно положительных лиц, ценностей и обстоятельств: мир всего мира, спасение наших душ, благополучие Церкви, священноначалие и так далее. Да и собственно данный конкретный призыв начинается призывом помолиться о Богохранимой стране нашей, а потом уже упоминаются власти и воинство. Почему так? Да потому, что именно им Господом и вручено хранение нашей страны. Именно власти и воинство (армия и силовые структуры) стоят на страже нашего мира. От их мужества, стойкости и плотности огня в боевых обстоятельствах в частности зависит, сможем ли мы «пожить тихое и безмолвное житие».

Мы привыкли воспринимать власть как что-то подозрительное в принципе: люди власти преимущественно удовлетворяют властный инстинкт, да еще пользуются за это почетом и разными льготами. Мы практически перестали понимать, что это еще и тяжелое и очень ответственное служение – хотя бы потому, что человек власти отвечает не только за себя. Его призвание – обеспечивать общественный порядок. На нем лежит гигантская ответственность. Не будет власти и воинства – не будет и порядка, пусть и плохого.

Сейчас, например, у некоторых людей принято чуть ли не проклинать милицию, она же полиция. Да, она очень даже оставляет желать лучшего. Но, простите, только в состоянии умственного затмения можно говорить «менты это те же бандиты». Или – «они еще хуже бандитов». Я убежден, что поставь автора этой громкой фразы перед реальной альтернативой, с кем ему на деле встретиться на улице в позднее время суток – с бандитами или полицейскими, выбор будет сделан однозначный, отнюдь не в пользу «романтиков с большой дороги».

Я не хочу выглядеть профессиональным апологетом власти и «рабской покорности», хотя мне в принципе все равно, что обо мне подумают в данном случае. Я хочу лишь минимальной умственной трезвости. К тому же так уж вышло, что лично у меня опыт общения с милицией-полицией преимущественно позитивный. Они мне лишь помогали, причем несколько раз. Не знаю, насколько это общезначимо. Понимаю, что говорю лишь о своем опыте. Но другого у меня просто нет.

Призвание человека власти – это взятие на себя ответственности за других. Призвание воина, «представителя силовых структур» – это защита страны и мирных людей. И молиться за них нужно в том числе в знак благодарности за это служение, за готовность к самопожертвованию за нас. И просить Бога, чтобы он помог им, а значит – и нам.

источник

0

17

Есть ли основания для утверждений о сращивании Церкви и государства?

Есть ли основания для утверждений о сращивании Церкви и государства в России? На этот вопрос телезрителя Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл отвечает в очередном выпуске авторской программы «Слово пастыря», вышедшем в эфир 20 октября 2012 года.


Доброе утро, дорогие телезрители!

В адрес нашей передачи пришел такой вопрос: «Скажите, пожалуйста, есть ли какое-то основание для утверждения о сращивании Церкви и государства в России? Как получилось, что даже на сессии ПАСЕ это обсуждали и хотели этот пункт внести в окончательную резолюцию? Это что-то беспрецедентное!» Из письма Дмитрия Коновалова, Санкт-Петербург.

Я уже неоднократно имел возможность говорить о том, что тема сращивания Церкви с государством в нынешних условиях на пространствах канонической территории Русской Православной Церкви — это миф. Этот тезис очень легко доказывается, потому что для того, чтобы сказать о сращивании, нужно процитировать либо Патриарха, либо постановления Священного Синода или Архиерейского Собора, и показать, что Церковь имеет своей целью сращивание и осуществляет эту цель.

Но если мы возьмем все документы, в которых говорится о взаимоотношениях Церкви и государства, включая Основы социальной концепции Русской Православной Церкви, коими Церковь руководствуется, выстраивая свои отношения с государством, то ничего подобного мы не найдем. Потому что Церковь, пройдя через тяжелейшие годы XX века, анализируя все то, что произошло с ней в XX веке, во многом причиной происшедшего видела те взаимоотношения Церкви и государства, что сложились в Российской империи. Тогда Церковь была государственной Церковью, называлась ведомством православного исповедания, являлась частью государственной машины. И, естественно, когда в результате революции рухнула государственная машина, то и против Церкви был нанесен сокрушительный удар. Правда, не столько потому, что она была частью государственной машины, сколько потому, что учение Церкви, ее проповедь расходились с идеалами тех, кто решил строить на разрушенном фундаменте старой жизни новое здание.

Ну, а почему же возникает сегодня этот миф? А он возникает вот почему. Те, кто категорически не заинтересованы в укреплении позиций Церкви, в христианизации нашего народа, в духовном просвещении нашего народа, пугают общество и людей этим сращиванием: Церковь будет играть роль некоего идеологического инструмента, который, конечно, будет влиять на выбор людей и лишать их столь драгоценной свободы. Этим жупелом пугают, в первую очередь, интеллигенцию. «Вы хотите свою свободу потерять? Вы хотите снова вернуться в советское время, только в ином идеологическом контексте? Вот вам — явная угроза со стороны Русской Православной Церкви. Она может лишить вас свободы!» Поэтому раздувание мифа о сращивании является одним из способов борьбы с Церковью.

А сейчас возникает вопрос, почему возник этот миф, ведь на ровном месте он не мог бы возникнуть. Цель ясна — борьба с Церковью. А что явилось причиной?

Я хорошо помню, что о нас писали та же самая недоброжелательная пресса и те же самые авторы, что сегодня настаивают на мифе сращивания Церкви с государством, в 90-е годы, да и в 2000-е. Говорили, что Церковь провалила свою миссию — никакой волны обращений к христианству нет; религиозность находится на отметке 1-2 %; миф, что Россия — православная страна, а русский народ — православный. Еще сравнительно недавно публиковались эти высосанные из пальца статистические данные, и Церковь упрекалась в том, что она потерпела полное фиаско в сфере миссии. И вдруг, в какой-то момент — мы знаем, когда это произошло, — сменилась тональность. Вместо упреков Церкви в ее недееспособности, вместо сказочных рассказов о неудаче православной миссии стали говорить о том, что Церковь сращивается с государством, что она входит во все поры. Почему? Почему одна ложь сменилась на другую? А потому что те, кто распространяет эту ложь, увидели реальную картину, увидели успехи Церкви. И сегодня, когда даже самые скептические социологические исследования утверждают, что Церкви доверяют 73% россиян, это не может оставить спокойными тех, кто ставит своей целью снизить это доверие, довести его до тех 1-2 %, о которых они мечтали в 90-е и в начале 2000-х.

А что используется в качестве доказательства ложного тезиса о том, что Церковь сращивается с государством? Несколько фактов. Во-первых, тот факт, что на богослужениях присутствуют государственные деятели. Тот факт, что архиереи на местах имеют добрые отношения с губернаторами. То, что в Церковь стали приходить люди, занимающие высокое положение.

Разве это свидетельствует о сращивании? Может быть, это свидетельствует о том, что народ наш становится православным? Не сращивание, а успех миссии! Этот успех еще далек от того, каким бы мы хотели его видеть. Еще очень многое нужно сделать. Еще остается большой процент людей полувоцерковленных или только начинающих воцерковляться. Поэтому и наносится удар по программе «200 храмов», вообще по программе строительства храмов, по открытию новых епархий — потому что все это стимулирует развитие церковной жизни.

Я уже в свое время обратился публично к тем, кто распространяет этот миф, чтобы они привели конкретные примеры сращивания. Появились такие публикации. Авторы ломятся в открытую дверь, не стыдятся использовать в качестве доказательства то, что является доказательством совсем противного, а не того, что они хотят доказать.

Ну, например, преподавание Основ православной культуры в школе. Но Церковь же предложила, чтобы преподавались не только Основы православной культуры, но и другие культуры, и чтобы преподавалась светская этика. И мы знаем, что в некоторых регионах Основы православной культуры избирает не большинство людей. Полная свобода выбора! Но даже преподавание дисциплины, которая не является религиозной, — это не закон Божий, это культурологический предмет, его преподают не священники, как это бывает в странах Западной Европы, а светские педагоги, и процент не так уж велик, чтобы всех испугать, — приводится в качестве примера сращивания. Тогда давайте повнимательнее посмотрим на опыт жизни христианских Церквей в Западной Европе — куда больше примеров более эффективного преподавания религиозных предметов, чем в нашей стране!

Почему не говорится о сращивании Церкви с государством в Польше, в Соединенных Штатах, где на деньги налогоплательщиков содержатся капелланы? Почему никто не возмущается по поводу того, что Президент Соединенных Штатов присягу приносит на Библии? Можно представить себе, какой был бы крик, какое скрежетание зубами, если бы нечто подобное было в России! А капелланы в армии? С большим трудом было принято решение. Но ведь до сих пор двадцать с небольшим священников — на всю великую Российскую армию.

Постыдитесь! Но ведь употребляете эти аргументы, пытаясь доказать сращивание, — и вроде как люди серьезные… Стыдно все это читать.

Ну, и другой аргумент: «недвижимость возвращают Церкви». Так ведь Россия в 90-е годы согласилась, — кстати, с требованиями того самого ПАСЕ, Совета Европы, о возвращении незаконно экспроприированной недвижимости религиозного назначения. Но в 90-е годы «заболтали». Тогдашнее Правительство издало распоряжение о передаче имущества религиозного назначения, по которому ни одно здание не могло быть возвращено. Это делалось в качестве отписки, чтобы показать Западу: «мы тоже исполняем рекомендации Совета Европы»; а на самом деле по тому положению ни одно здание не было передано. И, наконец, принимаются законы, которые переводят эту ситуацию в некое нормальное положение. Есть требование Европейского Совета, мы члены Европейского Совета и принимаем решение вернуть. Речь ведь идет не о коммерческих зданиях — речь идет храмах, часто полуразрушенных, на которые еще требуются огромные средства, чтобы их восстановить. Нет, аргумент в пользу сращивания!

Не уверен, что после моей передачи прекратятся эти глупые, бредовые публикации. Потому что ведь нужно повторять, повторять, чтобы вбивать не только в сознание своих граждан, но и сеять дезинформацию по всему миру, в том числе и в ПАСЕ, что, мол, «сращивается» Русская Православная Церковь.

Русская Церковь ни с кем не сращивается, в том числе и с государством, но она несет ответственность за нравственное состояние своего народа, за поддержание духовной и материальной культуры. И в этом смысле она будет находиться в диалоге с любой властью — с тем, чтобы через сотрудничество с властью, в том числе, служить этим высоким целям, которые перед ней стоят. Церковь не уклонялась от сотрудничества даже в советское время — там, где это было возможно, там, где хоть как-то можно было использовать инструменты диалога для утверждения нравственности, духовности в жизни нашего народа. Она не сойдет с этого пути и сегодня, какая бы власть ни была в России, потому что Церковь не является оппозиционной силой.

А, может быть, и весь сыр-бор именно потому, что Церковь — не оппозиционная сила? Может быть, тут же и прекратились бы все обвинения, если бы Церковь подняла знамя борьбы с властью, как ей предлагают некоторые персонажи из-за рубежа?

Церковь не будет заниматься революциями — это не ее дело. Она будет находиться в диалоге с властью во имя духовного и нравственного процветания общества. Она категорически отметает всякие надуманные обвинения в клерикализации и в «сращивании» и заявляет об этом громко на весь мир.

Дай Бог, чтобы эти слова по крайней мере устыдили тех, кто не стесняется своими собственными фамилиями подписывать ложь и клевету в адрес Русской Православной Церкви.

На этом я заканчиваю нашу передачу, и Божие благословение пусть пребывает со всеми вами.

Пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси
http://www.patriarchia.ru/db/text/2539043.html

0

18

Недовольство нужно устремлять вглубь себя. А мы устремляем вовне: правительство, пенсия, там не так, там не так, там не так… В телевизор уткнулись — и начали осуждать. Ты загляни в себя, браток! Ты воспитал своих детей? Нет. Ты убил пятерых, сделав аборты? Да. Ты на работе ничего не делаешь — лысый, с бородой, 42 года, сидишь, играешь в компьютер, потом щелкаешь клавишей мыши: «Ой, начальник идет, атас!» Смешная картинка. 40 минут в день работаешь и хочешь «достойную» зарплату. Так откуда взяться этой стране? Чемодан оставьте на Казанском вокзале на 10 минут и в туалет уйдите. Что будет? Чемодана не будет!
(Петр Мамонов)

0

19

Апостол Павел говорит в своем Послании, что власть государственная, в частности римская власть, установлена для того, чтобы быть орудием в руках Промысла Божия, для того чтобы спасти мир от хаоса (Рим. 13, 1–6). Если бы не было государственной власти, учит апостол Павел, то мир разлетелся бы вдребезги. Это очень хорошо знают те, кто хотят разрушить какое-нибудь государство, а затем и погубить народ.

Священное Писание учит нас, что всякая власть установлена Богом. Противящийся власти противится Самому Богу и навлекает на себя гнев Божий. То есть независимо от того, кто находится у власти, христиане призываются к послушанию этой власти как Божиему установлению. И неважно, сознательно или бессознательно действует власть в исполнении этой Божественной функции – хранении мира от хаоса – христиане призваны помогать ей в этом очень важном служении. Даже если у власти Нерон – гонитель христианской Церкви.

Когда же власть заставляет христианина поступать против веры и правды, справедливости и совести, то подобает нам услышать слово Божие, которое говорит, что мы должны слушать больше Бога, нежели человека. В подобных случаях послушание власти становится непослушанием Богу. Во всех остальных случаях мы призваны быть послушными. Когда это послушание подлинно, Бог открывает Самого Себя за исполнение Его заповеди. Именно это произошло с простым офицером-язычником – за его глубокое понимание и смирение.

Евангелие об исцелении слуги сотника заставляет нас задуматься также и об ответственности тех, кто у власти, потому что офицер-сотник сам облечен властью и понимает, как распространяется эта власть. Все мудрецы говорят о том, что прежде чем управлять другими людьми, нужно научиться управлять своими собственными страстями. Это понимают даже язычники. Христиане же говорят об этом более глубоко: «Те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями. Если мы живем духом, то по духу и поступать должны» (Гал. 5, 24–25). Кто Христов, тот должен плоть свою распять со страстьми и похотьми, если он хочет исполнять власть по настоящему, в Боге, по-христиански.

Протоиерей Александр Шаргунов

0

20

Если всякая власть от Бога, то от кого Ленин, Сталин?


Как понимать «всякая власть от Бога»?

0

21

Прежде всего Апостол просит озаботиться должным ведением молитв в собраниях верующих. И, требуя сего, первое, что предлагает внимание, есть, — о ком молиться, — молиться о всех людях, и о неверующих, и в числе их о царе и властях.— Почему? Потому, вероятно, что об этом паче всего требовалось напомнить ефесянам: ибо предмет,— молитва о всех и о властях,— хотя и не неважен, но не первый. Или, может быть, такой порядок молитвословий в церковных собраниях требовалось ввести и гласно о том всем предъявить, в отвращение распространенной о христианах врагами их молвы, будто они человеконенавистники, как видно из того, что чуждаются всех людей и обычаев людских (языческих), и будто, собираясь особо от других, они затевают крамолы. Апостол и поставил законом, чтоб ефесяне, а чрез них и все христиане, собираясь на молитву, прежде всего молились за всех людей и за власти. Христиане после сего всем могли показывать: вот посмотрите, как нам предписано молиться, и судите, человеконенавистники ли мы и крамольники. Этот порядок молитвословия сохраняется доселе в Церкви. Не по указанию ли святого Павла?

свт.Феофан Затворник

За вся человеки — за всех людей, не только верных, но и неверных. Святой Златоуст с движением говорит при сем: «знают посвященные в таинства, как бывает у нас при ежедневном богослужении, каждый день и утром, и вечером, — как мы творим молитву за весь мир.— Священник есть как бы общий отец целой вселенной; поэтому прилично ему заботиться обо всех, подобно тому, как печется о всех Бог, на службу Которому он поставлен. Вследствие того Апостол и заповедует молиться за всех. — Отсюда проистекают два благие следствия: с одной стороны, чрез это разрушается ненависть, которую иные питают ко внешним (не принадлежащим к Церкви); потому что никто не может питать враждебных чувств к тому, о ком моление творит. С другой — и те (внешние) становятся лучше, отчасти потому, что за них возносят молитвы (по невидимому влиянию молитвы),— отчасти и потому, что они (слыша, что за них молятся) отлагают ожесточение против нас. Ибо ничто столько не содействует успеху учения, как то, чтобы любить и быть любимым. Подумай также о том, что значило для тех, которые злоумышляли, наносили побои, изгоняли, умерщвляли (христиан),— услыхать, что те, которые переносят такие страдания, возносят к Богу прилежные молитвы за причиняющих им (эти страдания)! Видишь ли, в какой степени, согласно с желанием Апостола, христианин должен быть выше всех? Ибо подобно тому, как к малым детям нисколько не уменьшается (отцова) любовь, хотя бы дитя, взятое на руки, даже ударило своего отца по лицу; так и мы нисколько не должны уменьшать нашей любви ко внешним, хотя бы мы переносили от них удары. — Молю, говорит, творити... и благодарения за вся человеки. Потому что нужно благодарить Бога и за те блага, которые посылаются другим, например, за то, что Он солнце сияет на злыя и благия и дождит на праведныя и неправедныя (ср.: Мф. 5, 45). Видишь ли, что Он соединяет и связывает нас друг с другом не только посредством молитвы, но и посредством благодарения? Потому что, тот обязан благодарить Бога за блага, ниспосланные его ближнему, тот обязан и любить его, и дружески быть к нему расположенным.— А если нужно благодарить за то, что ниспосылается ближнему, то тем более — за то, что совершается с нами самими, и в тайне, и по нашему желанию, и против нашей воли, и за то, что кажется нам даже неприятным; потому что Бог все нам во благо устрояет».

более подробно читаем толкование на Первое послание к Тимофею святого апостола Павла

0

22

«Всякая форма слияния Церкви и государства опасна для дела Божьего. Только проповедь в свободной Церкви звучит громко и убедительно», — заявил патриарх Кирилл в интервью газете «Смоленские новости», — сообщает «Интерфакс-Религия».

По мнению патриарха Кирилла, Церковь не стремится влиять на политику государства. Ее задача состоит в том, чтобы донести до общества духовную аксиому: жизнь без Бога бессмысленна и бесполезна.

Святейший отметил несостоятельность высказываний о соединении Церкви и государства, напомнив, что духовенству запрещено брать на себя государственные функции, а государство, в свою очередь, не имеет прямого влияния на Церковь.

По мнению патриарха Кирилла, недопустимо повторение ошибок истории, поскольку кровавые события начала XX века и последовавшие за ними гонения на Церковь явились во многом результатом ее порабощения государством.

Патриарх также отметил, что проводимые сегодня церковные реформы направлены на то, чтобы помочь обществу оправиться от последствий атеизма: «Чтобы исцелить рану, нанесенную безбожием, мы все должны помочь людям пройти путем нового воцерковления. И я верю, что Господь с нами на этом пути».

http://www.pravmir.ru/patriarx-kirill-v … sudarstva/

0

23

http://cs314727.vk.me/v314727386/b9f7/2L-TTJJutlM.jpg

0


Вы здесь » БогослАвие (про ПравослАвие) » ОБЩИЕ ВОПРОСЫ » О взаимоотношениях Церкви и власти(и подтемка- вся ли власть от Бога?)