Вверх страницы

Вниз страницы

БогослАвие (про ПравослАвие)

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



ИКОНА -ЭТО ОБРАЗ

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Во Славу Господа!
Икона
Иконы нельзя отнести к произведениям живописи в обычном смысле слова. Это не картины. Картины в линиях и красках повествуют о людях и событиях реальной действительности. Начиная с эпохи Возрождения, жизнь и природа на картинах изображаются посредством иллюзорного воспроизведения на плоскости доски, стены или холста трехмерного пространства — мира людей, животных, пейзажей и вещей. И даже если сюжет почерпнут из мифологии, то он переведен на язык земных образов.
Живопись экспрессионистов и абстрактная живопись призваны отобразить переживания художника, переживания, которые изменяют и нарушают пропорции событий и предметов, а также цветовые соотношения между ними, деформируют предметы до неузнаваемости или вообще обходятся без предметных образов. Но даже и в этом случае различные эксперименты с цветом, линиями, со всевозможными способами интерпретации пространства на двухмерной поверхности картины не выводят нас, зрителей в мир иной природы, иных пространственных и временных шкал, иных ценностей.
И цвет на иконах выполняет особую функцию — функцию символического языка, который должен выражать не соотношения цветов предметов и их взаимовлияние в помещении или на открытом воздухе, но свечение предметов и человеческих лиц, озаренных светом, источник которого вне нашего физического мира. Золотые штрихи на иконах олицетворяют этот неземной свет, а золотой фон символизирует пространство "не от мира сего". Теней на иконах нет. В царствии Божьем все пронизано светом.
По самому их предназначению и по самой их природе иконы нельзя и рассматривать как картины. В них нет не только обычного пространства, но нет и событий, обусловленных обычными причинно-следственными связями. Икона — это окно в мир иной природы, но окно это открыто только для тех, кто обладает особым — духовным — зрением.
Для того чтобы приблизиться к пониманию икон, надо видеть их глазами верующего человека, для которого Бог — несомненная реальность при всей ее непостижимости и недоступности, реальность неизмеримо более важная и непреложная, чем быстротечная собственная земная жизнь. Реальность вездесущая, незримо стоящая за каждым событием, незримый свидетель и судья, от чьего взора невозможно укрыться никогда и нигде.
Но само пространство тоже таинственно: есть пространство видимых и ощущаемых событий, но есть и пространство событий потусторонних — невидимых и неощущаемых, о которых люди узнают только в результате откровения.
Из "того" мира в этот вливается Божественная воля и Божественная благодать. Из него в мир земной могут прийти посланники, вестники-ангелы, может явиться какой-либо святой, и даже сама Богородица...
Принципы и художественные средства создания икон формировались в течение многих веков, прежде чем Древняя Русь приобщилась к этой стороне человеческой культуры. Традиции иконотворчества пришли в Древнюю Русь вместе с принятием ею христианства из Византии в конце Х века.
Искусство Византии того времени носило, главным образом, религиозный характер и подчинялось строгим законам, как в отношении содержания, так и в отношении формы.
Регламентация канонических типов икон и иконографического стереотипа образов была итогом длительных дискуссий и борьбы, разгоревшейся вокруг догматических проблем, связанных с культом икон, борьбы, важнейшим эпизодом которой была эпоха иконоборчества и запрета культа икон. Эта эпоха продолжалась более ста лет и закончилась примерно за полтора века до крещения Руси.
Одной из важнейших причин отрицания, а затем и запрета культа икон явилось военное и идеологическое давление на южные и восточные границы Византийской империи арабов, сплотившихся под знаменем новой религии — ислама. В догматах ислама библейские запреты творения и почитания кумиров, к которым мусульмане относят и крест, и иконы, приобрели абсолютный характер, и это оказывало заметное влияние на умонастроения пограничного населения Византии.
В 730 году византийский император Лев III запретил культ икон. Этому в значительной мере способствовало то, что до воцарения он в течение многих лет служил в восточных провинциях Империи и, очевидно, не только был хорошо знаком с религиозными концепциями ислама, но и испытал известное влияние со стороны епископов Малой Азии, которые стремились (опять-таки под подспудным воздействием идеологии ислама) в максимальной степени очистить христианскую религию от всего материального, чувственного, недуховного. Многие иконы, мозаики, фрески были уничтожены. Однако иконопочитание не прекратилось. Оно продолжалось, хотя его приверженцы подвергались преследованиям, порой очень жестоким.
Культ икон был восстановлен временно в 787 году на VII Вселенском соборе (в Никее) и окончательно — в 843 году.
Одним из авторитетных защитников почитания икон был крупнейший богослов и политик Иоанн Дамаскин (ок. 675 — ок. 750 г.), чьи доводы во многом определили смысл и содержание решений VII Вселенского собора.
http://i033.radikal.ru/0907/db/09ebde848c37.jpg
Иоанн Дамаскин учил, что библейский ветхозаветный запрет на изображение Бога носил временный характер: "В древности Бог, бестелесный и не имеющий вида, никогда не изображался. Теперь же, когда Бог явился во плоти и жил среди людей, мы изображаем видимое Бога. Не невидимое Божество изображаю, но изображаю виденную плоть Бога..."
Опираясь на учение предшественников, Иоанн Дамаскин обосновывал правомерность творения образов тем, что "человеколюбию Божию угодно было облекать в вид и форму то, что лишено всякого образа и вида". Бог изволил прийти к людям Своим Сыном, воплотившимся Словом, Иисусом Христом. Он является в мир людей и обладает человеческим телом и обликом, — "ибо мы имеем нужду в том, что нам родственно". Он даровал нам Свой видимый образ.
Однако то, что было дано как видимое, конечно же, не передает и не выражает все свойства и сущность непостижимого Бога. Но как тело имеет тень, так и всякий оригинал имеет копию, и "икона есть напоминание".
И как само Священное Писание есть словесное изображение, образ священной истории, так и иконы составляют ее изображение, пересказ, но не словами, а линиями и красками.
Не имея возможности обозначить в видимых чувственных формах невидимые свойства Первообраза, мы были бы не в состоянии возвыситься до созерцания духовных предметов. Поэтому икона — образ — является не иллюзорным воспроизведением изображаемого, но — чувственным символом, при помощи которого мы обретаем способность подняться до постижения бесплотного — Божественного. "Через символы легче вознестись и горняя помышлять."
Икона, таким образом, играет роль мистического посредника между миром земным и миром небесным.
Так был определен смысл и сформулирована концепция иконотворчества.
В решениях VII Вселенского собора декларируется подчинение художников-иконописцев требованиям Церкви в отношении строгого следования иконографическим канонам при написании образа.
Однако иконографические каноны оформились не сразу, а постепенно и закрепились как традиции и правила, регламентирующие и набор, и характер, и способ изображения религиозных сцен и образов святых. Это объясняется тем, что иконам был придан статус носителей и хранителей церковного исторического предания. Поэтому нарушение иконографического канона было чревато искажением предания, впадением в ересь и строго наказывалось. "Иконы должны быть написаны по существу и подобию, а не по догадкам и самомышлению."

Обратная перспектива
Одной из причин, затрудняющих понимание древних русских икон, является особый способ изображения пространства и находящихся в нем земных и "небесных" существ и предметов.
Мы смотрим на картины глазами европейца, и изображенное на них нам представляется очень похожим на то, что мы видим в окружающем мире.
Важнейшим фактором, объясняющим "правдоподобность" европейской живописи, является применение в изобразительном искусстве Европы линейной перспективы.
Учение о перспективе зародилось в XIII веке, и это явилось событием, сыгравшим весьма заметную роль в судьбе европейской культуры.
Первым художником, в творчестве которого нашло практическое воплощение представление о перспективе, создавшим в изображении на плоскости иллюзию трехмерного пространства, был итальянец Джотто (Джотто ди Бондоне, 1267-1332). Этого гениального художника эпохи Предвозрождения по праву можно считать предтечей в применении линейной перспективы в живописи.
Яркой иллюстрацией являются фрески в капелле Скровеньи (капелла дель Арена в Падуе) "Благовещение Анне" и "Рождение Марии" (1305-1313).
У праведной четы Иоакима и Анны не было детей. Однажды Анне явился ангел и уведомил ее о том, что у нее родится дочь (будущая Богородица). И Анна родила Марию.
Посмотрим, как изобразил эти события Джотто.

http://i008.radikal.ru/0907/77/0974c9ae388b.jpg
Геометрически правильно, в аксонометрии показан интерьер дома Анны. До Джотто собственно интерьера на картинах, фресках и иконах практически вообще не было. Действующие лица помещались рядом или на фоне строения или горы с пещерой, но при этом подразумевалось, что действие разворачивается внутри этого строения или внутри пещеры. Чтобы показать интерьер, на фреске ближайшая к зрителю стена как бы снята. Дан "разрез" дома. Рассеченные стены деликатно декорированы узором.
Уже сам факт изображения интерьера таким способом знаменует великое новаторство Джотто. Это — смелый отход от традиции условного письма, хотя связь с ней еще окончательно не разорвана: показан не только интерьер, но и его "вместилище" — само здание.
Однако главное заключается в способе, каким передано пространство. Джотто как бы сорвал с него покров таинственности. Под кистью Джотто оно перестало быть загадочным: оказывается, его можно как бы "собрать" или "разобрать" при помощи прозрачных кубиков.
По величине изображенных предметов (скамейки, сундука) мы можем судить о глубине и размерах комнаты, в которой они находятся, и где происходит действие.
Это был первый и самый важный шаг на пути к арифметизации пространства. Аналитическая геометрия, основы которой заложил французский философ и математик Рене Декарт (1596-1650), несомненно зародилась бы значительно позже, если бы не открытие Джотто.
Посмотрим на фрески Джотто еще раз.
Ангел пролетает сквозь тесное окно. Ангел, являясь "чистым духом", будучи бестелесным, не нуждается в каком-либо отверстии, окне или двери для своего явления кому-либо. У Джотто же ангел даже не влетает в окно, а буквально протискивается через него, обретая в глазах зрителя почти физически ощутимую телесность.
Так Джотто "заземляет" чудо, преследуя цель добиться достоверности и убедительности изображаемого.
Перевод христианского предания на язык земных "жизнеподобных" образов и открытие способа изображения трехмерного пространства на плоскости при помощи линейной перспективы знаменует наступление новой эры в европейском искусстве — реализма.
Отношение к пространству у создателей икон в Древней Руси было совершенно иным. Пространство "не от мира сего" обычно обозначается на иконах сплошным золотым фоном, а предметы в нем и их взаимное расположение даются в так называемой обратной перспективе.
Рассмотрим возможное объяснение природы обратной перспективы и ее свойства. Обратная перспектива древнее линейной.
Иконописцы и иллюстраторы древних рукописных христианских книг были убеждены в несовершенстве человеческого зрения, которому нельзя доверять из-за его плотской природы, и потому считали для себя обязательным пытаться изобразить мир не таким, каким они его видят, а таким, каков он есть на самом деле. Вопрос же о том, каков мир на самом деле, мог решаться только умозрительно, когда в качестве аксиомы принимается не опыт земной телесной жизни, а догматы веры. И представляется весьма знаменательным, что и сами авторы первых трудов по линейной перспективе Ибн аль Хайсам и Ц. Витело считали уменьшение размеров тел при их удалении от наблюдателя обманом зрения, что, конечно же, верно. Однако геометрия линейной перспективы (воспроизведение "обмана зрения") оказалась удобным формальным приемом и была со временем освоена европейскими художниками и закрепилась в свободном от жестких канонов западноевропейском искусстве.
Православные же иконописцы остались верны обратной перспективе.
Мы уже говорили, что икона — это окно в священный (сакральный) мир, и мир этот распахивается перед человеком, взирающим на икону, раздается вширь — простирается.
Пространство не от мира сего обладает свойствами, отличными от свойств земного пространства, не доступными телесному зрению и не объяснимыми логикой здешнего мира.
На рисунке дана схема такого умозрительного построения расширяющегося пространства. Возникает обратная перспектива: предметы тоже расширяются при их удалении от зрителя.

http://s16.radikal.ru/i190/0907/d0/bcd58f07d9dc.gif
Строгого следования построенной схеме, очевидно, не могло быть — ведь мир на иконах лишь обозначается символами предметов, людей и т. д. И конечно же, опыт зрительного восприятия неизбежно прорывается и то и дело дает о себе знать в "ошибках" изображения.
Обратная перспектива и ее свойства ярко выражены на иконе "Положение во гроб".

http://i011.radikal.ru/0907/de/9bbf1a9d4e81.jpg
На переднем плане иконы изображен гроб с лежащим в нем спеленутым телом Христа. К нему припала Богородица, прижавшая свое лицо к лицу Сына. Рядом с ней к телу Учителя склонился Его любимый ученик — апостол Иоанн Богослов. Подперев ладонью подбородок, он с невыразимой печалью смотрит в лицо Иисуса Христа. За Иоанном в скорбных позах застыли Иосиф Аримафейский и Никодим. Слева от них стоят жены-мироносицы.
Горестная сцена разворачивается на фоне "иконных горок", написанных в обратной перспективе — иконные горки радиально расходятся "вглубь".
Обратная перспектива производит здесь чрезвычайно сильный, ошеломляющий эффект: пространство разворачивается вширь и вглубь, вверх и вниз с такой безудержной мощью, что происходящее на глазах взирающего на икону обретает космический масштаб. Поднятые вверх "руце" Марии Магдалины как бы соединяют место, где находится гроб Господень, со всей Вселенной.
Сверкающая неземной белизной плащаница сразу же привлекает внимание смотрящего к завернутому в нее телу Христа, но детали "исподних" одежд Иоанна Богослова и Марии Магдалины написаны и скомпонованы так, что производят впечатление темных расходящихся сполохов, устремленных вверх на ярком фоне красного мафория (ризы) Марии Магдалины. Они увлекают за собой взгляд к воздетым и широко разнесенным в трагическом изломе рукам — и выше, "в горняя" — туда, где простирается надземный мир. Но ребра иконных горок лучами сходятся вниз к гробу и возвращают взгляд обратно — к телу Христа — средоточию мироздания.
Лаконичность, корректность, ясность и выразительность изобразительных приемов делают эту икону образцом как бы застывшей молитвы-плача, скорбные слова которой обрели очертания и цвет и легли на иконную доску...
Обратная перспектива не должна восприниматься как неумение изображать пространство. Древние русские иконописцы не приняли линейной перспективы, когда познакомились с ней. Обратная перспектива сохраняла свой духовный смысл, но была и протестом против соблазнов "плотского зрения".
Нередко использование обратной перспективы давало и преимущества: она, например, позволяла разворачивать строения так, что открывались "заслоненные" ими детали и сцены, что расширяло информативность иконного повествования.

Время в иконе
Еще один вопрос, который необходимо рассмотреть для "адаптации" в мире икон — как в эпоху Средневековья людьми воспринималось и понималось время.
Различие в понимании времени, как философской категории в Западной Европе и в Византии обозначилось и сформировалось в эпоху Возрождения, когда Европа, в отличие от Византии, встала на путь нового миропонимания. После временного захвата Константинополя крестоносцами в 1204 г. отчуждение Византии от Европы стало во многом еще более глубоким и непримиримым.
Разный подход к тому, что такое время, в значительной степени определил разницу в отношении к миру, к происходящим в нем событиям, к роли человека в этих событиях и, как следствие, к целям, смыслу и возможностям изобразительного искусства, которое в Византии и на Руси было религиозным и преимущественно оставалось таким еще и в Западной Европе. Это в свою очередь непосредственно сказалось в формировании принципиально разных изобразительных приемов, использовавшихся художниками Западной Европы и иконописцами православных стран.
Эпоха Возрождения воскресила понятие истории, отделив священную историю, данную людям через откровение, от истории светской, то есть от истории общества, которая может быть реконструирована на основании документов, преданий и опыта, сохранившегося в народной памяти и в материальных свидетельствах прошлого.
У истоков истории как науки стоят великие итальянцы — Франческо Петрарка (1304-1374), Леонардо Бруни (1374-1444) и Лоренцо Балла (1403-1457).
Лоренцо Балла — автор знаменитого сочинения "О красотах латинской речи" — вслед за Петраркой ставил своей целью возрождение классической латыни античности, в традициях которой философия — риторика — язык были неразделимы. Пришлось не только прямо обратиться к наследию античности, но и проследить причины "порчи языка" и упадка культуры в "век варварства". Это привело к открытию исторической ретроспективы и исторического времени.
Время стало категорией, сознательно соотносимой с изменением, с причинно-следственной связью событий в их исторической последовательности. Возникла концепция исторической преемственности, и в связи с этим появилось понимание глубины времени, то есть того, что и именуется ретроспективой.
Открытие ретроспективы и исторического времени — линейной модели времени — практически совпало с возникновением учения о пространственной перспективе и изобретением соответствующего формализованного изобразительного языка — линейной перспективы.
Осознание пространственно-временной локализации событий привело к тому, что на картинах европейских художников исчезли совместные изображения событий, происходивших в разное время. Так, на фреске Джотто "Рождение Марии" мы видим девочку одновременно в двух местах: в руках повивальной бабки, сидящей на полу у кровати, и рядом с матерью, протянувшей к ней руки. Подобных примеров множество.
Новое отношение к категории времени наряду с новым теологическим мышлением, признававшим за человеком в его земной жизни свободу воли, через которую реализуется замысел Божий, породило нового человека — человека сознательного действия. Человека, творящего свою историю, и вместе с другими — историю своего народа, пружины которой сосредоточены прежде всего в ней самой (Леонардо Бруни). Этот новый человек смог сказать о себе: "...я использую время занятый всегда каким-нибудь делом, я предпочту потерять сон, чем потерять время" (Леон Баттиста Альберти, "О семье").
Это нашло непосредственное отражение в изобразительном искусстве. Художники стали пристально изучать механизм движения человеческого тела, а также причины и динамику изменения его внешности, обусловленного настроением (гнев, радость смех, печаль) или процессами старения.
Здесь были сделаны фундаментальные открытия — была понята роль мышц и их специализация.
Осмысление движения как изменения, длящегося во времени и неотделимого от него, как отрицания равновесия, породило новые композиционные приемы, например, сознательное и целенаправленное смещение центра тяжести тела, изображение на картине незавершенного жеста, что подсознательно воспринимается зрителем как продолжающееся движение.
Вместо пассивного, покорного человека готической эпохи, безучастного или ждущего стимулов извне, пришел человек свободного волеизъявления. И вот готовность к действию, к движению стала обозначаться напряженными мышцами, выражением лица и глаз. Глядя на картину, мы ждем действия. Благодаря этому ожиданию, иногда очень тревожному и нетерпеливому, картина живет, в ней бьется пульс времени.
На востоке Европы — в Византии и в Древней Руси сохранялась прежняя концепция времени и истории, восходящая к отцам церкви (Блаженный Августин и др.). Жизнь человечества из поколения в поколение понималась как время, имеющее начало и конец — от момента творения Богом человека до второго пришествия Иисуса Христа.
Событием, разделяющим историю на две части — эпохи (ветхую и новую), явилось рождение Иисуса Христа — воплощение Бога в человеческом облике.
До сотворения мира не было и времени. Время, как сотворенный Богом носитель изменений, к самому Богу не применимо. О Боге нельзя сказать "был" или "есть", или "будет" порознь — Он вечен, вездесущ, всеобъемлющ и неизменен. Бог не стареет, не меняется.
В византийских и русских иконах это отмечено тремя греческими буквами в крестчатом нимбе Христа. На древнерусский язык это переводится как "сущий", то есть тот, к кому сразу относится "всегда был", "всегда есть" и "всегда будет", что восходит к древнееврейскому сокровенному имени Бога — Яхве — Сущий.
Бог создал мир, и "началось" время. Оно началось и окончится, когда наступит второе пришествие Иисуса Христа, "когда времени больше не будет". Таким образом, и само время оказывается чем-то "временным", преходящим. Оно как лоскут, "кусочек" на фоне вечности, на котором Бог реализует свой промысел, сотворив Адама, изначально зная и судьбу его потомков. И каждое событие в жизни людей является выражением всемогущества Божия, но никак не результатом самодеятельности людей.
Замысел Божий уже — то есть всегда — существует во всей полноте, которая вмещает в себя все: время, историю, жизнь, все предметы, всех людей, все события, и всему определено свое место. Таким образом, причина любого события не определяется в нашем земном мире, а уже существует, но в мире ином, а само событие есть знамение, то есть локальное проявление промысла Божьего на "лоскуте времени". Бог — источник всего, что уже было, и что когда-то будет (по меркам нашего человеческого времени).
Такое понимание и жизни отдельного человека, и жизни народа отразилось в характере русских летописей.
Летописи — это скрупулезное перечисление событий, "пронумерованных" летописцем годами и "расставленных по порядку", который установлен для них "там". И летописи являются набором упорядоченных иллюстраций, ячеек мозаичного панно, которое в свою очередь есть лишь фрагмент картины мира, картины, которая во всей полноте уже написана Богом и существует в вечности.
Земная жизнь человечества — это и есть конечное время — промежуток между сотворением мира и человека и вторым пришествием, это лишь скоротечное испытание перед вечностью, когда времени больше не будет. Прошедших это испытание ждет жизнь вечная, совершенная, а значит, неизменная .
Святые, изображенные на древних иконах, уже сподобились вечной жизни, в которой нет движения и изменения в обычном смысле слова. И сложенные в благословляющем жесте пальцы правой руки — это послание оттуда — из царствия не от мира сего. Тонкие чуткие пальцы приподняты без усилия и напряжения. Они не имеют веса, ибо в том мире нет тяжести. Взгляд святого с иконы на нас — это взгляд из глубины запредельного мира, это вопрос из вечности. Он не затуманен страстями, и поэтому лишь в редкие моменты духовного просветления мы можем ответить на этот взгляд. Вот почему глаза, смотрящие на нас с икон, так тревожат, рождая и беспокойство, и страх, и надежду.
Изображенное на древних русских иконах не подразумевает, таким образом, ни пространственной, ни временной локализации в традиционном понимании. Образ подразумевается внепространственным и вневременным.
А то, что иногда можно принять за неподвижность, следует понимать как движение, но не во времени, а в вечности.
Вот образ работы Андрея Рублева (1360/70-ок. 1430) "Спас".

http://i030.radikal.ru/0907/fa/876f6f13fcef.jpg
Глаза, обращенные к нам из вечности, все видят, все понимают, все объемлют. И именно потому, что во взгляде Спасителя можно найти все, ответы на все, к Нему могут прийти, к Нему могут обратиться за помощью и советом все всегда.
Особое понимание времени и пространства в древнерусском иконотворчестве носило принципиальный догматический характер.
Вот почему, когда во второй половине XVII века в русском иконописании стали проявляться влияния западной живописи, это вызвало негодование и протест. Причина тому не только и не столько в консерватизме догматических основ и принципов иконотворчества, сколько в опасении извращения самого существа и смысла иконы. "Будто живые писать" на иконах нельзя. С этим трудно не согласиться. Святые пребывают в мире ином, в вечности, а не живут земной бренной жизнью, измеримой временем и проявляющейся в изменениях.
Это объясняет, почему иконотворчество или иконопись не вполне уместно называть живописью.

Свет в иконе
Говоря об иконах, нужно сказать и о "светоносной благодати Христа"
Здесь нашла свое выражение концепция, содержащаяся в исихазме — учении, принятом православием: Бог непознаваем в Своей сущности. Но Бог выявляется благодатью — божественной энергией, изливаемой Им в мир, Бог изливает в мир свет.
Как учил великий идеолог исихазма Григорий Палама (1296-1359), Иисус Христос есть Свет, а Его учение есть просвещение людей. Светозарность Иисуса Христа непостижима и несказанна. Он — "неизреченно сияющий".
В возможной и доступной для человека форме этот божественный свет был показан Иисусом Христом ближайшим ученикам на горе Фавор. "...взял Иисус Петра, Иакова и Иоанна, брата его, и возвел их на гору высокую одних, и преобразился пред ними: и просияло лице Его, как солнце, одежды же Его сделались белыми как свет. И вот, явился им Моисей и Илия, с Ним беседующие" (Мф. ХУП,1-3).
Фаворский свет Преображения, согласно исихазму, не был чувственным и тварным, а озаренные им апостолы сподобились нетелесного восприятия "паче-естественного света".
Свет в православии под влиянием исихазма приобрел совершенно исключительное значение и особый смысл.
Все причастное к Богу пронизано божественным сиянием и светоносно. Сам же Бог в своей непостижимости и непознаваемости и по причине неприступности блеска Его сияния есть "сверхсветлая тьма".
Как показать такое даже языком символов? Как изобразить это "белое как свет сияние" в сцене Преображения? Иконописцы пытались сделать невозможное. Насколько им это удавалось, можно судить по дошедшим до нас образам "Преображения"...

http://s05.radikal.ru/i178/0907/59/2331d6079db8.jpg
Энергии Божии всколыхнули землю, и резче обозначились острые ребра иконных горок, "...облако светлое осенило их; и се, глас из облака глаголющий: Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение; Его слушайте". И пали ошеломленные апостолы, прикрывая ладонями глаза.
Фигура Христа источает непостижимый свет, который несет в мир благодать и духовное просвещение. Лучи его обозначены на иконе золотыми линиями, радиально расходящимися от непостижимого Источника.
Интересно сравнить русские образы Преображения с византийским. Это, быть может, позволит яснее представить себе напряженность духовной жизни Древней Руси и отношение иконописцев к таинственному акту Преображения.
"Светоносная благодать" обозначалась в древних иконах золотыми штрихами на складках одежд Иисуса Христа, а в более поздних — на крыльях ангелов, на складках одежды Богородицы. Мерцающий блеск золотых штрихов создавал особое сияние икон, пронизывающее воздушную среду возле них.

http://s13.radikal.ru/i186/0907/73/964952411282.jpg
Трепетное отношение верующего русского человека к пламени свечи восходит к этому же — этот огонек благодарно принимается как символ снизошедшей к нему светоносной благодати Божией.
Исихазм (от греческого слова исихия — покой, отрешенность) — это и учение о пути единения с Богом через акт очищения: "Очистившись покаянием и потоками слез, я и сам делаюсь богом через неизреченное соединение". Так писал византийский религиозный философ Симеон Новый Богослов (949-1022).
Через это соединение, как считал Григорий Палама, "телесность преображается еще здесь — на земле — силою Святого Духа и живет жизнью будущего века".
Это еще раз объясняет, почему лица святых на иконах — это лики, то есть лица тех, кто вне времени, кто в вечности. И именно поэтому индивидуальные черты лица, понимаемые как случайные атрибуты временной земной жизни, оставляются лишь как признаки, необходимые для узнавания.
Лик — это лицо, освободившееся от печати мирских страстей и праздных треволнений и обретшее статус зримого символа свершившегося духовного преображения.
Узнать или отличить того или иного святого можно лишь по канонизированному набору признаков (книга, одежда, борода, усы и т. д.). Этот набор — своего рода иконографическая константа, код, воспроизводимый и повторяемый без изменений при изображении данного святого на разных иконах в разные эпохи.
Однако следует иметь в виду, что, хотя лики и являются символами высшей одухотворенности человека, они обозначают лица людей. И само человеческое лицо тоже становится иконой, ибо "человек более в себе запечатлел образ Божий, нежели ангелы, которые являются чистыми духами". Человек, его плоть, его облик были освящены Христом в великом таинстве воплощения: "Бог возвысил человеческую природу, изначально приуготовив ее в качестве Своей одежды, в которую Он облекся через посредство Девы".
Но иконы не прославляют плоть, как это делало искусство языческой античности. Они воссоздают лишь те зримые ее черты, которые выражают собой незримые свойства Первообраза, такие как смирение, доброта, терпимость, нестяжание, кротость.
Как говорил один из отцов церкви Григорий Нисский: "Божественная красота проявляется не в каком-либо наружном виде и не в прелести внешнего образа, обуславливаемой каким-либо изяществом красок, но усматривается в неизреченном блаженстве сообразно с добродетелью".

Цвет в иконе
Византийцы считали, что смысл любого искусства - в красоте. Они писали иконы, сияющие позолотой и яркими красками. У каждого цвета было свое место, свое значение. Цвета никогда не смешивались, они были светлыми или темными, но всегда чистыми. В Византии цвет считали таким же важным, как и слово, ведь каждый из них имел свое значение. Одна или несколько красок создавали говорящий образ. Обучаясь у византийцев, русские мастера-иконописцы приняли и сохранили символику цвета. Но на Руси икона не была такой пышной и строгой, как в императорской Византии. Краски на русских иконах стали более живыми, яркими и звонкими. Иконописцы Древней Руси научились создавать произведения, близкие местным условиям, вкусам и идеалам.

Золотой цвет
Золотой блеск мозаик и икон позволял почувствовать сияние Бога и великолепие Небесного Царства, где никогда не бывает ночи. Золотой цвет обозначал самого Бога. Этот цвет сияет различными оттенками на иконе Владимирской Божией Матери.

http://s16.radikal.ru/i191/0907/23/e89a6b1b8e84.jpg

Пурпурный цвет
Пурпурный, или багряный, цвет был очень важен в византийской культуре. Это цвет царя, владыки - Бога на небе, императора на земле. Только император мог подписывать указы пурпурными чернилами и восседать на пурпурном троне, только он носил пурпурные одежды и сапоги (всем это строжайше запрещалось). Кожаные или деревянные переплеты Евангелия в храмах обтягивали пурпурной тканью. Этот цвет присутствовал в иконах на одеждах Богоматери - царицы Небесной
.

Красный цвет
Красный - один из самых заметных цветов в иконе. Это цвет тепла, любви, жизни, животворной энергии Именно поэтому красный цвет стал символом Воскресения - победы жизни над смертью. Но в то же время это цвет крови и мучений, цвет жертвы Христа. В красных одеждах изображали на иконах мучеников. Красным небесным огнем сияют крылья приближенных к престолу Бога архангелов-серафимов. Иногда писали красные фоны - как знак торжества вечной жизни.

http://s05.radikal.ru/i178/0907/82/6714660590a9.jpg

Белый цвет
Белый цвет - символ Божественного света. Это цвет чистоты, святости и простоты. На иконах и фресках святых и праведников обычно изображали в белом Праведники - люди, добрые и честные, живущие "по правде". Тем же белым цветом светились пелены младенцев, души умерших людей и ангелы. Но белым цветом изображали только праведные души.

http://s48.radikal.ru/i119/0907/63/b32854bbad97.jpg

Синий и голубой цвета
Синий и голубой цвета означали бесконечность неба, символ иного, вечного мира. Синий цвет считался цветом Богоматери, соединившей в себе и земное и небесное. Росписи во многих храмах, посвященных Богоматери, наполнены небесной синевой.

http://i050.radikal.ru/0907/e8/b66cf2b70d56.jpg

Зеленый цвет
Зеленый цвет - природный, живой. Это цвет травы и листьев, юности, цветения, надежды, вечного обновления. Зеленым цветом писали землю, он присутствовал там, где начиналась жизнь - в сценах Рождества

Коричневый цвет
Коричневый - цвет голой земли, праха, всего временного и тленного. Смешиваясь с царским пурпуром в одеждах Богоматери, этот цвет напоминал о человеческой природе, подвластной смерти.

Черный цвет
Черный цвет - цвет зла и смерти. В иконописи черным закрашивали пещеры - символы могилы - и зияющую адскую бездну. В некоторых сюжетах это мог быть цвет тайны. Например, на черном фоне, означавшем непостижимую глубину Вселенной, изображали Космос - старца в короне в иконе Сошествия Святого Духа. Черные одежды монахов, ушедших от обычной жизни, - это символ отказа от прежних удовольствий и привычек, своего рода смерть при жизни.
http://i013.radikal.ru/0907/4d/9166a4c20236.jpg
Цвет, который никогда не использовался в иконописи - серый. Смешав в себе черное и белое, зло и добро, он становился цветом неясности, пустоты, небытия. Такому цвету не было места в лучезарном мире иконы.

Как писали иконы
Иконопись в Древней Руси была делом священным. Строгое следование каноническим предписаниям, с одной стороны, обедняло процесс творчества, поскольку ограничивало возможности самовыражения иконописца, так как иконография образа, как правило, была уже задана, но, с другой стороны, заставляла художника все свое мастерство, все свое внимание сфокусировать на сути "духовного предмета", на достижении глубокого проникновения в образ и воссоздании его изысканными изобразительными средствами.
Традиции и устоявшиеся приемы затрагивали не только иконографию, но и выбор материала, на котором писались иконы, вещество грунта, способ подготовки поверхности под живопись, технологию изготовления красок и, наконец, последовательность письма.
При написании икон в Древней Руси применяли краски, в которых связующей средой являлась эмульсия из воды и яичного желтка — темпера.
Иконы чаще всего писали на деревянных досках. Обычно брали доски из липы, на Севере — из лиственницы и ели, в Пскове — из сосны.
Доску, как правило, вытесывали из бревна, выбирая наиболее крепкий внутренний слой древесного ствола. Процесс этот был трудоемким и длительным.
Доски для икон делали древоделы или деревщики, редко — сами иконописцы. На лицевой стороне доски обычно делалась неглубокая выемка — ковчег, ограниченный по краям доски незначительно возвышающимися над ним полями. Для маленьких икон могла использоваться одна доска. Для икон большого размера соединялось несколько досок. Характер крепления, глубина ковчега и ширина полей нередко позволяют определить время и место изготовления иконной доски. Поля древних икон ХI-ХII веков, как правило, широкие, а ковчег глубокий. Более поздние иконы имеют узкие поля, а с XIV века иконы иногда писались на досках без полей.
В качестве грунта применялся левкас, который приготовлялся из мела или алебастра и рыбьего (осетрового) клея. Иконную доску несколько раз промазывали жидким горячим клеем, затем наклеивали паволоку, притирая ее ладонью. После высыхания паволоки наносили левкас. Левкас накладывался в несколько приемов, слоями. Поверхность левкаса тщательно выравнивалась, а порой шлифовалась. Иногда на левкас наносили рельеф. В древних иконах, начиная с XII века, нередко делалась "чеканка" по вызолоченному левкасу. Иногда такая узорная чеканка выполнялась на нимбах. В более поздние времена (с XVI века) для создания углубленного (или рельефного) узора до начала письма осуществлялась резьба по левкасу. Потом рельеф золотили.
На подготовленной поверхности грунта делался рисунок. Сначала выполнялась первая прорисовка изображений, а затем вторая, более подробная. Первую прорисовку делали легким касанием мягкого угля из веток березы, вторую — черной или коричневой краской.
Некоторые иконы воспроизводились по "подлинникам" или по прописям, полученным с икон, которые служили образцами.
После этого начиналось собственно письмо. Сначала золотили все, что требовалось: поля иконы, свет, венцы, складки одежды. Затем выполнялось доличное письмо, то есть писались одежды, строения, пейзаж. На заключительном этапе создания иконы писались лики. Готовое изображение покрывали особого рода масляным лаком — "проолифливали".
http://i029.radikal.ru/0907/f2/2817f7a170e5.jpg
[size=12]Работа красками выполнялась в строго определенной последовательности. И иконное письмо, и его последовательность не были одинаковыми в разных иконописных школах и менялись во времени.
Сначала участки, ограниченные контурами рисунка, покрывались тонкими слоями соответствующих красок в таком порядке: фон (если он не золотой), горы, строения, одежды, открытые части тела, лики. После этого делалось пробеливание, при котором высветлялись выпуклые детали предметов (кроме ликов и рук). Постепенно добавляя к краске белила, покрывали все меньшие и меньшие участки высветления. Последние штрихи наносились уже чистыми белилами.
Для создания большей объемности изображаемого на затемненные и углубленные участки наносился тончайший слой темной краски. После темной краски тонкими линиями прорисовывались все черты лица и волосы.
Потом наносились светлые блики на выпуклые части лица: лоб, скулы, нос, пряди волос белилами или охрой с большим добавлением белил. Затем наносились "румяны". Красную краску тонким слоем наносили на губы, щеки, кончик носа, в уголки глаз, на мочки ушей. После этого жидкой коричневой краской прорисовывались зрачки глаз, волосы, брови, усы, борода.
Руководством к написанию икон служили образцы — "подлинники". Подлинники содержали указания, как должно писать тот или иной образ.
Темперная живопись требует виртуозной техники и высокой культуры письма. Этого достигали в течении долгих лет ученичества. Иконописание было великим творчеством. Изограф специально готовился к совершению "дела иконотворения".
Это было актом общения с миром иным и требовало духовного и физического очищения, когда все плотское по возможности подавлялось: "...он, когда писал святую икону, только по субботам и воскресениям касался пищи, не давая себе покоя день и ночь. Ночь проводил в бдении, молитве и поклонах. Днем же со всяким смирением, нестяжанием, чистотою, терпением, постом, любовию, Богомышлением предавался иконописанию".
Удачно написанные образы считались написанными не иконописцем, но Богом. Имен древнерусских художников сохранилось очень мало. Ведь считалось, что руками иконописцев писал икону сам Бог, и потому казалось неуместным называть имя человека, чьими руками Бог воспользовался.
С другой стороны, иконописание было воистину сокровенным общением с миром иным, и называть себя было не нужно: ведь Бог сам знает того, кто творит образ, точнее, молитвенно и смиренно пытается воспроизвести Прообраз.
К сожалению, масляный лак — олифа со временем темнеет, и примерно через восемьдесят лет после нанесения пленка лака на иконе становится черной и почти полностью закрывает живопись. Иконы приходилось "поновлять". Наносилась новая живопись, которая, по замыслу художника, была призвана восстановить то, что скрыто под почерневшей олифой. На древние иконы наносились слой за слоем. Иногда писался новый, другой образ.

Иконостас
Иконостас — более или менее сплошная, от северной стены храма до южной, стена, на которой в определенном порядке устанавливаются иконы. Стена эта отделяет алтарь от средней части в православной церкви. В иконостасе три двери. Центральные двери именуются Царскими вратами, и не имеющим священного сана вход чрез них не дозволен. Справа находятся южные врата, их еще иногда называют дьяконскими, а слева — северные.
http://i079.radikal.ru/0907/fe/ce7e54f3df7f.jpg
Иконостас был в церкви не всегда; в первые века алтарь был видим всем молящимся и отделялся от них лишь решеткой. Сейчас Царские врата также часто устраиваются решетчатыми, а сам иконостас редко доходит до потолка. Это делается для того, чтобы возгласы священника в алтаре были слышны во всем храме.
Посмотрим теперь на иконы. Иконостас обыкновенно украшается иконами в несколько рядов. Нижний ряд. Есть несколько важных моментов, зная которые вы научитесь легко разбираться в сложной символике иконостаса. Когда вы входите в незнакомый храм, стоит обратить внимание на изображения нижнего ряда (здесь всегда находятся самые большие иконы).
http://i019.radikal.ru/0907/60/818020735642.gif
Давайте подойдем к крайнему образу справа. Это так называемая "храмовая икона". Она всегда подскажет вам, в честь какого праздника или святого освящена церковь, в которой вы находитесь. На том же месте слева — "икона местного ряда". По ней вы сможете определить, какого святого наиболее почитают в этих краях.
Подойдя к Царским вратам, вы увидите на них небольшие иконы Благовещения и четырех евангелистов: Матфея, Марка, Луки и Иоанна. Над Царскими вратами находится "Тайная вечеря" — символ таинства Евхаристии.
Справа от Царских врат — большая икона Спасителя, слева от них — икона Божией Матери с Младенцем на руках. На северных и южных вратах — архангелы Гавриил и Михаил (иногда — святые диаконы). Второй ряд. Посмотрим на иконы следующего ряда. Если нижний ряд знакомит нас с основополагающими моментами православного вероучения и с особенностями местного почитания святых, то второй ряд (он еще называется деисусным) более сложен: здесь больше икон, и они меньше по размеру. Весь этот ряд символизирует моление Церкви ко Христу, моление, которое происходит сейчас и которое завершится на Страшном суде. В центре ряда (непосредственно над Царскими вратами и иконой "Тайной вечери") находится уже знакомое нам изображение "Спас в силах". Христос, сидящий на престоле с книгой, изображен на фоне красного квадрата с вытянутыми концами (земля), синего овала (мир духовный) и красного ромба (мир невидимый). Этот образ представляет Христа как грозного судию всего мироздания. Справа находится образ Иоанна Предтечи, Крестителя Господня, слева — икона Божией Матери. Не случайно это — "Заступница" (Богородица изображена в полный рост, смотрящей влево и со свитком в руке). Справа и слева от этих икон — изображения архангелов, пророков и наиболее известных угодников, являющих собой святую Церковь Христову.
Третий ряд. Это так называемый "праздничный" ряд. Его еще можно назвать историческим: он знакомит нас с событиями Евангельской истории. (Первая икона здесь — Рождество Пресвятой Богородицы, далее идут Введение во Храм, Благовещение, Рождество Христово, Сретение, Богоявление, Преображение, Вход в Иерусалим, Распятие, Воскресение, Вознесение, Сошествие Святого Духа, Успение. (Количество праздничных икон может быть разным).Четвертый ряд. Если иконы третьего ряда являются своеобразными иллюстрациями к Новому Завету, то четвертый ряд вводит в нас во времена ветхозаветной Церкви, Здесь изображены пророки, возвещавшие о грядущем: Мессии и о Деве, от которой родится Христос. Не случайно в центре ряда находится икона Божией Матери "Оранта", или "Молящаяся", изображающая пречистую Деву с молитвенно поднятыми к небу руками и Младенцем на лоне.
Пятый ряд. Этот ряд называется "праотеческим". Его иконы отсылают нас к событиям еще более давнего времени. Здесь изображены праотцы — от Адама до Моисея. В центре ряда помещается "Ветхозаветная Троица" — символ предвечного совета Святой Троицы о самопожертвовании Бога Слова во искупление человеческого грехопадения.
Верх иконостаса увенчивается изображением распятия.
Здесь нужно оговориться, что подобное устройство иконостаса имеется не во всех храмах. В церквах древней Руси этот тип пятиярусного иконостаса был господствующим, но иногда число рядов могло быть уменьшено и до одного с необходимым изображением Тайной Вечери над Царскими вратами.

Иконы Спасителя
Иконы Христа — воплотившегося Бога Слова занимают главное место как в православном храме, так и в доме верующего человека.
Каноническое изображение Бога в человеческом образе было утверждено в IX веке: "...Благо-телесный... со сдвинутыми бровями, прекрасноокий, с долгим носом, русыми волосами, склоненный, смиренный, прекрасен цветом тела, имеющий темную бороду, цвета пшеницы на вид, по материнской наружности, с длинными перстами, доброгласен, сладок речью, зело кроток, молчалив, терпелив..."
Ранние христиане изображали Христа а виде агнца, в виде рыбы, в виде доброго пастыря, несущего на плечах овцу. Позднее эти символические изображения были запрещены. В настоящее время существует два типа изображений Спасителя: 1) в виде Вседержителя и Судии — Царя Царствующих; 2) в том виде, в каком Он был среди людей и совершал Свое служение (в том числе в виде младенца или отрока). Иногда можно встретить также изображения Христа в виде ангела.
Но если способы изображения столь различны, легко ли узнать на иконах Спасителя? Да, легко — благодаря одной детали: изображение Христа имеет крестчатый нимб.
Что такое нимб? Слово это переводится с латинского как "облако", "туман", "ореол". Нимб — символ нетварного Божественного света, который Спаситель явил ученикам на горе Фавор: "И преобразился перед ними: и просияло лице Его, как солнце, одежды же Его сделались белыми, как свет".
Нимб на иконах Спасителя имеет еще и вписанный Крест. Внутри него три греческие буквы, передающие слова Бога "Я есмь Сущий", сказанные Моисею.
Через изображение нимба мы исповедуем во Христе два естества — Божественное и человеческое. Иконописец пишет Лик Христа по подобию человеческого лица, и этим исповедуется догмат о том, что Христос — "совершенный человек по человечеству". Нимб передает то, что Христос и "совершенный Бог по Божеству".
На иконах Христос часто изображается с книгой — она может быть как закрытой, так и раскрытой. Раскрытая книга содержит цитату из Евангелия. Также книга может изображаться и в виде свитка, но символическое толкование всегда одно — спасительное учение, с которым Христос пришел в мир.
Посмотрим теперь на одежды Христа. Обычно Богочеловека изображают облаченным в красный хитон (одежда в виде рубахи) и синий гиматий (плащ, накидка).
Красный цвет символизирует земную и человеческую, синий — небесную и Божественную природы Спасителя.
Обычно на правом плече хитона можно увидеть еще нашивную темную полосу — это клав, в античном мире — знак патрицианского достоинства. На иконах он является символом чистоты и совершенства земной природы Спасителя и признаком Его особой мессианской роли.
Иконы Спасителя относятся к шести основным иконографическим типам:
1. Спас Нерукотворный
2. Спас Вседержитель (Пантократор)
3. Спас на престоле
4. Спас в силах
5. Спас Эммануил
6. Спас Благое Молчание

Спас Нерукотворный
http://s03.radikal.ru/i176/0907/52/a1bc956c5185.jpg
Спас Нерукотворный всегда был на Руси одним из самых любимых образов. Именно его обычно писали на знаменах русских войск. Существует два вида изображений Нерукотворного образа: Спас на убрусе и Спас на чрепии. На иконах типа "Спас на убрусе" лик Христа изображен на плате (полотенце), верхние концы которого завязаны узлами. По нижнему краю пущена кайма. Лик Иисуса Христа — лик человека средних лет с тонкими и одухотворенными чертами, с бородой, разделенной надвое, с длинными, вьющимися на концах волосами и с прямым пробором.
Появление иконы "Спас на чрепии" объясняется следующим преданием. Как уже говорилось, царь Эдессы Авгарь принял христианство. Нерукотворный образ был приклеен на "доску негниющу" и помещен над городскими вратами. Позднее кто-то из царей Эдессы вернулся к язычеству, и образ был замурован в нише городской стены, а через четыре столетия место это было совершенно забыто. В 545 году, во время осады города персами, эдесскому епископу было дано откровение о местонахождении Нерукотворного образа. Когда кирпичная кладка была разобрана, жители увидели не только прекрасно сохранившуюся икону, но и отпечаток лика на глиняной доске (черепице, чрепии), которая закрывала Нерукотворный образ.
На иконах "Спас на чрепии" нет изображения плата, фон ровный, а в некоторых случаях имитирует фактуру черепицы или простой каменной кладки.

На русских иконах Спас Нерукотворный изображен обычно спокойным, с открытыми глазами. У католиков, напротив, лик Христа пишется страдальческим, иногда с закрытыми глазами, на голове терновый венец и следы крови.

Спас Вседержитель (Пантократор)
http://s06.radikal.ru/i179/0907/ab/f041d352ec75.jpg
Спас Вседержитель (Пантократор) — это еще одна икона, которую можно увидеть в каждом православном храме". (Обычно фреска или мозаика "Пантократор" находится в центральной купольной части церкви). На иконе Христос предстает перед нами облаченным в гиматий и хитон. Лик Спасителя отражает возраст Христа периода проповедничества: у Него прямые гладкие волосы, спускающиеся на плечи, небольшие усы и короткая борода. Правая Его рука благословляет, левая поддерживает закрытое или раскрытое Евангелие.

Спас на престоле
http://s56.radikal.ru/i152/0907/4d/e3cfc3fce76a.jpg
Спас на престоле — эта икона имеет много общих черт с предыдущим изображением (книга, благословляющая рука), но фигура Христа всегда изображаемся восседающей на престоле в полный рост. Престол — символ Вселенной, всего видимого и невидимого мира, а кроме того — знак царственной славы Спасителя.

Спас в силах

http://i059.radikal.ru/0907/dd/ed3edd048422.jpg
Спас в силах — центральное изображение в иконостасе православного храма. Эта икона имеет много общего с "Пантократором" и "Спасом на престоле", но отличается более сложной символикой. Христос, в хитоне и гиматии сидящий на престоле с книгой, изображен на фоне красного квадрата с вытянутыми концами. Квадрат — это символ земли. По четырем концам квадрата можно найти изображения ангела (человека), льва, тельца и орла. Это символы евангелистов (соответственно Матфея, Марка, Луки и Иоанна), разносящих спасительное учение во все концы света. Поверх красного квадрата написан синий овал — мир духовный. В синем овале изображены ангелы — силы небесные (отсюда название). Поверх синего овала — красный ромб (символ мира невидимого).
Эта икона Спаса — настоящий богословский трактат в красках. Иконография иконы опирается в основном на Откровение Иоанна Богослова; образ показывает Христа таким, каким Он явится в конце времен.

Спас Эммануил
http://i060.radikal.ru/0907/c5/d3b00688c575.jpg
Спас Эммануил — образ Христа в возрасте двенадцати лет. (Лик Спасителя соотносится с евангельским текстом: "И когда Он был двенадцати лет, пришли они также по обычаю в Иерусалим на праздник"). Эммануил переводится как "с нами Бог". У Исайи, старшего из четырех ветхозаветных пророков Израиля, читаем: "Итак, Сам Господь даст вам знамение: "Се, Дева во чреве приимет, и родит Сына, и нарекут имя ему: Еммануил"(Ис.7.14). Отрок-Христос изображается в хитоне и гиматии и со свитком в руках. Образ встречается сравнительно редко.

Спас Благое Молчание
http://s14.radikal.ru/i187/0907/d7/1d7533d683b0.gif
Спас Благое Молчание — еще более редкая икона Христа. Если "Спас Эммануил" и "Спас Нерукотворный" изображают Христа таким, каким он был на земле, а -"Спас в силах" — таким, каким он придет в конце времен, то "Спас Благое Молчание" — это Христос до Своего прихода к людям. И это единственное изображение Христа, где в нимбе вместо креста пишется восьмиконечная звезда. Звезду образуют два квадрата, один из которых обозначает божественность Господа, другой знаменует собой мрак непостижимости Божества. Спаситель изображается . в ангельском чине как юноша в белой далматике (мантии) с широкими рукавами. Руки Его сложены и прижаты к груди, за спиной — опущенные крылья. Икона передает ангельский образ Сына Божьего — Христа до воплощения, Ангела Великого Совета.

Иконы Божией Матери
Исключая Спасителя, нет в христианской иконографии ни одного предмета, который бы так часто был изображаем, так увлекал сердце, так упражнял талант художников всех времен, как лик Пресвятой Девы. Во все времена иконописцы пытались передать лику Богородицы всю красоту, нежность, достоинство и величие, на какие только было способно их воображение.
Богоматерь на русских иконах всегда в печали, но печаль эта бывает разной: то скорбной, то светлой, однако всегда исполнена душевной ясности, мудрости и большой духовной силы, Богородица может торжественно "являть" Младенца миру, может нежно, прижимать Сына к Себе или легко поддерживать Его — Она всегда полна благоговения, поклоняется своему Божественному Младенцу и кротко смиряется с неизбежностью жертвы. Лиричность, просветленность и отрешенность — вот главные черты, характерные для изображения Богородицы на русских иконах.
Как замужняя женщина. Пречистая имеет на голове покрывало, ниспадающее на плечи, по обычаю иудейских женщин того времени. Это покрывало, или накидка, по-гречески называется мафорий. Мафорий обыкновенно пишется красным (символ страданий и воспоминание о царском происхождении). Нижние одежды обыкновенно пишутся голубыми (знак небесной чистоты совершеннейшей из людей).
Другая важная деталь одеяния Богородицы — поручи (нарукавники). Поручи — деталь облачения священников; на иконах это символ сослужения Божией Матери (а в ее лице — всей Церкви) — Первосвященнику Христу.
На челе и плечах Богородицы обыкновенно изображаются три золотые звезды. Подобные украшения, сделанные из металла, были распространены у древних. На иконах звезды пишутся в знак того, что Богородица до Рождества, в Рождестве и по Рождестве пребыла Девою. Кроме того, три звезды — символ Святой Троицы. На некоторых иконах фигура Младенца Христа закрывает одну из звезд, символизируя тем самым Воплощение второй ипостаси Святой Троицы — Бога Слова.
Существует пять основных типов изображений Божией Матери: это "Молящаяся", "Путеводительница", "Умиление", "Всемилостивая" и "Заступница".

1. "Молящаяся" ("Оранта", "Панагия", "Знамение")
http://i009.radikal.ru/0907/31/96117935f6c4.jpg
Это изображение встречается уже в катакомбах первых христиан. Божия Матерь изображена на иконе в фас, обычно по пояс, с руками, поднятыми на уровень головы, разведенными в стороны и согнутыми в локтях. (С древних времен этот жест обозначает молитвенное обращение к Богу). На Ее лоне, на фоне круглой сферы — Спас Эммануил.
Иконы этого типа также называются "Оранта" (греч. "молящаяся") и "Панагия" (греч. "всесвятая"). На Русской земле этот образ получил именование "Знамение", и вот как это случилось. 27 ноября 1169 года, во время штурма Новгорода дружиной Андрея Боголюбского, жители осажденного города вынесли на стену икону. Одна из стрел вонзилась в образ, и Богородица ликом обратилась к городу, источая слезы. Слезы упали на фелонь новгородского епископа Иоанна, и он воскликнул: "О дивное чудо! Как из сухого дерева текут слезы? Царице! Ты даешь нам знамение, что сим молишься пред Сыном Твоим об избавлении града". Воодушевленные новгородцы отразили суздальские полки...
В православном храме изображения этого типа традиционно помещают в верхней части алтаря.

2. "Путеводительница" ("Одигитрия")
http://i054.radikal.ru/0907/55/bf2135ae845d.jpg
На этой иконе мы видим Божию Матерь, правая рука которой указывает на Богомладенца Христа, восседающего на левой руке. Изображения строгие, прямоличные, головы Христа и Пречистой Девы не касаются друг друга.
Богородица как бы говорит всему человеческому роду что путь истинный — это путь ко Христу. На этой иконе она предстает путеводительницей к Богу и вечному спасению. Это также один из древнейших типов изображения Богородицы, который, как считается, восходит к первому иконописцу — святому апостолу Луке.
На Руси из икон этого типа наиболее известны Смоленская, Тихвинская, Иверская.

3. "Умиление" ("Елеуса")
http://i039.radikal.ru/0907/74/c727786b46cb.jpg
На иконе "Умиление" мы видим Младенца-Христа, припавшего левой щекой к правой щеке Богоматери. Икона передает полное нежности общение Матери и Сына. Поскольку Богородица символизирует также Церковь Христову, икона показывает вам всю полноту любви между Богом и человеком — ту полноту, которая возможна только в лоне Матери-Церкви. Любовь соединяет на иконе небесное и земное, божественное и человеческое: соединение выражено соприкосновением ликов и сопряжением нимбов.
Божия Матерь задумалась, прижимая к Себе Сына: Она, предугадывая крестный путь, знает, какие страдания ждут Его. Из икон этого типа в России наибольшим почитанием пользуется Владимирская икона Божией Матери.
Наверное, не случайно именно эта икона стала одной из величайших русских святынь. Тому много причин: и древнее происхождение, овеянное именем евангелиста Луки; и события, связанные с перенесением ее из Киева во Владимир, а затем в Москву; и неоднократное участие в спасении Москвы от ужасных набегов татар... Однако и сам тип изображения Богоматери "Умиление" находил, видимо, особый отклик в сердцах русских людей, идея жертвенного служения своему народу была близка и понятна русским людям, а высокая скорбь Богородицы, приносящей сына в мир жестокости и страданий, Ее боль были созвучны чувствам всех русичей.

4. "Всемилостивая" ("Панахранта")
http://i015.radikal.ru/0907/33/66fdd0431280.jpg
Иконы этого типа объединяет один общий признак: Божия Матерь изображена сидящей на престоле. На коленях она держит Младенца Христа. Престол символизирует царственную славу Богородицы, совершеннейшей из всех рожденных на земле людей.
Из икон этого типа в России наиболее известны — "Державная" и "Всецарица".

5. "Заступница" ("Агиосортисса")
http://i061.radikal.ru/0907/e7/3335901ae887.jpg
На иконах этого типа Богородица изображается в полный рост, без Младенца, обращенной вправо иногда со свитком в руке. В православных храмах этот образ находится на видном месте — слева от иконы "Спас в силах", главного изображения в иконостасе.
Слава Богу за все!

0

2

................продолжение

Почитание Икон в Православной Традиции

автор: Диакон Андрей Кураев

"Икона" в пеpеводе с гpеческого означает "обpаз". Когда некотоpая pеальность отpажается в дpyгом матеpиале - это обpаз. Отпечаток, оставленный пеpстнем в сypгyче или воске - это обpаз. Моя память о каком-то событии - это обpаз. Отpажение дpyгого человека в моем сознании и в моих глазах - это обpаз. Слово, котоpым обозначается пpедмет - это обpаз: любое слово есть не вещь, но символ вещи, ее отобpажение в моей pечи. Человек неизбежно живет в миpе обpазов. Даже стол, котоpый я вижy пеpед собой, дан мне как обpаз (мое сознание непосpедственно pаботает с обpазом стола на сетчатке моего глаза). И вся кyльтypа - от мyзыки до скyльптypы, от литеpатypы до живописи, есть обpаз. Тем самым вся кyльтypная деятельность человека есть наyчение жить в миpе неизбежных обpазов. В этой школе y человека должно pазвиться ожидание того, что pеальность многомеpнее и сложнее своих обpазов, и в то же вpемя смиpение с тем, что познание миpа без посpедства обpазов вообще невозможно.

Как же тогда понять четвеpтyю из десяти Моисеевых заповедей - "не делай себе кyмиpа и никакого изобpажения того, что на небе ввеpхy, и что на земле внизy, и что в воде ниже земли"? Именно напоминая этy ветхозаветнyю заповедь, пpотестанты yкоpяют пpавославные иконы. То, что я сказал абзацем выше - это философия. Они же пpиводят цитатy Писания. Как совместить философию и богословие? Какой сделать выбоp?

Так вот, философски очевидно, что человек не может не создавать обpазов - сyть же заповеди не в запpете на создание обpазов, а в том, чтобы из этих неизбежных обpазов не делать себе кyмиpов. И Моисей ясно понимает смысл запpета: "не поклоняйся им и не слyжи им". Изобpажение не должно воспpиниматься в качестве Бога - это веpно. В частности, человек должен помнить, что и тот обpаз Бога, котоpый он имеет в своем yме, не есть Сам Бог. Можно не иметь икон и быть идолопоклонником - ибо кyмиp бyдет всажден в сеpдце человека. Можно спyтать pеальность текста Писания и pеальность того Бога, о котоpом оно говоpит. Веpно, в пpавославном миpе можно встpетить людей, котоpые относятся к иконе как к кyмиpy - но pазве в миpе пpотестантском нет людей, котоpые Библию пpевpатили в пpедмет своего пpофессионального изyчения, а Живого Бога забыли?

Кстати, Библия тоже есть икона. Пpосто обpаз Твоpца она пеpедает не кpасками, а словами. Любая пpоповедь пpедлагает некотоpый обpаз Бога, некотоpое пpедставление о Боге, для того, чтобы человек обpатил свой сеpдечный взоp к самомy Создателю. Hо то же делает и икона. Седьмой Вселенский Собоp, yстановивший иконопочитание, ясно сказал: глазами взиpая на обpаз, yмом восходим к Пеpвообpазy. Более того, Ветхий Завет есть икона Hового Завета - "обpаз настоящего вpемени" (Евp.9.9), "тень бyдyщих благ" (10.1). События Священной истоpии иконичны.

Пеpвым же иконописцем был сам Бог. Его Сын - "обpаз ипостаси Его" (Евp.1,3).

Бог же создал человека как свой обpаз в миpе (в гpеческом пеpеводе - как иконy).

Тайнy иконы pаскpывает такой литypгический обpяд, как каждение: в хpаме священник пpи каждении кланяется и кадит и людям и иконам. Это два вида обpазов. В человеке обpаз Божий есть личность, pазyм, способность к твоpчествy и свободе. Почитая в дpyгом обpаз Бога - я почитаю его свободy и Богосыновнее достоинство, те Даpы, котоpые Господь дал моемy бpатy. Я могy не видеть этих даpов, могy с осyждением или пpезpением, с холодным pавнодyшием относиться - на ypовне эмоций - к этомy человекy. Hо догмат напоминает моемy pазyмy: в этом человеке, в каждом человеке, не меньше глyбины и тайны, чем в тебе самом. Почти же не его дела в миpе, почти Божие дело в нем - обpаз, подаpенный емy Богом. Или если я поклонился пpи встpече человекy, я тоже совеpшил языческий обpяд? Hо тогда Соломон был язычником, ибо даже бyдyчи цаpем, кланялся своим гостям (3 Цаp.1,47). И Авpаам - ибо кланялся и он наpодy (Быт.23,12). И значит, опять нам нyжно вспомнить то, что сказал Седьмой Собоp об иконе: есть поклонение как всецелое слyжение - и оно надлежит только Богy, и есть поклонение как почитание, как воздание чести - и оно возможно по отношению к обpазy. Иначе четвеpтая заповедь Моисея войдет в пpямое пpотивоpечие с пятой: "Чти отца твоего и матеpь твою". И в четвеpтой заповеди - "чти день сyбботний". Итак, все, что вышло из pyк Бога и все, что напоминает нам о Hем - достойно благодаpения и почитания. И если человек твоpит себе памятные знаки, обpазы, для того, чтобы свой yм чаще обpащать к Единомy Твоpцy - где же здесь язычество? То же ли самое - Бог и те заповеди, котоpые Он дал Моисею? Hет. Hо как же пpоpок Исаия восклицает -"И на закон Его бyдy yповать" (Ис.42,4). Hе язычник ли Исайя, pаз yповает на Закон Божий, а не на Бога? А вот Давид пpизнается -"как люблю закон Твой" (Пс.118,97). Как же смеет он pелигиозно любить что-то, помимо Бога? И yж не наpyшает ли заповедь "Богy одномy поклоняйся" тот же Давид, когда говоpит: "Поклонюсь святомy хpамy Твоемy"(Пс.5,8)?. Конечно, нет, ибо все, что напоминает о Боге, достойно благоговейного отношения.

Свой обpаз благочестия нельзя навязывать дpyгим - но и подозpевать в дpyгих хyдшее без всякой попытки понять мотивы их действия является не чем иным как фаpисейством. Можно быть хpистианином и жить по Евангелию, не почитая живописных изобpажений (пpавославные, молясь в лагеpных баpаках, где не было икон Хpиста, не пеpеставали быть пpавославными). Hо с главной заповедью Евангелия - заповедью любви - тpyдно совместима пpактика обвинений дpyгих хpистиан в язычестве только за то, что они иным пyтем выpажают свое благоговение пеpед тем же Единым Господом. Можно ли, глядя на звезды, славить Твоpца? Можно ли, глазами взиpая на земное, yмом воспевать Hебесное? Вопpос pитоpический, и всякий веpyющий ответит на него pешительным "Да". А pаз можно - значит, твоpение может быть посpедником междy Богом и человеком. И пpиpода может быть посpедником в pелигиозном становлении человека, когда своей кpасотой и величием истоpгает из его сеpдца молитвy к Создателю. Hо если человек бyдет почитать космические силы и стихии ЗА Бога, тогда он пpевpатится в язычника, ибо тваpь для него встанет на место Твоpца (Римл.1,25). Дpyгое дело, что в ветхозаветные вpемена зpимая икона Бога была невозможна. Hо во Хpисте Бог стал един с человеком - и если Хpистос есть Бог, и Хpистос был видим, то значит Он стал изобpазим.(Ин.1,18) Евангелие словами описывает жизнь Хpиста, хyдожник - кpасками.

До тех поp, пока вопpос о почитании икон не был теснейшим обpазом связан с вопpосом о воплощении Бога во Хpисте - Цеpковь допyскала pазное отношение к иконам. Она не запpещала использовать обpаз для пpоповеди и для молитвы тем, кто так полyчал дyховнyю пользy, и она же не понyждала к этомy тех хpистиан, котоpые боялись, что языческие пpедpассyдки в наpоде еще слишком сильны, чтобы можно было безопасно пpедлагать хyдожественные изобpажения священных событий. До 8 века мы не видим повсеместного и обязательного yпотpебления икон. Hо и сказать, что иконопочитание появляется лишь после VII Вселенского Собоpа вpемя, тоже невеpно. Этот Собоp лишь богословски обосновал иконопочитание - но не он его ввел в цеpковнyю жизнь. Икона сyществовала и pаньше. Всем известно, напpимеp, что итальянские Помпеи погибли в 79 годy. Даже по пpотестантским меpкам это еще вpемя апостольской, неискаженной Цеpкви. Hе все апостолы yже yшли к этомy годy из нашего миpа. Так вот, пpи pаскопках в этом засыпанном пеплом гоpоде были найдены стенные pосписи на библейские сюжеты, и изобpажения кpеста. Hаходки следов хpистианского пpисyтствия в Помпеях тем интеpеснее, что, как известно (Деян.28,13), ап.Павел пpоповедовал в Пyтеоле, в 10 км. от Помпей. Hа дpyгом кpаю Римской импеpии - в Междypечье (катакомбы Доypа-Евpопос) от начала втоpого века до нас дошли дpyгие фpески катакомбных хpистиан (кстати, с изобpажением Девы Маpии).

Hо в эпохy иконобоpческого кpизиса вопpос об иконе оказался поставлен в догматический, хpистологический контекст. "Чемy вы кланяетесь?" - выпытывали y пpавославных иконобоpцы. Божествy Хpистовy? Hо оно - неизобpазимо, и, значит, ваши каpтинки не достигают цели. Или вы кланяетесь Его человечествy - но тогда вы покланяетесь чемy-то, что не есть Бог, и вы, во-пеpвых, язычники, а, во-втоpых, нестоpиане, pазделяющие Хpиста на две части. Пpавославные же отвечали: мы не кланяемся ни томy, ни дpyгомy. Мы кланяемся Единой Богочеловеческой Личности Хpиста. В молитве мы обpащаемся не к "чемy", а к "Комy", к Личности, а не к безличной пpиpоде, к Живомy и Личномy Богy. И в той меpе, в какой икона помогает нам обpащаться к Личности Богочеловека - мы и пpиемлем ее. Что общего y поpтpета и человека? То, что пpи встpече с самим человеком и пpи взгляде на его поpтpет мы называем одно и тоже имя: "Это - Петp". Обpаз един с Пеpвообpазом в имени, в именовании Личности Того, Кто изобpажен на ней. Поэтомy, кстати, на каноничной пpавославной иконе обязательно должна пpисyтствовать надпись - имя изобpаженного. Итак, икона сyществyет для молитвы и именно в молитве, котоpyю человек обpащает к Богy и pеализyет свое дyховное пpедназначение. Ход этих pассyждений можно вполне понять лишь пpи некотоpом опыте богословской мысли. Hо даже не очень богословски искyшенный хpистианин может понять, что нельзя автоматически пеpеносить ветхозаветные yстановления в новозаветный миp. Даже "10 заповедей" yже не безyсловны. Они yжесточены в их нpавственном содеpжании (в Hагоpной пpоповеди Хpиста) и ослаблены в своей национально-pелигиозной исключительности. Апостольский собоp в Иеpyсалиме, обсyждая вопpос о том, что из Изpаильского Закона должен исполнять не-евpей, пpинявший Hовый Завет, оставил в силе лишь тpи yстановления: "Угодно Святомy Дyхy и нам не возлагать на вас никакого бpемени, кpоме сего необходимого: воздеpживайтесь от идоложеpтвенного и кpови и yдавленины и блyда, и не делайте дpyгим того, чего себе не хотите" (Деян.15,22). Заповедь о сyбботе (вниманию адвентистов!) здесь по сyти отменена - ибо не подтвеpждена. То, что отделяло Изpаиль от языческого миpа во вpемена ожидания Мессии, не должно более слyжить пpегpадой после пpишествия "Желаемого всеми наpодами" (Агг.2,7). Пpедyпpеждение о неизобpазимости Бога естественно не yпоминается после того, как Hеизобpазимый стал видимым и Бестелесный воплотился. В конце концов и y пpотестантов есть изобpажения Хpиста.

Значит, вопpос не в изобpазимости - а в почитании. Станет ли пpотестант Евангелие деpжать в непотpебном месте? Бyдет ли он в стpаницы Библии завоpачивать бyтеpбpоды, а самy Библию использовать в качестве подставки для каких-нибyдь домашних нyжд? И осyдит ли он желание человека, котоpый, пpочитав Евангелие, от сеpдечной pадости и благодаpности поцелyет доpогyю стpаницy? Почемy же эти чyвства нельзя пpоявить пеpед ликом Хpиста, написанным иным способом? Или кpитики пpавославия всеpьез считают, что мы кланяемся деpевy и кpаскам? И ждем помощи не от Бога, а от деpевянной доски? В заключение пpиведy житейское сpавнение. Мyж, находясь долгое вpемя вдали от дома, достает фотокаpточкy жены и целyет ее. Имеет ли пpаво жена подозpевать его в нечистой стpасти к фотобyмаге и в измене, и подавать на pазвод за этот жест своего мyжа? И если это так - то не вспомнить ли слова Блаженного Авгyстина, котоpый так описывает в своей "Исповеди" свои пеpеживания в тот момент, когда он понял, что его пpежние нападки на Цеpковь безосновательны: "я покpаснел от стыда и обpадовался, что столько лет лаял не на Пpавославнyю Цеpковь, а на выдyмки плотского вообpажения. Я был деpзким нечестивцем: я должен был спpашивать и yчиться, а я обвинял и yтвеpждал... Учит ли Цеpковь Твоя истине, я еще не знал, но yже видел, что она yчит не томy, за что я осыпал ее тяжкими обвинениями".

Источник: kuraev.ru


ИКОНЫ В ВАШЕМ ДОМЕ!

автор: Священник Сергий Николаев

Материальный мир, окружающий нас, мир предметов — ежедневных свидетелей нашей жизни — не безгласен. Жилище человека расскажет о хозяине, пожалуй, больше самого хозяина. И если православный человек на улице, в автобусе, в магазине ничем внешне не выделяется, то дом его все же имеет свои особенности. А потому не лишним будет поговорить об эстетике православного дома.
http://s014.radikal.ru/i328/1101/a8/c8ff195242dd.jpg

Приходской священник часто бывает в жилищах своих прихожан. Его призывают освятить квартиру, отслужить домашний молебен, зовут к больному совершить таинство елеосвящения (соборования). Во время таких посещений я всегда обращаю внимание, какое место отведено домашним иконам, как они содержатся, есть ли перед ними лампадки или подсвечник. Есть ли в доме Евангелие, духовные книги.

Радостно бывает встретить красиво оформленный, поддерживаемый в чистоте, живой святой угол с иконами, зажженную перед ними лампадку, чистую пелену под образами. Сколько любви в такой заботе! Да это и естественно. Самое дорогое для нас — Бог. Потому и дороги нам изображения Спасителя, Пречистой Его Матери, угодников Божиих — святые иконы.

Но жаль бывает хозяина или хозяйку дома, где сиротливо выглядывает с комода или серванта прислоненный к случайной вазочке покоробленный бумажный образок в пол-ладони, да еще покрытый пылью.

Иногда, особенно в тех семьях, где православная церковная традиция как-то прерывалась, верующие и вполне благочестивые хозяева не знают, как им лучше устроить новые для их дома святые иконы, лампады, подсвечники. Ведь икона — это святыня, но она и изделие, имеющее свою форму, вид, цену. Как “вписать” ее в сложившуюся привычную обстановку?

http://s011.radikal.ru/i318/1101/c4/b2bb64f56fb0.jpg

Прежде все убранство крестьянской горницы шло от красного, или святого угла с иконами. Даже само название “горница”, вероятно, происходит от горнего места (по-русски — небесного, верхнего), то есть места, где находится часть неба — святые иконы. И сегодня лучше определить для икон удобное, красивое место в свободном углу или на стене, даже если это потребует некоторой перестановки.

Во время молитвы или в праздники перед иконами зажигают лампаду или свечу. Пламя горящей лампады, стремящееся вверх, — символ нашей молитвы, нашего горения к Богу. Можно заметить, что лампадка безопаснее в быту. Но все же для торжественных или особенных случаев хорошо иметь в доме и подсвечник, свечи. Лампады бывают нескольких видов: подвесные и стоячие. Хозяин дома, исходя из эстетики и удобства, может выбрать себе ту или иную.

Икону принято ставить не прямо на полку, а на небольшую красивую салфетку, или, как ее называют, пелену. Она может быть украшена вышивкой, кружевом, оборкой. Здесь вполне могут выразить себя фантазия, вкус и умение хозяйки.

Если нет свободного угла или удобной части стены и при этом жаль нарушать сложившийся интерьер, то иконы можно поместить на книжной полке, комоде, невысоком серванте, пианино. Временно, конечно. В таком случае следует обратить внимание, какие книги стоят на полке, вполне ли они сочетаются со стоящей над ними святыней. Может, лучше убрать их или по крайней мере закрыть чем-нибудь. Посмотрите, не стоят ли рядом с иконами фарфоровые собачки, подарочные чашечки или другие не очень нужные здесь бытовые украшения. Нелепо выглядит под иконами и телевизор. И еще одно условие: над иконами ничего не располагают. Часы, картины, фотографии и прочие элементы декора должны занять место несколько в стороне. Так когда-то не позволялось строить здание выше храма в непосредственной близости к нему.

Присутствие святыни в доме обязывает хозяев заботиться не только о внешнем благолепии интерьера, но и о внутреннем содержании, то есть подвигает их к благочестию. Обязательно посмотрите, все ли в вашем доме находится в соответствии со святынею, нет ли противоречий.

В “Древнем патерике” можно прочесть случай, происшедший с одним отшельником. Как-то во время молитвы инок увидел Пресвятую Деву, стоящую на пороге его келии. Она как бы собиралась войти, но потом отошла и исчезла. Видение повторилось, и опечаленный отшельник обратился к Богоматери: “Владычица, почему ты никак не хочешь войти в мое жилище?” На что Божия Матерь отвечала: “Как я могу войти туда, где находится враг мой”. Отшельник долго размышлял над словами Пречистой Девы и вспомнил, что в его келии среди книг стоит книга с трудами некоего еретика, которую инок забыл отдать хозяину. Тотчас отшельник вынес книгу из келии.

Если семья дружная, то такие “враги” после обсуждения на семейном совете так же могут быть вынесены из дома. А они есть почти у всех. По этому поводу мне вспоминаются два случая. В прошлом году пригласили меня отслужить молебен в одном доме, где, по словам хозяев, .было “нехорошо”. Несмотря на то, что дом был освящен, в нем ощущался какой-то гнет. Обходя комнаты со святой водой, я обратил внимание на комнату юношей, сыновей хозяина, где на стене висел художественно выполненный плакат, посвященный известной рок-группе. Причем известной своей сатанинской направленностью.

После молебна, за чаем я осторожно, зная о фанатичной преданности некоторых молодых людей своим кумирам, попытался объяснить, что “нехорошо” в доме вполне может происходить даже от таких плакатов, что подобные изображения как бы пытаются противостоять святыне. Юноша молча встал и снял обсуждаемую картину со стены. Выбор был сделан тут же.

А вот в другом доме нерешительность хозяев лишила их замечательной святыни. Одному человеку благочестивая старая женщина подарила прекрасную икону — “Явление Божией Матери преп. Сергию Радонежскому”. Икона была прекрасна сама по себе, да к тому же была написана и подарена своей владелице известным иерархом Русской Православной Церкви, что сообщало ей некоторую особенность. Новый владелец нашел для драгоценной святыни место на стене в гостиной, но, к сожалению, напротив висели три гравюры. Старые гравюры в прекрасных рамах, три женских портрета: Венеры, Леды и Клеопатры. Близкие склоняли хозяев снять эти три изображения мировых блудниц, дабы они не висели напротив Богородицы, но нежелание разрушать интерьер и не совсем правильно воспринятое понятие культуры не позволило им сделать верный выбор.

На следующее утро, рано, так рано, как только позволяет приличие, раздался телефонный звонок: благочестивая старушка умоляла вернуть ей икону и вернуть скорее. “Я не спала всю ночь, мне казалось, что что-то случилось с моей иконой. Я дам вам другую, а эту привезите ко мне, я отдам ее вам впоследствии”, — просила она. Конечно же, святыня вернулась к своей прежней владелице, а любители старинных гравюр получили в подарок другую икону. Ее поставили в другой комнате на полочку среди других икон, так как она по своим размерам и исполнению более подходила туда. Не знаю, случайно или нарочно Любовь Тимофеевна выбрала замену. Это тоже был образ Божией Матери, назывался он “Млекопитательница”. Быть может, здесь был намек на духовный возраст ее приятелей? Правда, урок не прошел даром, через некоторое время место сомнительных портретов заняли три пейзажа.

Иногда возникает вопрос: в доме несколько комнат, где уместнее расположить иконы? Особого правила нет. Но молитесь вы чаще в той комнате, в которой спите. К тому же молитва требует некоторого уединения. “Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему. Который втайне...” (Мф. 6, 6), — читаем в Евангелии. Значит, в спальне разумно иметь иконы, перед которыми вы будете читать утренние и вечерние молитвы.

Если у вас есть детская комната, то в ней обязательно должна находиться икона. Ребенок часто по-своему, по-детски обращается к “Боженьке”, хорошо, если при этом он может видеть образ. Кроме того, любая святая икона — чудотворная, и она чудесным образом охранит ваше дитя.

Вспомните, что в общей комнате собирается вся семья, здесь часто происходит общая трапеза, и здесь так же должен находиться святой образ. Не забудьте и про кухню. В ней хозяйка проводит большую часть времени. Кухня — место будничных завтраков и ужинов. Молитву перед вкушением пищи лучше произносить, обратив взгляд на икону. Итак, пусть иконы будут в каждой комнате и в кухне. “...Желаю, чтобы на всяком месте произносили молитвы мужи, воздевая чистые руки без гнева и сомнения” (1 Тим. 2, 8), — говорит Апостол. “На всяком месте...”

Есть еще один вопрос. Какие иконы лучше иметь дома? Здесь так же нет правила, а есть лишь благочестивая традиция. Большинство наших молитв обращено к Спасителю и Божией Матери. Разумно иметь дома образ Господа Иисуса Христа и Его Пречистой Матери.

В русском православном доме чаще всего вы встретите триптих: Спаситель, Богородица и святитель Николай. Почитание в России святителя Николая настолько широко, что вряд ли какой святой может сравниться в этом смысле с Мирликийским чудотворцем. Причина тут простая: как известно, к высохшему колодцу за водой не ходят. Святитель Николай любим и почитаем у нас как скорый помощник, заступник и великий чудотворец. Почти в каждой семье имеется опыт его чудесной помощи.

Благочестивые люди обычно имеют образ своего небесного покровителя, чье имя они носят. Иногда тот или иной угодник Божий оказывается чем-то близок нам. Мы находим в его жизни какую-нибудь близкую или любимую нами черту характера, нас восхищает какое-то деяние или чудо, сотворенное по 'его молитве. Появляется желание иметь дома образ этого святого. Конечно, молитва перед ним будет особенно сердечна. Наше патриотическое устроение, любовь к Отечеству может выразить себя в особом почитании и теплой молитве перед образами преподобного Сергия Радонежского, преподобного Серафима Саровского, праведного Иоанна Кронштадтского, благоверных князей Александра Невского, Даниила Московского и Димитрия Донского. Любовь к России неразделима с любовью к чудотворным иконам Заступницы Усердной, Божией Матери, через которые столько чудес проистекло на нашу землю. Это иконы Владимирская, Казанская, Тихвинская, Державная и многие другие.

Праздники Господские и Божией Матери также изображаются на иконах. Можно иметь дома икону Сретения, Благовещения, Крещения, Покрова Божией Матери.

Рождество Христово

Всмотритесь в икону “Рождество Христово”. Какой тихий, мирный, семейный, именно семейный образ. Бог-Младенец и взирающие на Малютку в тихом умилении Мать и Обручник; пастухи, поклоняющиеся Спасителю, со страхом и радостью простого и верного сердца; мудрецы-волхвы, принесшие дары-символы, знак того, что земная мудрость всего лишь часть мудрости небесной. Мирная ночь, а над всем Вифлеемская звезда. Сколько мыслей и молитв родится рядом с этой иконой.

А взгляните на образ “Введение во храм Пресвятой Богородицы”. Родители привели единственное, долгожданное, любимое дитя в храм для того, чтобы оставить его там.
Введение во Храм

Девочке всего три года. Как милы малютки в это время, как чисты и невинны! Как ласкает родительское сердце один вид их! Но где лучше сохранить и укрепить эту чистоту? В храме. Иоаким и Анна отдали Марию на воспитание в храм. Смотрите, родители, и ваше дитя должно чтить Закон Божий, и вашему ребенку необходимо быть в храме. Взирая на этот образ родительского подвига и надежды на Бога, молитесь о своих чадах, размышляйте о своих обязанностях.

Сколько необходимого для нашей души найдем мы, глядя на икону “Сретение Господне”. Сретение, по-славянски встреча, то есть встреча Спасителя и старца Симеона.
Сретение Господне

Какие замечательные слова произнес Богоприимец Симеон, приняв на руки Младенца Иисуса: “Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему, с миром” (Лк. 2, 29). Потому что было праведному старцу откровение, что не умрет он до той поры, пока не увидит Христа Спасителя. И мы при встрече с Господом, будь то в молитве, в Его храме, в чтении Священного Писания, у мощей Его святых угодников, так же расстаемся с земным, временно умираем для забот и скорбен этой жизни. “Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко...”

Почему бы вам не иметь образа Животворящей Троицы: три Ангела, сидящих за трапезой, — символ бесконечной любви и единения.

А какое утешение для православного человека видеть распростертый над миром омофор Богородицы на иконе праздника Покров Божией Матери. Не отчаивайся человек — и над тобою покров Заступницы Усердной.

Иконы сейчас можно приобрести разные. Любой освященный образ — святыня. И бумажная литография, и воспроизведенный художником-иконописцем, и старинный фамильный образ, и приобретенный в антикварном магазине раритет — все это икона. Конечно, приятно иметь высокохудожественный образ, написанный грамотным специалистом изографом, такие сегодня можно купить в Троице-Сергиевой Лавре, Свято-Даниловом московском монастыре, где есть свои художественные мастерские. Замечательно, если дома есть старые семейные иконы. Но не следует пренебрегать и современной репродукцией. В Крыму, в Ливадии, в императорском дворце в кабинете императора Николая II, человека очень религиозного и благочестивого, стены буквально заполнены иконами. Старинные, драгоценные по письму иконы, а рядом простенькие “деревенского” письма, а кое-где литографии и фотографии. И все эти святыни — и дорогие, и скромненькие — встречали молитвенный взор святого человека, стоявшего с умиленным сердцем перед ними. Думается, что дело здесь не столько в том, какая икона перед нами, но и в нас самих. Мне приходилось видеть равнодушные пустые лица и перед иконой Божией Матери Владимирской, и перед Троицей письма Андрея Рублева. “Царствие Божие внутрь вас есть” (Лк. 17, 21), — сказал Спаситель.

Хочется пожелать вам, чтобы святые иконы чаще пребывали перед вашим взором, подвигая к молитве и богомыслию, вознося над мирской суетой, утишая страсти и исцеляя болезни. Аминь.

__________________________________________
Иконы в нашем доме. — М.: Даниловский благовестник, 1997.— 48 с. — (Серия "За советом к батюшке").

читайте также : О АБСУРДНОМ ПОНЯТИИ "ПОЧИТАНИЯ" ИКОН читать тут

0

3

Почему Православные молятся иконам?

0

4

В раннехристианские времена часто использовались аллегорические изображения Христа в виде ягнёнка (агнца) (Ин.1:29), пеликана (символ милосердия, разорвал себе грудь, чтобы мясом накормить птенцов), дельфина (спаситель утопающих), пронзенного трезубцем, ягненка под якорем, символизирующим крест, рыбы (ихтис).

Среди антропоморфных изображений особой популярностью пользовались Орфей, играющий на арфе, или «Добрый Пастырь» — пастух, несущий заблудшую овцу на плечах. Постановлениями Пято-Шестого (Трулльского) собора в 692 г. аллегорические изображения Христа были запрещены.

Близкие традиционным иконописным образам изображения Христа известны уже по римским катакомбам. Своё развитие иконография Спасителя получила во фресках и мозаиках христианских церквей Восточной и Западной Римских империй. В иконописи первые сохранившиеся станковые изображения известны с VI в., в то же время, предание относит некоторые образы, например, Спас Нерукотворный к евангельским временам. На Русь иконы Христа попали из Византии, здесь выработались некоторые особые иконографические типы.

******
Нимб у изображений Христа появился как ответ Церкви на ересь Ария (арианство). Чаще всего Иисус Христос изображается с особым, свойственным только Ему крестчатым нимбом. Первоначально для обозначения единой сущности второй ипостаси Святой Троицы использовались греческие буквы α и ω (Откр. 1:8, 1:10, 21:6, 22:13). Позже (с XI в.) «земное» имя подписывается ІС ХС (сокращение от Иисус Христос) слева и справа от изображения, а «небесное» имя — греческими буквами ὁ ὢν (означает «Сущий» (Исх. 3:14)) в трёх видимых лучах крестчатого нимба. В русской иконописи греческие буквы часто заменяются кириллическими: ѾОН с различными вариантами толкования. После раскола, как ответ старообрядцам, на написание имени Ісус с одной «и» в среде «правящей» Русской Православной церкви появились нововведения в подписи ІИС ХС, не получившие широкого распространения.

Традиционные одежды Христа: нижняя — пурпурный хитон с полосой — клавом на плече, верхняя — синий гиматий

*******
Считается, что самое раннее описание принадлежит проконсулу Иудеи Публию Лентулу, предшественнику Понтия Пилата. В своём письме римскому сенату Лентул сообщает про Иисуса Христа:

«Этот человек высок ростом, важен и имеет наружность, полную достоинства, так что внушает взирающим на него в одно и то же время страх и любовь. Волосы у него на голове гладкие, темноватого цвета (каштановые), падают с плеч прядями и разделены пробором посреди, по обычаю назореев. Лоб у него открытый и гладкий, на лице нет пятен и морщин, цвет лица слегка красноватый. Борода рыжая и густая, не длинная, но раздвоившаяся. Глаза голубые и необыкновенно блестящие. Стан его высок, руки прямы и длинны, плечи красивы. Речь его обдуманная, верная и сдержанная. Это прекраснейший из земнородных.»

(Фрагмент из письма Лентула цитируется по изданию: А. П. Голубцов, «Из чтений по церковной археологии и литургике», 1917 г., стр. 190.)

0

5

Обяснение смысла иконы "ТРОИЦА" Андрея Рублева.

0

6

Док.фильм «Рождение Иконы» (2011 г)

Описание: Документальный фильм «Рождение Иконы», режиссер Павел Шилов, снят в Спасо-Преображенском Валаамском ставропигиальном мужском монастыре по благословению Епископа Троицкого Панкратия. Фильм, с одной стороны, раскрывает процесс создания иконы - от изготовления доски до написания и освящения образа, с другой - показывает жизнь монастыря изнутри глазами человека «со стороны». Сплетение этих двух сюжетных линий делает фильм и увлекательным для самого разного зрителя, и в то же время глубоко познавательным, демонстрируя с документальной точностью создание иконы по древним православным канонам. По благословению Владыки Панкратия, в иконописной мастерской Валаамской обители был написан образ столь любимой на Севере Руси Тихвинской иконы Божьей Матери.//

0

7

Смотря на иконостас в храме, в часовне или дома, вспомни слова Спасителя: вы не чужие и не пришельцы, но сограждане святым и свои Богу (Еф. 2, 19). И говори: по милости Божией мы, православные и верные христиане, сожители Богоматери и всем святым. Вот почему мы употребляем святые иконы и чтим их, а в них — самое первообразное, т. е. самих святых, составляем с ними один собор, одну Церковь, небесную и земную. Почитая их, мы вспоминаем и чтим их подвиги из любви к Богу, их верность и преданность Ему до смерти и хотим сами подражать им в вере и самоотвержении ради имени Его.

Иоанн Кронштадтский

http://cs311629.vk.me/v311629796/112/j66bFNiVbJU.jpg

0

8

Икона Иисуса Христа, составленная из мелкой мозаики. 3-й век.
http://cs417326.vk.me/v417326375/352/1xLO2KtyZJ0.jpg
http://vk.com/o_uucyce_xpucte?w=wall-36524265_7582

0

9

Лекция о смысле иконы "Троица" Андрея Рублева

0

10

В своих определениях Седьмой Вселенский Собор неоднократно указывает, КАКИМ должно быть почитание святых икон. Основной смысл почитания икон Собор полагает не в почитании и поклонении самой материи иконы, не в почитании самих досок и красок или мозаичных плиток, но в том, чтобы в духовном усилии, взирая на образ, вознести внимание к самому источнику образа Невидимому Первообразу Богу. Такое исповедание почитания икон Седьмым Вселенским Собором ставит священное изображение как бы на грани видимого и осязаемого мира и мира духовного, божественного. Икона становится как бы видимым символом невидимого мира, его осязаемой печатью, и смысл ее - быть светлыми вратами неизреченных тайн, путем божественного восхождения.

Седьмой Вселенский Собор и отцы Церкви, творения которых имели особое значение на Соборе, в особенности, быть может, св. Иоанн Дамаскин, подчеркивают именно такой смысл почитания икон. В основном для отцов Собора икона Христа и икона Божией Матери, в особенности когда Она изображена с Младенцем, является свидетельством неложности вочеловечения Христова. Есть и другой смысл такой неразлучности икон Христа и Матери Божией. Как указывает Л. Успенский, икона Христа есть образ вочеловечившегося Бога, икона же Божией Матери есть совершенный образ обоженного человека, на чем покоится наше спасение. Слово стало плоть, дабы сделать человека сопричастным Божеству.

Иконы святых являются подтверждением и развитием той же основы. Нерукотворный Образ Христов является как бы первопечатью и источником всякого образа, и от него всякий образ исходит и рождается в нем, источником реки, стремящей свои воды в бесконечную жизнь. Воды эти - бесчисленное богатство икон, порожденных и берущих свое начало от Нерукотворного Образа Христова и направляющих Церковь в ее неустанном движении к концу времен и Царству Будущего Века.

ДОГМАТ
о иконопочитании Трехсот шестидесяти седми святых отец Седьмого Вселенского Собора, Никейского

Храним не нововводно все, писанием или без писания установленные для нас Церковные предания, от них же едино есть иконного живописания изображение, яко повествованию Евангельския проповеди согласующее, и служащее нам ко уверению истинного, а не воображаемого воплощения Бога Слова, и к подобной пользе. Яже бо едино другим указуются, несомненно едино другим уясняются. Сим тако сущим, аки царским путем шествующе, последующе Богоглаголивому учению Святых Отец наших и преданию Кафолическия Церкве, (вемы бо, яко сия есть Духа Святого в ней живущего), со всякою достоверностию и тщательным рассмотрением определяем:

подобно изображению честного и животворящего Креста, полагати во святых Божиих церквах, на священных сосудах и одеждах, на стенах и на досках, в домах и на путях честные и святые иконы, написанные красками и из дробных камений и из другого способного к тому вещества устрояемые, якоже иконы Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, и непорочныя Владычицы нашея святыя Богородицы, такожде и честных ангелов, и всех святых и преподобных мужей. Елико бо часто чрез изображение на иконах видимы бывают, потолику взирающии на оныя подвизаемы бывают воспоминати и любити первообразных им, и чествовати их лобызанием и почитательным поклонением, не истинным, по вере нашей, Богопоклонением, еже подобает единому Божескому естеству, но почитанием по тому образу, якоже изображению честного и животворящего Креста и святому Евангелию и прочим святыням фимиамом и поставлением свечей честь воздается, яковый и у древних благочестный обычай был. Ибо честь, воздаваемая образу, преходит к первообразному, и покланяющийся иконе поклоняется существу изображенного на ней. Тако бо утверждается учение Святых Отец наших, сиесть предание Кафолическия Церкве, от конец до конец земли приявшия Евангелие.

http://cs314420.vk.me/v314420796/3f37/llf_odrHC-8.jpg

Седьмой Вселенский Собор был созван в 787 году, в г. Никее, при императрице Ирине (вдове императора Льва Хазара), и состоял из 367 отцов. Собор был созван против иконоборческой ереси, возникшей за 60 лет до Собора, при греческом императоре Льве Исавре, который, желая обратить магометан в христианство, считал необходимым уничтожить почитание икон. Эта ересь продолжалась при сыне его Константине Копрониме и внуке Льве Хазаре. Собор осудил и отверг иконоборческую ересь и определил - поставлять и полагать в св. храмах, вместе с изображением Честного и Животворящего Креста Господня, и святые иконы, почитать и воздавать им поклонение, возводя ум и сердце к Господу Богу, Божией Матери и Святым, на них изображенным.

После 7-го Вселенского Собора, гонение на святые иконы снова было воздвигнуто последующими тремя императорами (Лев Армянин, Михаил Бальба и Феофил) и еще около 25 лет волновало Церковь. Почитание св. икон было окончательно восстановлено и утверждено на Поместном Константинопольском Соборе в 842 году, при императрице Феодоре. На этом Соборе, в благодарность Господу Богу, даровавшему Церкви победу над иконоборцами и всеми еретиками, установлен праздник Торжества Православия, который положено праздновать в первое воскресенье Великого Поста и который празднуется и доселе во всей Вселенской Православной Церкви.

прославляя память святых отцов VII Вселенского Собора, мы должны помнить, что именно им мы обязаны воздавать благодарность за то, что освящены наши храмы и дома святыми иконами, за то, что теплятся перед ними живые огоньки лампадок, что повергаемся мы с поклонами перед святыми мощами, и фимиам ладана возносит сердца наши к небесам. И благодарность откровения от этих святынь многие и многие сердца наполнила любовью к Богу и одухотворила к жизни уже совсем умерший дух.

Тропарь Святых отцев VII Вселенского Собора
глас 8

Препрославлен еси, Христе Боже наш,/ светила на земли отцы наши основавый/ и теми ко истинней вере вся ны наставивый,/ Многоблагоутробне, слава Тебе.
Ин тропарь Святых отцев VII Вселенского Собора
глас 2

Пречистому образу Твоему покланяемся, Благий,/ просяще прощения прегрешений наших, Христе Боже:/ волею бо благоволил еси плотию взыти на Крест,/ да избавиши, яже создал еси от работы вражия./ Тем благодарственно вопием Ти:/ радости исполнил еси вся, Спасе наш,/ пришедый спасти мир.
Кондак Святых отцев VII Вселенского Собора
глас 6

Иже из Отцы возсияв, Сын неизреченно/ из Жены родися сугуб естеством,/ Егоже видяще, не отметаемся зрака изображения,/ но, сие благочестно начертающе,/ почитаем верно./ И сего ради истинную веру Церковь держащи,/ лобызает икону вочеловечения Христова.

0

11

"Целуя икону, мы выражаем наше почитание Господа или святых, которые на иконе изображены. То же самое, когда мы целуем крест. Вообще, поцелуй — это древний символ доверия к кому-то. Потому что через поцелуй мы открываем свой внутренний мир, свое сердце.
Целование иконы — это не языческий знак, в чем часто пытаются упрекнуть православных христиан. В этом нет магии, есть лишь выражение благоговения перед тем первообразом, который иконописец написал на доске. Простое сравнение: когда мы достаем фотографию дорогого нам человека и целуем ее, мы, конечно, целуем не фотобумагу с отпечатком. Так же и с церковными святынями.
К иконе можно приложиться и лбом, чтобы освятить свои мысли. Но традиционно мы именно целуем иконы и крест.
По поводу того, к какой части иконы надо прикладываться, есть разные традиции. Если на иконе в полный рост изображен один святой, мы прикладываемся к тем частям, где написаны ноги или руки святого. Если это поясной образ, то мы целуем не лик, а место, где изображена рука или одежда. А если это, к примеру, Нерукотворный образ Спасителя или другой образ, где написан только лик, то прикладываться надо к тому месту, где изображены волосы. На иконе Божией Матери мы целуем плечо, часто там изображена восьмиконечная звезда."

http://cs416717.vk.me/v416717114/ba0b/EdiU1Qz2ENA.jpg

0

12

"Я часто слышу: «Матушка, у меня накопилось много икон, что мне можно с ними сделать?» А я всё время думаю: а могут повториться времена гонений, могут начаться снова преследования, и мы снова будем искать иконы, и тогда, может быть, если ты сейчас в какой-то книжечке положишь икону, твоя внучка найдет ее через годы.

О таких временах нельзя забывать. Христиан преследуют всегда, со времен Христа – бывают какие-то передышки, а потом всё начинается снова.

Грустно, когда христиане говорят: вот, мол, у меня много икон накопилось, что мне делать? Когда возникает сам вопрос, икона становится – прости меня, Господи! – предметом, который или нужен человеку, или не нужен. Понимаете, вот это страшно."

настоятельница грузинского монастыря в честь Хахульской иконы Божией Матери схиигумения Иоанна

http://cs622716.vk.me/v622716782/3209/b8cC9hewLdA.jpg

0