Почему Бог позволяет страдания в мире?

0
54

Однажды к святому Иоанну, Затворнику Сезеновскому мать привела сына, больного шизофренией и эпилепсией. Она горько жаловалась на свою судьбу. Иоанн Затворник обнял, поцеловал ее сына, а ей сказал: «Он мученик, он будет спасен, и ты спасешься ради него».

Дети, рождающиеся больными – жертвы за общечеловеческие грехи; на них особая милость Божия. Они не пасынки Божии, а невинные страдальцы, которые будут стократно награждены за свои страдания в будущей жизни.

Архимандрит Рафаил (Карелин).

Что такое страдание? Это всегда некоторое состояние неправильности. Если у человека что-то заболевает, то человек понимает, что надо это лечить. Боль душевная или физическая есть сигнал о необходимости лечения. Нарушение заповеди послушания Богу в раю, отказ от Бога, стал отказом от жизни и шагом в сторону смерти. Поэтому закономерно появились и страдания. Любой человек понимает, что болезнь и сопровождающие ее боли есть симптом смерти – если не лечиться, то болезнь окончится летальным исходом. Почему сказано было, что мужчина будет зарабатывать хлеб в поте лица своего, а жена будет рожать в муках? Не надо понимать это как жестокое наказание за непослушание. У нормального порядочного атеиста, не знающего догматики, просто волосы дыбом встают. Мне неоднократно приходилось слышать, как атеисты говорят: «И вы этого Бога любите? Который за малейшее непослушание осуждает на мучения и смерть? Вы хотите жить с Ним в раю?!» А решается проблема очень просто. Это не наказание, а, скорее, констатация факта, потому что человек сам избрал этот путь, он сам отошел от жизни, поэтому и сам покинул рай. А Бог, как врач, констатирует этот факт.

Представим себе ситуацию:   два друга сидят в ресторане: один водочку заказал, шашлычок, а другой – манную кашу.

– Ты что так? – спрашивает первый.

– Да знаешь, врач не разрешает, — отвечает второй.

– Мой врач тоже мне не разрешал. Но я вот ему тысячу долларов дал, он и разрешил.

Этот абсурдный диалог показывает, что врач существует не для того, чтобы разрешить или запретить пить водку больному человеку, а для того, чтобы поставить правильный диагноз и вылечить, а для этого сам больной должен ограничить себя в некоторых продуктах. Так и Бог констатирует состояние человека: «Извини, но ты смертельно болен, и твоя жизнь будет полна страданий». Это не наказание, это констатация факта.

Страдание в мире и от прачеловека и от каждого из нас, ведь мы совершаем грех каждую минуту и каждую секунду, и живем в смерти и в страдании. Но если мы верим во Христа, то мы понимаем, что это путь, ведущий к истинной жизни, потому что Спаситель сказал, что «Я есть путь и истина и жизнь». И когда мы выбираем этот путь, ведущий к жизни, то тогда мы обретаем то самое первозданное состояние.

Как тогда можно объяснить, что более праведные люди зачастую живут в страданиях, тогда как злодеи и грешники блаженствуют?

Христос нам сказал, что путь в Царствие Небесное — это узкий путь, то есть уже сам по себе этот путь подразумевает некоторые страдания. Почему же такой сложный путь, почему надо входить узкими вратами? Дело в том, что страдание — это необходимый спутник любого труда. Томас Эдисон как-то сказал, что гений — это 1% таланта и 99% пота. Если мы хотим чего-то добиться, то мы должны прилагать усилия, и поэтому сказано, что Царство Небесное силою берется.   Но надо также понимать, что есть страдание во имя добра, во имя любви к Богу и к ближнему, а есть бессмысленное страдание. Если я палец себе дверью прищемлю специально, то ни к Богу, ни к раю я ближе не стану.

Вообще же страдание — это мерило того, правильно ли мы живем. Если у нас нет страданий, то мы должны задуматься: что-то, наверное, не так. А когда есть страдания, то мы понимаем, что мы на правильном пути. Именно поэтому мы часто слышим, что Бог посылает испытания действительно тем, кто любит Его, хотя по нашей слабости мы, естественно, не хотим этого.

Приведу такое сравнение: есть два спортсмена, один талантливый, другой не очень. Что скажет тренер более талантливому спортсмену? Естественно, заставит тренироваться по нескольку раз в день, будет постоянно к нему придираться, требовать лучших результатов. А другому может сказать: часок попрыгай, побегай, поплавай   и можешь идти домой. Первому он дает страдание, и тот мог бы обидеться, но он понимает, что это сейчас ему тяжело, а потом он олимпийским чемпионом станет. А второй в лучшем случае здоровье поправит. Человеку сначала приходится себя заставлять, а потом вдруг от того же самого начинает получать удовольствие. Но это только в том случае, если ты идешь в правильном направлении.

Сложно все же для человеческой психики принять, что больше страданий попускается Богом для любящих Его.

Важно понять, что Бог для нашего спасения и блага использует наши же ошибки. Бог не творит зло, чтобы использовать его как некоторый инструмент во спасение. Такое понимание было бы разновидностью манихейства. Но Бог использует наши же собственные ошибки для нашей же пользы. Именно в этом плане можно говорить, что страдание есть путь к спасению. Бог не столь бессердечен. Он Сам стал человеком и Сам пострадал, не только телесно, но и душевно, ведь его предали и ученики, и весь богоизбранный народ. Он испытал все страдания, которые только можно представить себе, — и телесные и душевные. Поэтому Бог — не отстраненное существо, равнодушно смотрящее, как Его тварь страдает.

Часто в классической русской литературе можно прочитать, что страдание облагораживает человека, а человек, который живет без страданий, в неге и роскоши, портится. Как сказал апостол Павел «Когда умножился грех, стала преизобиловать благодать».   И что поразительно, современный писатель Варлам Шаламов, который 25 лет провел в колымских лагерях, фактически повторил слова апостола Павла. Он вывел из лагерей опыт, что в нечеловеческих условиях хорошие люди становятся лучше, а плохие хуже. Чем больше в лагерях греха, тем больше в них добра человеческого. В этом смысле страдания облагораживают человека.

Есть люди, которые умеют преодолеть себя, умеют встать над своими невзгодами и победить свою собственную природу, свой собственный недуг. И мы таких людей уважаем, любим и преклоняемся перед ними.   Или люди, которые побеждают недуг других людей, испытывая к ним сострадание. Само слово «со-страдание» означает совместное страдание. Кто-то страдает, а у меня все хорошо, я здоров, но я ему сострадаю.

У великого поэта А.С. Пушкина есть такая фраза: «Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать». Зачем, казалось бы, это – жить, чтобы страдать? Мазохизм какой-то. Но нет. Нет страдания — нет жизни. Потому что жизнь — это борьба, совершенствование, движение вперед, а оно всегда сопровождается некоторым усилием. Путь к Царствию Небесному — это путь ввысь. Чтобы взобраться на гору, надо приложить огромные усилия, а вот чтобы упасть с горы, усилий не надо никаких. Падать всегда приятно, особенно если не знать, что тебя ждет внизу.

Недавно прочитал интервью с американским рок певцом, который критикует западную цивилизацию за то, что она создала культ бессмертия. То есть человек живет так, как будто его не ожидает смерть, человек живет для наслаждений. А чтобы наслаждения были абсолютными, надо представить, что они вечные и что никакой расплаты за них не будет. Поэтому не принято ни в литературе, ни в фильмах, особенно в Голливуде, говорить о смерти как о каком-то страдании. Не принято говорить о смерти как о метафизической страшной проблеме, о которой надо всегда думать. Наша цивилизация — это цивилизация, в которой страдания стремятся убрать.

Очень часто считается, что Бог посылает нам страдания в наказание за какие-то наши грехи.

Даже апостолы так думали и в парадоксальной форме задали Христу вопрос о человеке, слепом от рождения: «…кто согрешил, он или родители его, что родился слепым?» Как мог согрешить тот, кто еще не родился? «Иисус отвечал: не согрешил ни он, ни родители его, но это для того, чтобы на нем явились дела Божии». Так что страдания имеют некую иную причину, а не есть просто наказание за грех. В Библии есть книга, которая полностью посвящена проблеме страданий. Это книга Иова. Праведный Иов, как мы помним, не соглашается с тем, что он страдает за какой-то свой грех. Но друзья ему постоянно говорят: «Ты страдаешь, значит ты согрешил». Иов же говорит: «Пусть Бог мне ответит, за что я страдаю. Я чист перед Богом». И Бог ему открывается и говорит: «Перепояшься как муж», — то есть приготовься к поединку, если ты считаешь себя равным Мне. И дальше Иову в этом поединке Бог задает несколько вопросов, суть которых сводится к одному: «Ты говоришь, что в мире многое плохо. Но ты можешь создать хотя бы такой же мир? Не лучше, хотя бы такой же?» — «Нет», — отвечает Иов. — «Но если нет, то о чем ты тогда говоришь?» Есть такая фраза: критиковать легко, сделай лучше. Мы все видим сучок в чужом глазу, не замечая бревна в своем. Так и здесь, если Иов говорит, что мир плох, то, значит, он знает, как сделать его лучше, а если не знает и тем более не может, то должен жить в том, который создал Бог. И когда Иов понимает и соглашается, принимает мир таким, каков он есть, то есть понимает, что критерий добра и зла в мире не он, Иов, а Бог. И тогда все возвращается в прежнее состояние. Именно в этом состояло грехопадение, когда Адам сказал: «Я — критерий добра и зла». Именно в этом состояло прощение Иова, когда он сказал: «Да, не я, Иов, критерий, а Бог». Поэтому зло и страдание в мире есть необходимое следствие настоящего мира, испорченного первородным грехом. И мы должны принимать мир таким, каков он есть, благодаря Бога за всё, что Он сотворил и сделал для нашего спасения.

Лега Виктор Петрович 

Помню, когда я был молодым, я задал вопрос монаху, который был старше: «Почему жизнь такая трудная?». Он ответил: «Жизнь не трудная. Ты трудный. Жизнь это мир. Жизнь — это Евангелие. Но ты не живешь по-евангельски, и это — причина твоих проблем.

СХИАРХИМАНДРИТ ИОАКИМ ПАРР

Почему Бог допустил что страдают и умирают дети?

Почему страдают и умирают дети?

Видели ли вы, как дочь Билли Грэма участвовала в ток-шоу, посвященном событиям 11 сентября?

На вопрос ведущей Джейн Клэйсон:
«Как Бог мог позволить такому случиться?» Анна Грэм дала очень глубокий и проницательный ответ.

Она сказала:

«Я верю, что Бог так же, как и мы, глубоко скорбит о том, что произошло. Но ведь мы годами выгоняли Бога из наших школ, из нашего правительства, из нашей жизни. И я думаю, что Бог, будучи джентльменом, просто отступил. Можем ли мы ожидать от Бога благословения и защиты, если мы при этом требуем, чтобы Он нас оставил?»

Давайте вспомним… По-моему, все началось, когда Мэдлин Мюррэй О’Хара (она была убита, ее тело было найдено недавно)
заявила, что в школе не место молитве, и мы сказали: «Хорошо».

Потом кто-то сказал, что лучше бы в школе не читать Библию (Библию, в которой сказано: «Не убивай», «Не кради» и «Возлюби ближнего твоего, как самого себя»!).
И мы сказали «Хорошо».

Затем доктор Бенжамин Спок сказал, что нам не следует применять телесные наказания к нашим детям, когда они плохо себя ведут,
потому что этим мы повредим их маленьким личностям — мы можем испортить их чувство собственного достоинства (сын доктора Спока покончил жизнь самоубийством).
И мы сказали: «Он — специалист и знает, о чем говорит». И так мы сказали: «Хорошо».

Потом кто-то сказал, что учителям и директорам нельзя наказывать наших детей. А администрации школ строго-настрого запретили
своим преподавателям даже касаться провинившихся учеников, потому что им не нужна плохая реклама и уж тем более они
не хотят отвечать за это перед судом (есть большая разница между наказанием и прикосновением, поркой, унижением, битьем и т.д.).
И мы сказали: «Хорошо».

Затем кто-то сказал: «Давайте разрешим нашим дочерям делать аборты, если они этого хотят. Им даже не придется рассказывать родителям».
И мы сказали: «Хорошо». Тогда какой-то мудрый член школьного совета сказал: «Мальчишки всегда будут мальчишками и всегда будут этим заниматься.
Так что давайте дадим нашим сыновьям столько презервативов, сколько они хотят, чтобы они могли развлекаться, как им угодно.
А нам не придется рассказывать их родителям, что они получили их в школе». И мы сказали: «Хорошо».

Потом кто-то из нами же выбранной верховной власти сказал, что неважно, что у нас в частной жизни, если мы хорошо делаем свою работу.
И, соглашаясь с этим, мы сказали, что нам неважно, кто (включая президента) чем в частной жизни занимается, если у нас есть работа и с экономикой все в порядке.

Тогда кто-то сказал: «Давайте печатать журналы с изображением обнаженных женщин и будем называть это здоровой практической
высокой оценкой красоты женского тела». И мы сказали: «Хорошо». Тогда некоторые пошли с этой высокой оценкой еще дальше
и начали публиковать фотографии обнаженных детей, а затем и еще дальше, поместив их в Интернет. И мы сказали: «Хорошо, у них есть свобода слова».

Затем индустрия развлечений сказала: «Давайте делать фильмы и телепрограммы, пропагандирующие насилие, богохульство и запрещенный секс. И давайте записывать музыку, поощряющую употребление наркотиков, изнасилования, убийства, самоубийства и сатанизм».

И мы сказали: «Это всего лишь развлечение, негативного эффекта эта музыка не несет, всерьез ее никто не воспринимает, так что продолжайте в том же духе».

И теперь мы спрашиваем себя, почему у наших детей нет совести, почему они не могут отличить плохое от хорошего, почему они, не задумываясь, убивают незнакомцев, своих одноклассников и самих себя. Возможно, если мы всерьез и надолго задумаемся,
то мы сможем в этом разобраться. Я думаю, что здесь дело в том, что «что посеешь, то и пожнешь.

Один молодой человек написал: «Дорогой Господь, почему Ты не спас маленькую девочку, убитую прямо у себя в классе? Искренне Твой, беспокоящийся студент».
Вот ответ: «Дорогой беспокоящийся студент, Меня не пускают в школы. Искренне твой, Бог».

Смешно, как людям легко избавляться от Бога, а потом удивляться, почему мир превращается в ад. Смешно, когда мы верим тому, что говорят газеты, и сомневаемся в том, что говорит Библия. Смешно, когда все хотят попасть на небеса, при этом не веря, не думая, не говоря и не делая ничего из того, о чем говорит Библия.
Смешно, когда кто-то говорит «Я верю в Бога», но сам следует за сатаной, тоже, между прочим, «верящего» в Бога.
Смешно, когда нам так легко судить и так трудно быть судимыми другими. Смешно, когда глупые шутки распространяются со скоростью света, но люди дважды подумают, поделиться ли с друзьями статусом, в котором говорится о Боге. Смешно, когда все непристойное, грубое, похотливое и вульгарное
спокойно находится в Интернете, а в школе или на работе открытая дискуссия о Боге невозможна.

ДАВАЙТЕ ОБСУДИМ

Пожалуйста напишите комментарий
Пожалуйста, введите свое имя здесь